Дед., Креатив.

Угораздило меня посреди лета в больницу лечь. Забегая вперед скажу, ничего серьезного в общем-то. Отдыхали в выходные на даче у друзей, ну и само собой сценарий уже накатанный: Водка, шашлык, водка, баня, водка, водка, водка. А утром на работу. Какая уж там от меня польза будет? Никакой. А прогуливать нельзя. Потому вместо работы, поход к врачу. Участковый (симпатичная такая дама) давление мне померяла и констатировала гипертонический криз. У меня и правда давление частенько скачет, хотя я этого не ощущаю. А тут видно реально скакнуло и доктор настояла на моей госпитализации, сказав, что с таким давлением не шутят, а если и шутят, то недолго. Вот так я и оказался пациентом терапевтического отделения подмосковной больницы. Но собственно речь пойдет не обо мне и не о моем кризе.


*****
Палата на семь человек, телевизор, умывальник, туалет в коридоре, но близко. Свежий косметический ремонт, растения в кадках по коридору, подобие библиотеки... В общем, бедненько, но чистенько. Поначалу мне как-то даже неудобно было, вроде чье-то место занимаю, кому нужнее. Я здоровый молодой лось, чуть с лишним весом, люди говорят: На таких пахать надо. Другие то наверное с более серьезными проблемами лежат, да и постарше все.

Рядом со мной мужик лежал, умер ночью. Сестра пришла ему укол делать утром, а он уже далеко. Вот так-то вот, мне аж жутко стало, я из палаты свалил подальше, пока его выносили.

Белье перестелили, санитарка с хлоркой все протерла и вперед: заноси следующего. А следующим был дед. Собственно ради него я и написал все это. Привел его сотрудник ми… полиции. Потом нам сестра сказала, что он бродил по подмосковной платформе, что то уж очень долго, пока какие-то сознательные граждане не сообщили в полицию. Кто, чего, откуда, как зовут, не отдупляет совсем, только твердит: сын, сын. А сам такой весь чистенький, ухоженный, ботинки блестят, на все пуговицы застегнут. Лет так за восемьдесят, но не дряхлый, себя обслуживал сам, поесть, в туалет сходить, одеться, раздеться, все сам. Не слышал правда почти ничего, говорил плохо, бормотал себе под нос что-то, видимо с головой все-таки не полное взаимопонимание.


Ну а народ у нас какой? Если человек не в себе маленько, да глуховат, то подколоть его, поржать, поговорить как с маленьким, святое дело. Ну это само собой так получается, не со зла. По доброму вроде, но как по мне, так осадочек какой-то неприятный есть.
- Дед, снимай штаны, укол делать буду.
-А?
- Задницу говорю подставляй, герой.
Это медсестры. А мужики в палате:
- Дед, по бабам пойдем?
- А?
- По бабам, говорю. Только ты всех-то не снимай, мне чуток оставь.

Ну и все в том же духе. Увидав на теле шрамы, спрашивали:
- С кем воевал то дед? Коза небось забодала?
- Да нет, это он с яблони упал. Хахаха.

А Иван Петрович только улыбался. Он нам сказал с трудом, как его зовут. Но все равно, все звали его дед и только иногда Петрович.
Через четыре дня, за ним приехал сын, в сопровождении того лейтенанта, который его привел. У деда потекли слезы, когда он увидел сына. Мы тактично вышли. Полицейский беседовал с врачом, что-то подписывал, спрашивал.

Минут через десять, все кто был в коридоре, открыли рты и молча смотрели, как Иван Петрович проезжал мимо на больничной каталке, которую вез его сын.

…..Генерал-лейтенант милиции. Мундир правда был мешковат, фуражка съехала на бок, второпях надетая сыном, но форма то настоящая, генеральская! Дед улыбался, глаза на мокром месте. Он смотрел как-то сквозь всех, вдаль. Мне хотелось думать, что одев форму, он вспомнил, каким был бравым офицером, вспомнил молодость и этот взгляд сквозь всех, туда, в то время, лет сорок-пятьдесят назад. Но наверное я просто оптимист и романтик.

Эскорт исчез в пасти лифта, оставив нас в полном недоумении. Потихоньку приходя в себя, мы кинулись за разъяснениями к лейтенанту с вопросом: ” Что это было?”
- Легенда советской милиции. Генерал-лейтенант в отставке Иван Петрович Борисенко. Ну типа Жеглова – полицейский улыбнулся – Хотя нет, вру. Типа Шарапова. У него первые ранения еще с Отечественной.
Мы переглянулись.
- Ну давай, давай лейтенант, не томи, рассказывай. Как он здесь оказался?
- Жил летом на даче. Сын приезжал раз в неделю. А в один прекрасный день, взял и не приехал, в Таиланд укатил на недельку. Понадеялся, что соседи не дадут пропасть, присмотрят за дедом. А Иван Петрович переживал очень, ходил сам не свой. Все причитал, что что-то случилось нехорошее с сыном.
Соседи конечно не дали бы старику пропасть, но он исчез. Как оказалось, сына искать поехал. Ну а куда он поедет? Дороги не знает, толком спросить не может. Дошел до железнодорожной станции, проехал до конечной и все, даже обратно доехать не может, девяносто два года все-таки. Так и гулял сутки где-то, пока добрые люди нам не сообщили.
А мы уж сюда привезли, чтобы в нормальных условиях побыл, пока расследование проводим. Нашли сына, сообщили. Он догулял положенное и приехал. Остальное вы видели.

- Хорош сынок, догулял он. Лейтенант, а зачем он мундир то привез? Что за цирк?
- Да вроде повезет куда-то в ведомственный санаторий устраивать, за былые заслуги.


*****
Ну вот и вся история. Мы побрели в палату, молчали. Каждый думал о своем, наверное обо всем о том, о чем рассказ получился, об уважении к старости, об отцах и детях, о героических людях, да вообще о жизни.
А я думал о том, что уходить надо вовремя. Генералом надо уходить. Не хочу, чтобы мне медсестра слюни вытирала и кричала на ухо: ”Задницу оголи, горе мое”. Хотя конечно загадывать тут нельзя, кому как выпадет, не нам решать. Но врача завтра попрошу, чтобы выписывала.

A.Polyakov
10/07/2014