Русский рэп

— Я хочу шубу из шиншиллы! – капризно заявила Настя, глядя мне прямо в глаза. Ее можно было понять. Глянцевые журналы, по TV, опять же, пропаганда культа гламура и лозунг «Сруби бабла или издохни». А я… Что я мог ответить? Я одмин, совсем одмин. Со всеми, так сказать, вытекающими. В общем, Настю я послал нахуй (все равно у нее сиськи маленькие). Но, несмотря на этот вопиющий акт вандализма над хрупкой натурой девушки, ее слова заставили о многом задуматься. Вот так, собственно, я стал продюсером.

Эта вы там, шибко грамотные, сидите себе, рисуете таблички в Exel, украшая их никому не нужными графиками и диаграммами, и думаете, что все поголовно продюсеры пидорасы. Это заблуждение. Как сейчас модно говорить – чуть менее, чем полностью. Нет, пидорасы, конечно, среди продюсеров попадаются. Но их не так много, как кажется. Просто эти уёбки кричат громче всех, ибо кроме мужеложным жопотрахом им выделиться более нечем. Ни ума, как правило, ни фантазии. А о таланте и говорить не приходится.

Настоящие продюсеры не трутся голым задом об объективы кинокамер, а рубят бабло, попутно совершая добрые поступки – дарят людям исполнение желаний, как Дед Мороз. И трахают, как любой нормальный человек мужского пола при лавэ, телок с улётными булками и упругими сиськами. Это к чему я ваще говорю? К тому, что если ты пидораз, дальше можешь не читать, а прямиком сваливай в резервуар с кислотой. Принесешь пользу миру и радость детям, сука ёбаная.

В общем, я ездил по городам и весям и искал перспективные команды, читающие, как правильно говорят, русский рэп. Приезжаешь в какой Усть-Перепиздюйск, и устраиваешь конкурс «чтецов». Все просто, типа. Но перед эти нужно прогнать в том же Перепиздюйске рекламу, заинтересовать молодежь, договориться о помещении, времени и прочее, и прочее. Но это хуйня. По приезду, обычно, начинается полный дурдом.

Выйдет какое чьмо в широких штанах, с седалищем до колен, в «кэпке», и начнет картавить гнусаво или гнусавить картаво:

- Я рэпер Миллиграмм. У меня удар 600 килограмм. Эй, мадам! Насру вам в тапки и пенделя дам.

Заебись, бляць! Почему не «рэпер Миллилитор – вместо мозга клитор»? Тьфу, бляць, прости меня Господи. Откуда у людей такие примитивные представления о рэпэ?! Насмотрятся нигерских клипов со всякой гопотой и давай срать через микрофон в уши слушателю. Но это хуйня, ща модно в Штатах рэп в стиле латино. Мексиканцы все засрали, похлеще нигеров. И вот прикиньте, является на сцену районного дома культуры, бляць, чьмо в майке алкоголице, кепочьке или бандане и начинает «читать»:

- Эй, чика! Шкурку на залупе мне быро золупи-ка. Творожок слижи-ка. Отсоси-ка, чика.

Еще бывают (оказывается!) рэперы-нацисты. Скин-хоперы, бляць! Которые «зачитываются» вот примерно такой хуйней:

- Мой дед служил в войсках SS. Однажды партизан на залупу полез. И дед, со шмайсером наперевес. Сжег нахуй весь лес! Зиг хайль – слава SS.

Я жалею, что у нас в стране нет государственной программы эвтаназии для поддержания расовой гигиены нации. Хуй с ним, с демографическим ростом. Мне кажется – качество важнее. Опять же, квартирный вопрос решить можно.
Короче, промыв не одну тонну породы я нашел самородок. Реальные талантищи! Боги русского рэпа! Пацаны, которым от 16 до 21 года, а хуйарят улетные тексты. Не, бляць, про городскую тоску или там про кварталы. Это заезжено, избито и противно, как разлагающийся на солнце глист. Эти пацаны излагают о другом. Они поют о Родине. Читают о просторах, реках и далях. О закатах и рассветах. О березках, в конце концов. «Любэ», ебать-колотить, только от хип-хопа.

Слушал я их часа три. Они нам всю свою программу отыграли. Всех остальных тупо выгнали, ибо, даже если там и были таланты еще, то перебивать ребят просто не хотелось. Другие пусть на развод останутся. Повезет в другой раз.

Вот приколите, у них там DJ, короче, миксует народную музыку. Скрэтч там, эффекты и вся хуйня, как и положено. И три парня, типа вокалисты, в джинсах, кроссовках, кепках и белых льняных рубахах навыпуск, читают. Голоса чистые. Ритм ровный. Пиздец-ахуеть, такая благодать.

Поздно уже было. Отпустил я их домой. Дал координаты в гостинице, где я остановился. Настрого приказал не бухать (хотя по ним видно, что непьющие), а явиться утром, с вещами и документами, для подписания контракта. Они свалили радостные, как коты после дозы сметаны.

Сделал пару звонков нужным людям. Заказал на завтра микроавтобус в областной центр и билеты на самолет. Гостиницу в столице забронировал – всё чин-чинарем. Зашел в местную рыгаловку и промочил горло каким-то аццкий пойлом. Потом в гастиницу и спать. Блядей даже вызывать не стал, хоть от чувства личной победы в борьбе с каловыми массами народного говнотворчества хуй встал как замороженный.

Где-то в первом часу стук в дверь. Стук тихий, но настойчивый. Сполз с кровати, натянул брюки, врубил ночник, достал из сумки ствол (держу, на всякий пожарный), засунул его сзади за ремень и пошел открывать. Если местная «мафия» — лохи колхозные, пристрелю нахуй. Если алчные до столичных постояльцев бляди – смертельно раню.

Открываю дверь, а там мои соколики стоят. Улыбаются. Младший, который диджеит, пакет в руках смущенно теребит. Черный такой пакет, в котором явно что-то лежит. Потому как ребята смекалистые, понимают, что продюсера, даже такого открытого и доброго гетеросексуала как я, пустым пакетом не удивишь.

- Ребята, а вы не охуели часом? Я же сказал, бляць – все вопросы утром!
- Простите, мы вас разбудили, наверное… — Серега, их старший, решил принять удар на себя. – Мы тут просто подумали…
- Что вы, бляць, подумали? Мыслители хуевы! Час ночи! Я устал!
- Ну мы это… — Серега, что называется, спекся. Опустил глаза в пол и покраснел.
- Мы знаем, как у вас в Москве принято. Мы тут это… — слово взял товарищ Стас – второй вакалист.
- Что «это»? – мне даже стало интересно. Бабла они мне принесли, чтоле. Хотя откуда? Да и нахуя?
- Малой, дай пакет.

DJ, он же «малой», протянул мне полиэтиленовый мешок. Я раскрыл. На дне лежали… Ща переведу дыханье и перечислю. Короче, господа знатоки, в черном ящике, т.е. черном пакете были: тюбик вазелина, три упаковки презервативов и опять же три бутылки водки.

Немой вопрос замер в моих ясных очах. Прихуел я, мягко говоря, от такого неожиданного поворота событий.

- Это что вообще? Взятка?
- Ну, мы это, в общем…
- Короче, Цицерон хуев! – я начал свирепеть.
- Вы только вазелина побольше берите. В первый раз мы всё-таки… — тут уж голос подал третий вокалист, имя которого я не помню.
- ЧЕГО???
- И «малого», это, в жопу не надо. Он плакать будет. И так еле уговорили. Он Вам, наверное, отсосет.
- ЧЕГО???
- Ну, или подрочу. – DJ шмыгнул носом.

…Дальше я помню смутно, гражданин следователь. Помню только, что извлек пистолет из-за пазухи и начал палить беспорядочно…

В общем, сидеть мне еще 7 лет. За принесение особо тяжких и убийство несовершеннолетнего при смягчающих обстоятельствах. А вы говорите – продюсеры пидоразы! Пидоразы, как раз, т.н. певцы.

А я тут на зоне не просто шконку пролеживаю. По одминской памяти помог сетку компьютерную вертухаям настроить, да со сборкой компов начальству подсобил. За это мне дали некоторую свободу действий в деле организации тюремной самодеятельности. Ща у меня две группы чисто по-шансону:

- Шубу из шиншиллы милая просила. Я пошел на дело, а ты на хуй ментовский села. Вот те хуй на рыло и перо под кожу. А ходить в шиншиллах – не с твоей-то рожей!

И еще коллектив голосистых трансвеститов организовал. Из опущенных. Но, по этическим соображениям не буду тексты кидать сюда – попса галимая, хули.

А вообще, рэп – это кал, я вам так скажу. Как откинусь — есть реальная тема. Хэви-металл, бля:

- Ырррр, йа машынко на ылектричэстве!!! Дыж-дыж-дыж!

P.S. — Пользуясь случаем, Леонид Аркадьевич, спешу выполнить просьбу односельчан и вручить вам три литра денатурата, который настаивался на пластмассовых пробках из-под «Фанты» с прошлого лета. От него у нас уже трое умерло, один – парализован. Передайте в музей «Поле Чудес».
- Дай вам Бог! Вращайте барабан.



© изотоп Зефира''36