Хоттаб, (с) Нурсалий

- Ешь! Жри, я сказала! Мало ешь, надо еще! Машка, неси пиво и метаксу.
- Девченки, ну пожалейте нас, ну не можем мы уже!
- Не волнует! Мясо, говоришь, любишь? Вот тебе стейк с кровью, вот к нему тортик Киевский. Жри, скотина! А теперь пей! Не нравится? Ну вот скажи, как может не нравиться смесь Метаксы и Хугардена?
- Буэээээ……
- Моя ты умничка!

Не, ну, может, это кому-то покажется смешным, я ибу. Или там еще чем-то типа, а, мол, поржать по приколу. Скажу сразу.
Вот сразу скажу, мне это было ни хуя не по приколу.
Я вот сразу как старика того заприметил, так тут же и понял — чойта будет. Ну, то есть, интуицией я был с децтва не обделен, как друг мой Артем Злобнов не был обделен силой. Я ведь еще в пятом классе, принося дневник с оценками за четверть, сразу сваливал на «стройку», где и просиживал порою до недели кряду, питаясь токмо тем подножным кормом, что приносил мне скот Артем. Ибо, билять, что-то в инфосфере подсказывало моему так ни разу и не просвещенному уму, что «над границей тучи ходят хмуро» и сиди-ка ты, друг наш Нурсалий, тише воды и ниже травы.
Вот и на этот раз, я сидел и думал, что наверна зря мы Хоттабыча на хуй послали. Ну, это я опять же образно.
Ну, то есть и не посылали никого, а получилось так, что послали. То есть, мы не опездолы какие с Артемом, нормальные вежливые пацанчики. Вышли, типа, прогуляться, пивком разогнать утренний воскресный сплин.
Ага, прогулялись до самого метро, а там чота прибила нас на похавать. Смотрим – шаурм-точка, а в ней два ярких таких шаурместера. Не, я тогда сразу подумал, что вот, мол, воскресенье утро, у них может несвежее мясо быть. Так и сказал Темычу.
- Бадминтон, слышь, а чо если мясо палевное?
- Нурс, не ссать ни разу. В наших с тобой желудках и не то перевариться может.
- Н-да? А помнишь, как ты с балкона у Риманца срал, потому что туалет был занят мною, а жрали мы тогда с тобой тоже какую-то подозрительную хрень?
- Я сказал – не сцать ни разу. Пошли.
Ну чо. Пошли. Заказали по отличнейшей такой шаурме. Стоим, ждем. Один шаурмейстер на нас пялиццо как-то… Ну, как описать… Стремно во бщем пялиццо. Как будто узнал в нас тех, кто в прошлом году киоск их перевернули ночью. Я чота напрягся сильно. Поучял чота нехорошее в воздухе. Ну хоть убей. Какую-то угрозу. Наверное, так себя Гарри Поттер при встрече с Кощеем Бессмертным чувствовал бы себя. В общем, еле дождались, пока нам ту шаурму сделают. Когда уходили, я шоп сгладить как-то впечатление, убрать эту настороженность, возьми и ляпни.
- Спасибо, отец. – шаурму хвать и пятиться начал.
И тут второй, что пырился на нас, кивнул головой так важно, чота в бородке своей подергал и сказал:
- Кушайте. Не забывайте, то, что вы едите – будет судьбой вашей и то, что исходит из вас – будет вашим счастьем и вашим горем.
Я тока кивнул и пошел себе, а Артем возьми да пиздани:
- Тта. Счастьем. Вот если б я золотом гадить умел, вот тогда да. А то, билять, разводит тут финтифлейки – то, что исходит, будет горем.
Ткнул я его под локоть, но поздняк уже было.
- Да будет так – это я уже на краешке сознания услышал. Как будто салатик капустный в ашурме так прошептал. Или то я шептуна подпустил от напряжения, фиг иво знает.
Пошли мы обратно к дому, шаурму хаваем, я Темычу поясняю свою высадку, он ржет. В общем, так бы оно и забылось, но…
Не успели мы ту шаурму доесть, как набежала первая волна. Тошнота волной гребанного цунами подкатила к горлу. Я едва успел прохрипеть –
- Ну, я же говорил тебе – мясо палевное…
И тут же ломанулся в кусты, чтобы там достойно попрощаться и с шаурмой, и с пивом.
По пути меня обогнал Темыч, с выученными глазами и зажатым обеими руками ртом.
Вот тут-то и случилось в первый раз то, что стало нашим счастьем и горем.
Мы стояли с Темой и тупо смотрели друг на друга.
- Слушай… Тот старик…
- Ага – ответил Тема и снова посмотрел на землю.
На земле перед нами лежали две небольшие кучки золота… Которое мы натурально выблевали.
С тех пор прошло не так много времени, но… Если бы я смог – я бы вернулся в то утро и уговорил бы Артема не есть ту шаурму. Лучше б чипсов пожрали. Или женам не признавались бы. А пока… Пока…

- Жри, мой котеночек! Ешь, мой сладкий! А хочешь Джонни Волкера принесу?

© Нурсалий