Полигон, жареная картошка и ЦИАТИМ (из серии «Дембельский альбом)

Для начала вопрос на засыпку: на чем можно пожарить картошку? Сразу вспомнится сало, растительное масло, кулинарный жир, кто-то замолвит доброе словечко про масло сливочное. Ну а если я вам скажу, что пожарить картошку можно даже на… ЦИАТИМе? И не просто пожарить, но и съесть ее потом с большим аппетитом.

Кто не в курсе: ЦИАТИМ — это антифрикционная многоцелевая смазка, разработанная в СССР в Центральном институте авиационного топлива и масел. Широко применялась в Советской Армии. У нас в дивизионе этого ЦИАТИМа было, как у дяди кота Матроскина гуталина. Уверен, что умные головы из института ЦИАТИМ даже не подозревали о великолепных кулинарных свойствах разработанного ими продукта.

В мае 1988 года погнали наш гвардейский зенитно-ракетный полк из Амурской области на стрельбы в Телембу, что в Бурятии, совсем недалеко от границ Читинской области (ныне — Забайкальский край) откуда собственно говоря я и призывался.

Прибыли на место. Разбили лагерь на заранее подготовленных площадках. Расположили кабины и пусковые установки на позициях. Одно от другого находится на расстоянии 30 км. На кабинах на ночь в обязательном порядке оставался сокращенный боевой расчет: а то вдруг ночью китайские диверсанты пожалуют или министр обороны с проверкой. Надо быть готовым ко всему.

В этом дежурстве было несколько существенных минусов. Во-первых, спать приходилось в кабинах на полу. Но это не самое страшное: за первый год пребывания в армии я и на табуретке мог спокойно выспаться. Хреново было то, что в 23:00 отрубали дизеля, следовательно, отрубались все печки и калориферы. Задача личного состава состояла в том, чтобы к этому моменту нагнать в кабине максимально возможную температуру. Особо стойкие догоняли ее до 50 градусов. При таком раскладе спать в остывающей кабине было возможно часов до шести утра. А ночи, стоит отметить, в этом районе Забайкалья очень холодные: в начале мая до −10 градусов температура падала.

Беда вторая — отсутствие нормального хавчика. Боевой расчет оставляли с сухпаем: сухари и пара банок консервированного минтая в масле на человека. Жрать эту гадость отказывались даже уроженцы Средней Азии. Они с большей охотой поедали свиную тушенку, чем этого минтая. Вкус я описать не могу: это было нечто ужасное.

При отсутствии нормальной еды на ужин ночь в остывающей кабине становилась пыткой. Поэтому все к дежурству на позициях готовились заранее. Запасались немудрящим харчем: чаем, сахаром, хлебом, если повезет — картошкой, если случится чудо — тушенкой.

В мое дежурство удалось нашему сокращенному боевому расчету в составе трех человек раздобыть пару килограммов картохи: договорились с поваром. Но тушенку он дать не смог — она хранилась в палатке комсостава под кроватью начальника продслужбы полка.

Картохи было как раз на жареху. Кроме этого, была еще пачка чая, немного сахара и буханка хлеба. Жить можно.

Как только основной состав дивизиона убыл в сторону лагеря, занялись мы приготовлением ужина. В качестве плиты использовалась паяльная лампа. А вот сковороды не было, но был лист жести. Загнули края — получилась какая-никакая сковородка.

Но тут новая сложность: на чем жарить? Масла-то нет! Не было и тушенки. Использовать масло из банок с минтаем никто не решился — это значило испортить жареную картошку.

Тут кому-то, но точно не мне, приходит в голову гениальная мысль:

— Йопта, у нас же есть ЦИАТИМ! На нем и пожарим!

Этого самого ЦИАТИМа у нас было ведра три или четыре, каждое по 15 литров. Был он двух марок, каких точно — уже не вспомню, но использовать в качестве пищевого продукта рекомендовали только один из них.

Тогда среди личного состава ходила байка, что ЦИАТИМ изготовлен на основе китового жира. Кто ее пустил — неизвестно, но утверждали, что его можно даже мазать на хлеб и есть как бутерброд. Единственная сложность при жарке — есть надо горячим: остывая, ЦИАТИМ оседает на губах толстой пленкой, которую потом приходится долго отмывать. Херня война, главное — маневры. Когда хочется жрать, кого может остановить какая-то пленка?

Пожарили картошку на ЦИАТИМе и съели ее так быстро, что он даже остыть не успел, поэтому байку о пленке на губах проверить никто не смог. После этого напились мы чаю с сахаром и разбрелись по своим кабинам. Поутру все было нормально, жалоб на животы ни от кого не поступало.

После этого случая возможностей еще раз проверить вкусовые качества ЦИАТИМа у меня не было: в случае необходимости всегда находилась тушенка или чутка масла.

Много лет спустя вспомнил я эту историю и решил посмотреть: из какого такого кита изготавливали тот самый ЦИАТИМ — синего, гренландского или кашалота? Найденная информация повергла меня в легкий шок и заставила с большим уважением относиться к собственному желудку…

«ЦИАТИМы всех марок — 201, 202, 203 и 221 — относятся к литолам, которые представляют собой пластичную водостойкую смазку, получаемую загущением нефтяных масел литиевым мылом 12-оксистеариновой кислоты. Работоспособна при температурах от −60 до +150 °С (в зависимости от марки)» и так далее и тому подобное. И, сука, никаких китов!

З. Ы. Кстати, картошка на ЦИАТИМе имела совсем недурственный вкус. Если кого прижмет… рекомендую.

Модернизация члена по-армейски

Национальный вопрос

Мишка и Бяшка

К дембелю, бегом марш!

Где находится Теребовля?

Как крепили обороноспособность страны в Советской Армии

Зуб

Маршал Александр Македонский


Любопытство не порок

Гауптвахта

Запрещенные напитки