Бар "У пропащего ангела"

Лена, спотыкаясь, брела по мокрому переулку, не обращая внимания на дождь.

Он капал с капюшона худи, стекал с кончиков волос, промокшие кроссовки давно противно скрипели и тёрли ноги, но ей было всё равно. Водосточные трубы обдавали её холодными каскадами, иногда доставалось и от проезжающих мимо машин, но ей казалось - это в ней прорвало вселенскую трубу, это из неё хлестали все эти потоки.

Проходя мимо старой бетонной стены, ограждающей территорию завода, она добралась до граффити-картины, которую когда-то нарисовала сама: девушка в лёгком скафандре без шлема стояла с птицей на руке и бабочками, порхающими вокруг, и с лёгкой улыбкой смотрела в небо.

Лена тогда ещё в художке училась, экономила на всём, лишь бы купить ещё баллончик с краской, а по вечерам тайком приходила сюда рисовать.

Один раз её чуть не подловила местная подростковая банда, но когда её узнал один из них, высокий худой парень, который иногда смотрел, как она рисует, от неё отстали. И тот парень даже приносил потом то бутерброд, то термос с чаем, пока она работала. Сидел молча в сторонке и смотрел...

И хотя прошло много лет, её граффити так и не затёрли, не перекрасили. Так и улыбалась в небо девушка с малиновыми волосами и птицей на руке.

Но нет же, не улыбалась!.. Сердце вдруг зашлось, Лена встала как вкопанная и с силой потёрла мокрое от дождя и слёз лицо.

Вместо граффити она лицезрела втиснутый между двумя бетонными пролётами забора маленький бар со слегка покосившейся вывеской со странным названием «У пропащего ангела». Неоновая буква «г» съехала и, будто ища поддержки, прислонилась углом к соседке «н». Даже сквозь шум дождя было слышно, как она зудит и потрескивает хромым электричеством.

Лена на всякий случай крепко похлопала себя по щекам, а потом ущипнула. Но сознание не сжалилось, не вернуло всё как было. Девушка осторожно подошла к двери и потрогала её. Дверь как дверь, красивая даже, стилизованная под дуб, но изрядно замызганная, и козырёк над ней обыкновенный, из поликарбоната. Пальцы дотронулись до холодного металла золотистой ручки, а потом Лена, решившись, потянула её на себя.

Внутри царил уютный полумрак и было удивительно тихо, если не считать ползущей откуда-то из глубины песни «Hotel California», что для Лены было равнозначно приветственному похлопыванию по плечу от старого друга. Она всегда присутствовала в её рабочем плейлисте. А ещё из бара тянуло странным запахом кофе и снега, хотя до зимы было далеко...

Барный зал был пуст, если не считать одного сгорбленного посетителя за столиком. Это был старик с копной седых неухоженных волос в потрёпанном плаще. Перед ним стояла пивная стеклянная кружка, наполовину пустая. Он молчал, но губы его шевелились, а пальцы будто перебирали невидимые чётки. Лену он не удостоил и взглядом.

Лена дошла до барной стойки, явно знававшей лучшие времена. Многочисленные следы кружек странным образом ей шли, словно шрамы бывалого воина . Лена провела пальцами по одной из отметин, всё ещё не в силах поверить в происходящее. Да-а, надо завязывать с фэнтези-книжками, которые она глотает тоннами...

- Добрый вечер, - произнёс кто-то сверху, и Лена вздрогнула - вот только что не было никого за стойкой!..

На неё смотрел... ангел. Да нет, без дураков - он хоть и не сиял ослепительно, и одет был не в белоснежный хитон, а в обычный, даже слегка поношенный серый шерстяной свитер и синие джинсы. Но за его спиной, точнее, над плечами, торчали острые углы сложенных крыльев!..

Ангел грустно усмехнулся и чуть повёл ими, и обалдевшая Лена убедилась, что они точно настоящие - только тоже не белоснежные, а словно провалявшиеся пару лет на каком-то пыльном чердаке - постаревшие и местами слежавшиеся.

- Вы уже не летаете, да? - брякнула она вместо приветствия, не успев придержать язык и тут же покраснела.

- Уже не летаю, - кивнул ангел. - Разжалован.

- Правда?.. За что? Ох, извините... - Лена стала совсем пунцовой. - Все говорят, что я невоспитанная и слишком любопытная, но ничего поделать с собой не могу...

- Это нормально, - улыбнулся ангел. - Вы просто живая, непосредственная и весёлая. Редкость по нынешним временам. А разжалован я, как ни странно, практически за то же, за что и вы - за эту же самую невоспитанность и неуважение к старшим.

- Откуда вы знаете... - начала Лена, а потом усмехнулась и опустила глаза. - Ну да, вы же ангел. А я просто сплю. Или, может, по голове меня приложили, и я под дождём валяюсь.

- О, нет-нет, на этот счёт можете не беспокоиться. Вам «Отчаяние с корицей» или «Разбитые мечты» с долькой кислейшего лайма? Лайм, скажу по секрету, один мой кореш прямо с ангельских садов контрабандит. Ещё не попался, к счастью, а то тоже пинком с небес полетит. Но он везучий, сволочь, не то, что я.

Лена невольно засмеялась, живо представив ангела-контрабандиста, втихаря тырящего лаймы в саду. Ангел тоже улыбнулся.

- Да мне бы просто согреться...

- Ах, «Тёплое враньё»... - разочарованно протянул ангел. - Или «Ложная скромность»... Может, смешать?..

Через пару секунд он поставил перед ошарашенной Леной высокий стакан с жидкостью внутри, похожей на воду после мытья кисточек - непонятно-серого и неприятного вида.

- Что это? - недоверчиво спросила Лена. - Это что, можно пить?..

- Ну, может, и не надо было смешивать, - засомневался ангел. - Враньё со скромностью действительно плохо сочетаются. Да и согреться ими сложновато, хотя я подогрел, потрогайте.

Стакан и впрямь был тёплым, но Лена предпочла с подобным питьём не связываться. Ангел засмеялся, подмигнул и сменил стакан.

Теперь в нём мерцала и переливалась другая жидкость - розово-голубая, с мерцающими искорками, постоянно перетекающая сама в себя и меняющая оттенки и формы струй. Лена, как зачарованная уставилась на стакан, а потом не удержалась и понюхала. Холодный манящий аромат малины, мяты и чего-то неземного...

Сделав глоток, она в друг сама почувствовала, как душа возносится в самый космос, а по нёбу растекается свежая и сладкая прохлада, но при этом продрогшее тело каким-то образом согрелось!..

- Вот это да! - восхищённо выдохнула она. - Невероятное сочетание!

- Конечно, - отозвался ангел. - Это же «Сладость мечты с искрами фантазии». Знаете, кто подсказал мне рецепт?

Он сдвинулся немного влево, и Лена в очередной раз застыла от изумления.

В сводчатой нише в стене между шкафами с бутылками висела картина. Картина с девушкой в скафандре и птицей на руке.

Её картина!

Только каким-то непостижимым образом теперь она была действительно картиной в красивой резной раме.

- Если это сон, - пробормотала Лена, - то мне вовсе не хочется просыпаться...

- Понимаю, - сказа ангел. - Меня зовут Адрамелех, так, на всякий случай. Вы же не просто так увидели вывеску, Лена. Ваш талант и душа настолько светлы, что в них могут селиться ангелы, пусть и пропащие.

- Хотите сказать...

- Ну да, - улыбнулся ангел. - Это место - часть вашего воображения. Вы попали сюда, потому что отчаялись. А Вселенная всегда старается помочь людям, которые способны изменить жизнь на планете к лучшему.

- Я свою-то жизнь не знаю, как к лучшему изменить, какая там планета! Со школы вот, и то попёрли. Не согласовала с руководством мероприятие, увела детей на заборе граффити рисовать, что тут началось!.. Родители тоже подключились, полосовали меня так, что... А нам было так классно, Арда... Адра... простите...

- Адрамелех, - любезно поправил ангел. - Конечно, я знаю, как вам было классно, Лена. И знаю, что дети вас обожают. И про школы нынешние тоже всё знаю, хотя, скажу по секрету - он заговорщицки подмигнул, - за последнюю тысячу лет они не особо изменились.

- Но я всё равно хочу работать с детьми, - прошептала Лена и сделала ещё глоток волшебной жидкости. - Может, это прозвучит пафосно, но когда у них горят глаза, у меня тоже, как у вас, появляются крылья. И вы даже не представляете, как они талантливы!..

- Отчего же, - в искристо-серых глазах ангела было столько тепла, что Лена чуть опять не расплакалась. - Вот вы и зажигаете их таланты, и вы же - самый лучший их огранщик. И мир благодаря вам становится лучше. И вам нужно продолжать, Лена. У вас всё получится - и почему бы не начать думать в сторону собственной школы для юных художников?..

- Да кто ж мне даст... - Лена почувствовала, как её потихоньку размаривает малиновая сладость волшебного напитка, но у неё не было ни сил, ни желания сопротивляться этой неге.

- Ну, Лена, - укоризненно заметил ангел. - В век интернета и современных технологий не обязательно цепляться за госучреждения.

- Увы, в интернете я полный ноль... - вздохнула та, засыпая прямо на стойке, уронив голову на сложенные руки.

Ангел с нежностью провёл рукой по её рассыпавшимся русым волосам, заодно высушив их, и перевёл глаза на старика, сидевшего в зале. Тот ответил ему тяжёлым взглядом древнего тысячелетнего существа и вздохнул.

- Согласен, - нехотя бросил он. - Потенциал у неё серьёзный. Но характера не хватает. Чуть что - плачет, и в норку. Эх, молодёжь пошла, да я бы на её месте такой стартап развернул... Вот их бы всех во времена Руси Языческой, сразу бы научились всему, что надо и не надо...

Ангел обернулся и посмотрел на девушку с картины.

- Не ворчи, Велес. Они другие - но именно они сейчас выводят Землю на новый уровень. Они только кажутся слабыми... Вокруг этой девушки столько силовых потоков танцует, ей просто надо чуть-чуть помочь... и не ворчанием, а любовью... Правда, Лада?..

Девушка на картине повернула голову в зал, улыбнулась и подкинула с руки птицу. Та покружилась по залу и уселась возле спящей девушки. А потом выдала заливистую звонкую трель.

- Правда, Адра, - улыбнулась прекрасная богиня с малиновыми волосами. - И вообще-то я всё уже сделала пока вы тут общались. И не гунди, Велес, я-то знаю, что ты ворчишь не из-за несогласия, а исключительно по вредности характера.

Косматый старик сердито зыркнул на неё, потом словно нехотя взял в руки длинный корявый посох, стоявший рядом. Навершие посоха окуталось лёгким туманом, старик прошептал что-то несвязное и стукнул им об пол.

... Лена шла под дождём без зонта, и потоки воды, хлещущие сверху и сбоку от водосточных труб и проезжавших мимо машин странным образом не беспокоили её. В душе царило странное чувство - вот сейчас она должна рыдать, выть от отчаяния. Но почему-то не вылось и не рыдалось, а промокшее худи и кроссовки казались несущественной мелочью.

Дойдя до своего граффити, она остановилась и стала в который раз разглядывать любимую работу.

Сколько всего было нарисовано с тех пор - не счесть, но эту девушку-космонавтку, восхищённую прекрасной новой планетой, она всё равно втайне считала лучшей. Да что там скрывать - она считала эту девушку лучшей версией себя, такой, какой она всегда хотела быть - свободной, ищущей, прекрасной, полной надежд и предвкушения новых чудесных открытий...

Её отвлёк шум затормозившей за спиной машины.

Лена обернулась и увидела, как из тёмно-синей спортивной иномарки выходит высокий мужчина в шерстяном светлом свитере и джинсах и останавливается рядом. Он не знаком ей, но... Она точно никогда раньше не видела его?.. Серые проницательные глаза такие тёплые, в них почему-то светится искренняя радость.

- Привет, Лена, - говорит он так спокойно, будто они расстались только вчера. - Любуешься?..

- Привет... Да, мне нравится эта картина... А мы разве знакомы?..

Мужчина улыбается, и снова ощущение узнавания пронзает Лену до пят. Где же?.. Когда же?..

- Я Георгий. Жора, если попроще. Помнишь Жорку, который тебе чай приносил, когда ты эту картину рисовала?..

Лена долго смотрела на сухое скуластое лицо, модную стрижку, широкий разворот плеч. Сердце почему-то билось неровно, с перебоями, словно хапнувший воздуха насос, и она неловко молчала. Только и смогла, что кивнуть.

- А я тебя ждал, - сказал Георгий. - Я так жалел все эти годы, что не познакомился тогда с тобой нормально и адреса не спросил. И не проводил ни разу - боялся, что пацанва засмеёт. Дурак был... А у твоей картины всё так же иногда останавливаюсь с тех пор и всё надеюсь, что когда-нибудь ты тоже остановишься на неё посмотреть... Она замечательная. А ты сейчас... как живёшь?

Лена, с трудом отходя от странного оцепенения, неопределённо повела плечами.

- Да так... Сегодня вот, с любимой работы выгнали. Пыталась детей научить рисовать граффити, не согласовав с директором и родителями. Ну, и огребла...

Георгий почему-то улыбнулся.

- Это горе - не беда. Хочешь, я тебе студию организую? В школе твоему таланту всё равно не развернуться.

- И что я за это буду должна? - недоверчиво протянула девушка, инстинктивно сжавшись в ожидании не слишком приятных предложений.

- Я тоже у тебя учиться буду, - сказал Георгий. - Я всегда хотел. Я смотрел на твоё волшебство и завидовал тебе, Лен. У меня вроде всё сейчас есть, но главного чего-то не хватает... Смысла, радости и... вот, её, - он махнул на картину осёкся, опустил голову и смущённая улыбка утонула в вороте свитера. - Ты промокла совсем. Давай я тебя до дома довезу. Или... ты меня боишься?..

Лена подняла на него глаза и медленно улыбнулась.

- Нет. Не боюсь. Ты не страшный. Даже... - она склонила голову к плечу, прищурилась, - на ангела чем-то похож...

- На ангела?.. - рассмеялся Георгий и протянул ей руку, - никогда ещё никто так меня не называл. Но... мне нравится. Давай я буду твоим ангелом. Пойдём?

- Пойдём, - ответила Лена и вложила свою ладонь в его - тёплую и широкую.

Шёл холодный осенний дождь, проносились по улице машины в тучах брызг, а девушка-космонавтка на картине улыбнулась и подкинула в небо птицу. Её звонкая трель на секунду заполнила всё пространство вокруг, и люди, сидящие в это время за рулём, улыбнулись,сами не зная чему, будто их жизнь стала чуточку легче.

Ведь Бог не играет в кости. Он играет на арфе. И если ты — нота в его мелодии, то рано или поздно весь космос зазвучит с тобой в унисон.