Собака

Замучила. Купите собаку, хочу собаку, купите собаку. Нет, не хочу рыбок! Даешь собаку! Не надо меня заваливать хомячками, завалите собакой.
Рисует собак, носит кофточки, маечки со щенками, чашка с мопсом, при виде каждой собаки душераздирающе вздыхает, во сне скулит и перебирает под одеялом конечностями. Словом, руки выкручивает…

А собака не игрушка, это шерсть, говно и большая ответственность. У меня не было собаки, и не умер. Я может в детстве вообще ручным дельфином бредил, а получил пиздюлей и войлочные ботинки на молнии. И ничего!
Так справедливо рассуждал Петров, шагая с работы. И вдруг…

«Черт! Клянусь Всевышним, если у Сатаны и была собачка для стиля и выхода к законченным грешникам, то это она…» – наткнувшись на собаку, решил Петров.
Голая, грязной масти, в розовых подпалинах. На башке какие-то перья, а под ними человеческие глаза, безвозвратно пораженные базедой. Один еще и с бельмом. Из пасти болтается язык и вразброд торчат зубы (что-то трагическое с прикусом). Криво посаженные уши, лапы колесом. Ошейника нет.
Петров остановился, мгновенье подумал, и…
– Фюить, фюить! Есть дельце для такого симпатяги. За мной.
Собака не заставила себя просить.
Попутно зашли в салон красоты для питомцев. Там собаку помыли бесплатно, при условии впредь не дискредитировать бизнес. Можно было пустить пса в дом.

Дочь была на тренировке.
– План неплох. – согласилась жена, оглушенная валидолом. – Но спать на антресолях больше двух дней я не смогу...
– Всё закончится сегодня же, дорогая! – довольно потер руки ликующий Петров.
– Взгляни на неё! Бракованная мама с помойки, папа не известен, но что-то из породы Чернобыльский пятнокожистый зененхунд. Брр! И все же это собака! И вот когда девчонка откажется… Оо!!..

– Ты знаешь, что она сказала, засыпая? – говорит жена перед сном.
– Ну? – буркнул Петров.
– Ты самый лучший папа на свете.
Петров неопределенно хмыкнул.
– А знаешь, как собаку назвала? Красавчик...
– Представляю, в кого девчонка влюбится…– вздохнул Петров.


А. Болдырев