Ностальгия

Странно
Встаешь утром, вроде все как обычно те же заботы, те же дела. А на душе – светло и погано одновременно. Стоишь, кофе варишь, а по спине скребет, противненько так: «Убери в столе, убери» И идешь, сонная, убирать этот чертов бумажный бардак, ибо с совестью спорить – себе дороже.
Лезешь в стол, а там…Мама дорогая, чего только нет – и квитанции и гарантийки от техники и старые, многочисленные записи, в купе с нелепыми рисунками и чеками из супермаркета.
Разгребаешь это все, сбрасывая ненужное в полиэтиленовый пакет. На части рвешь, мечтая о том, когда вся эта макулатура закончится, и туда же, в кулек.
Рвешь и выбрасываешь, выбрасываешь и рвешь, изредка читая заметки. И вдруг… Письмо.
Не электронный мусор, а настоящее, живое. Корявым почерком написанное, который хрен разберешь, с твоим именем на конверте.
И смотришь на него, как на пришельца, - как сюда попало? Вроде не настолько все запущенно было, с пару-тройку месяцев назад последняя уборка была. А оно здесь.
Лежит себе, маркой отсвечивает.
И знаешь же от кого, а руки дрожат, пока распечатываешь. Лет десять прошло, с момента получения.
Три листа вырванных их тетради в клетку: желтые, шероховатые, - теперь такие не выпускают, наверное.
И ты читаешь, сначала осторожно, щурясь, стараясь разобрать почерк, аккуратно, что бы не смять листы – подкладываешь прочитанный под остальные, а потом просто слышишь старого друга.
И…начинается… Волна, громадная, безудержная, как во время шторма накрывает тебя.
Память

Бежишь, перекидывая на плечо сумку с продуктами (которые выпросила у бабушки). Ребята уже неделю как огурцами питаются. Зато струны новые купили. Музыканты, что с них взять.
Вот и Дом Пионеров, незыблемая репетиционная база, для молодой но очень талантливой группы.
Тусклый свет, полуподвальное помещение, с густым сигаретным дымом. Через окно залазит автор письма:
- Прочитай, я тут кой чего написал
На раздолбанных инструментах, и десять раз перепаянном усилке играют ребята, кто-то сидит в углу и рисует, кто-то пишет стихи.

И ты бросаешься искать остальные письма. Те, которые спрятаны, сохранены, в той коробке, которую не стоит открывать.
Когда-то, закрыв глаза, я провела по стене рукой: ловила все, запах и текстуру, ноты, застывшие в воздухе. Я запомнила все, каждый миллиметр своего счастья. Я сама этого хотела.

Какая сволочь сказала, что хорошие воспоминания делают нас более счастливыми? Кто сказал, то что было, и никогда более не повторится, надо хранить в памяти?
Он точно был садистом
©Yzuka
Это сообщение отредактировал Yzuka - 4 мар 2010 в 15:21