Постой убираю с её лица локон Я вновь смотрю в твои глаза Ты так сказал, как будто не видел их вечность а наша встреча была только вчера Она была в другом измерении
она повернула голову Не смотри туда! Почему? Там
Чёрные пятна хотят получить имена проникнуть в наши сны
Просыпаюсь Стереокартинка из разбитых осколков Как собрать её? Вернуть в одно целое В ту первую встречу
Я набираю твой номер в фиолетовых кавычках Укрываю в ботаническом саду под снегом библиотеки там они не найдут нас
Посмотри сидим на скамейке под сугробом Я ничего не вижу Надо расфокусировать взгляд раздвоить зрение расщепить Идём мимо витрин застывших фрагментов
Не смотреть! на третью А как тогда идти дальше? За/чем? В библиотеку? В гастроном?
второе отражение Стекло расщеплённой спички расплавляет шаги оставляет мой жар
До первой витрины дошёл только снег Она уже должна быть тут
Но я ничего не вижу опозданием я спасён на вечность ускорялись за полчаса мелькали силуэты отражались помыслы Один замедлился купил чёрный хлеб слепил из него фонарь по формуле расщепления и растворился в сторону степи Как спасти её?! может стать воздушной скамейкой? Она будет проходить через улицу Герцена через гастроном и замещаться там по формуле библиотекаря Тогда она может расщепиться на цветы и стать весомей всех фонарей
Но я ничего не вижу потому что ничего не придумал прислоняюсь ладонями к пепельному стеклу Раздвигаю их по выжженному стадиону мчится Илья Муромец от него пытается убежать силуэт Тщетно Копытами растаптываю чёрного человека В уголь пыль
Захожу в двери зажигаю электрическую лампочку от ста двадцати мотыльков Вижу Она сидит на скамейке, укрытая снежной фатой
Постой убираю с её лица осколок Я вновь смотрю в твои глаза
Но название отсылка к достаточно известной (ну, кто интересуется) аудиозаписи реально больного шизофазией. Вот распечатка:
Родился на улице Герцена, в гастрономе № 22. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… эээ… в составе 120 единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете te-le-fun-ken. И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физики пойдет одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, дает свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец дает колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… эээ… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщепленный учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном № 22, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине 22 она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону 120 единиц, которые будут… эээ… предмет укладывать на предмет. 120 единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от 120 кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у нее на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берем телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… эээ… все время черный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Я знал на что иду 
yaplakal.com