Ночной попутчик-2, взгляд с другой стороны

Прочитав сей рассказ решил ответить автору. Собственно этим рассказом.

Ночной попутчик-2
Взгляд с другой стороны.

- Давай двигай. - Беззлобно толстый вертухай подтолкнул меня в спину. - Давай, давай, чо встал-то?
У засаленного стола, исписанного всякой похабщиной, я получил справку об освобождении и, причитающиеся за работу в зоне, деньги.
Пятьсот пятьдесят рублей ноль-ноль копеек. Не густо, конечно, но на автобусный билет до родного города должно было хватить.
С противным писком открылся магнитный замок и со скрежетом распахнулась дверь на волю.
Тюрьма выплюнула меня обратно в мир людей.
Сегодня в мире было холодно, слякотно и, самое страшное, никто меня там не ждал.

До автовокзала на троллейбусе - три остановки, потом пешком через мост. Холодный ветер упорно лез под, и без того холодную демисезонную, куртку, вытягивая из меня тепло.
- Пирашки! Горячий пирашки! - Истошно кричала неопределенной внешности мадам на привокзальной площади.
От запаха горячего теста, слюна наполнила рот и засосало под ложечкой. Завтрак в тюрьме был скудным и было это уже более пяти часов назад.
- Почем? - Спросил я, перебирая тяжелые десятирублевки в кармане куртки.
- С картошкай двадцать, с мясой тридцать. Чай десять руплей. - Затараторила тетка. - Тибе какой?
- Давайте два с картошкой и чай.
Обжигаясь, я быстро управился с пирожками и чаем. На душе стало теплее.

В зале воняло немытыми телами, мокрыми тряпками и человеческой мочой. Непрекращающийся гул голосов, криков детей закладывал уши не хуже сверхзвукового самолета.
Я постоял пару минут у входа, привыкая к запахам и гулу.
На табло у кассы светилась, приветливым зеленым светом, надпись "Автобус N-ск - N, отпр 16-00, прибытие 07-25"
- Билет до N, будьте добры. - Я протянул в окошко кассы деньги.
Толстая, неопрятно одетая тетка, не бросив даже взгляда на меня, буркнула:
- Паспорт.
Аккуратно развернув свою справку, я подал ее в окно тетке.
Ее толстые, похожие на сардельки пальцы, застучали по клавиатуре.
- Багаж?
- Нет багажа.
- Дети?
- И детей нет.
- Шестьсот сорок рублей.
Меня словно окатили кипятком с ног до головы.
- Извините, а подешевле билета нет?
Все так же бесстрастно застучали клавиши.
- Могу дать до села Васильево. До N всего шестьдесят километров. Четыреста семьдесят рублей. Берете?
- Давайте.

Тряский, старенький Икарус громыхая на ухабах всем своим нутром мчался сквозь ночь и холод. Я же блаженствовал в теплой темноте салона. Волнение за свою судьбу не давало покоя и я решил переговорить со знающим человеком.
- Командир, - пробравшись к водителю я тронул его за плечо. - Подскажи, пожалуйста, а это Васильево в стороне от трассы?
- Ну, да. Километров десять от трассы. А тебе что? - Водитель коротко взглянул мне в лицо. - Давно вышел?
- Сегодня. - Скрываться не было смысла, по глазам водителя я понял, что он тоже из "сидлых".- Домой вот в N еду.
Водитель почесал затылок в раздумье.
- Смотри, я тебя высажу у поворота в Васильево. Поймаешь тачку доберешся до дома. Бабки-то есть?
- Да так, маленько. - Мне почему-то стало стыдно, наверное впервые за всю сознательную жизнь.
- Сколько есть?
- Тридцать рублей.
Водила покачал головой и протянул мне пятисотенную купюру.
- До города хватит добраться. Даже на такси. - Он усмехнулся. - Не пропадешь.
- Расскажи что-нибудь, про город. Изменился сильно? - Спросил я водителя.
- Я в Васильево живу, я тебе больше про трассу могу рассказать.
За разговором и чаем из термоса, мое путешествие на автобусе подошло к концу.
- Спасибо тебе. - Я пожал протянутую ладонь водилы. - Выручил конкретно.
- На том свете сочтемся, земляк. - Он грустно улыбнулся. - Бывай.
Обдав меня солярным духом, Икарус скрылся за поворотом.


Ночь. Лес. По земле ветер несет первые снежинки. Где-то далеко завыл волк. Трасса пуста уже минут двадцать.
- Ну вот ты и приплыл. - Сказал я вслух что бы не бояться. - Сколько лет наркоманил? Года три. А барыжил сколько? Пять. Ну вот. Плюс три года тюрьмы. Итого одинадцать из тридцати пяти в жопу. Эх, бля! Ни багажа, ни детей.
Мимо пролетел огромный джип. Такой не остановится, даже если голосовать. Хозяин жизни, ёпта.
Постукивая нога об ногу, что бы не замерзнуть я продолжал заниматься самоанализом. Три года проведенныхза решеткой, когда при тебе круглосуточно куча народу - следует за базаром следить, что-нибудь не ляпнуть случайно вслух.
- Вот и что мы имеем? Перекумарил - это хорошо. Тянет? Неа. Я даже курить бросил. Хе-хе. Шустрый обещал к себе в сервис пристроить слесарем. Это плюс. А хаты нет. Это минус. В крайняк, можно в сервисе перекантоваться, до первых денег, а потом хату снять. Но самое главное - надо восстановиться в универе, закончить последний курс и получить диплом.
У обочины притормозила иномарка. Из салона на меня глянуло симпатичное славянское лицо.
- Подбросить?
Растерявшись, я без приглашения уселся в теплый салон. Машина плавно тронулась.
- А Вы куда едете? - От разности температур запылало лицо и руки.
- В город N, - честно ответил водитель.
- О, мне тоже туда, повезло! - От радости я потер ладони.
- Как чувствовал, ну поехали. - Машина стремительно стала набирать скорость. Я решил отдать пятьсот рублей за проезд, как советовал водитель автобуса.
- Если вы за деньгами, то не надо. Я не таксист, лучше расскажите какую-нибудь историю.
- Спасибо, - сегодня мне явно везло.
Водитель пару раз взглянув на меня прибавил обдува печки, стало еще теплее. Я рассеянно рассказывал о трассе те истории, которые поведал мне автобусник.
Что другого я мог рассказать этому человеку. Он и половины моего рассказа не понял бы. Например, что сумка в моих руках - главное сокровище, там все мое имущество, все сбережения, документы и вкусное яблоко. А что еще рассказать? Что такое винт и как его варить. Зачем конченные наркоты дуют в нос при проколе? А про тюрьму и срок - вообще табу. Никому и никогда. Да и не зачем.
- Сумку можно в багажник, или на заднее сидение бросить, - предложил водитель.
- Да нет, она мне не мешает, - ответил я, прижимая плотнее к себе свое сокровище.
Я совсем размяк от тепла, от того что долго не спал (тюрьма - режим, все таки). Разговор с водителем не клеился. Мне вдруг стало неимоверно интересно, что побудило успешного человека подобрать такую голытьбу как я.
- Зачем вы остановились меня подобрать?
- Для этого и остановился – вас подобрать, - недоуменно ответил он.
- Но я же не голосовал вам?
- Вы просто стояли у дороги, понял, что ловите попутку. Могли бы и руку поднять, если бы я не остановился - еще бы стояли мерзли неизвестно сколько.
- Да, так бы стоял и мерз дальше…
Да, действительно. На торпеде машины иконки святых и фото семьи. Счастливые лица. Счастливая семья. Все равно, надо отдать ему пятьсот рублей. А то, может, стыдно человеку признаться - кредиты там, всякие, вот и вынужден мотаться между городами и шабашить по пути.
- Давно вас выпустили? - резко в лоб спросил он.
- Две недели назад, - спокойно ответил я, глядя вперед на дорогу, говорить правду не было смысла.
С таким же успехом я мог сказать, что и год назад вышел.
- Не за убийство хоть сидели? - попытка шутить у водилы вышла жалкая.
- Нет. За говно.
- За говно – это в смысле за ерунду? – ему явно стало интересно, хотя так лезть некрасиво. – Если неприятно, то можете не отвечать.
- За говно – это за наркотики, если по-простому, по-вашему.
- Торговали или сами употребляли? - Вот упёртый.
- Да, - ответил я.
"Точно! Шабашит, похоже. Забоялся, что у меня денег нет." - Пронеслось в голове.
Опустив руку в сумку я нащупал носок, в который запрятал деньги и документы, решил все же уточнить.
- Денег у вас с собой много?
Я не успел задать второй вопрос "Может я все же заплачу за проезд?", как по лицу водителя я понял - он обосрался от страха.
В доли секунд все пошло кувырком.
Он ловко бросил машину в занос, а с законами физики не поспоришь, и я крепко приложился головой сначала о панель, потом о стойку двери. В доли секунд, откуда только у него прыть такая, он выскочил из машины, вытащил за химот меня и начал бить. Ногами. В лицо.
Он что-то орал спрашивая, а пытался отвечать. Он продолжал бить и я отключился от боли.

Он сидел рядом на земле, поджав ноги по-турецки. В его глазах я увидел два чувства - стыд и удовольствие.
Понять его я мог, но простить - вряд ли.
- Тут родник рядом, давай подвезу, умоешься. - Извиняющимся тоном предложил он.
- Спасибо, подвез уже. – я медленно пополз в сторону города, забыв про свою сумку.
Носок со справкой об освобождении и деньгами я все еще сжимал в кулаке.
А на трусы с носками еще заработать успею...

© БеSпалева