Сумасшедшие Бабки

Имена вымышленные, совпадения не случайны, мое:

Довелось мне 8 годиков поработать в милиции (сейчас сотрудник уже бывший, но день милиции по старославянскому календарю отмечаю каждый год, придерживаюсь мнения, что бывших сотрудников не бывает). Начинал служить, конечно же, участковым, т.к. блата при устройстве не было. Кто не знает, чем в милиции занимается участковый, поясняю, что это некий универсальный солдат в форме милиционера, который занимается разгребанием всего дерьма, помноженного на бесконечность. (Word подсказывает, что я употребил тут бранное слово «дерьмо», так вот, без таких словечек в свой адрес работа участкового не обходится, причем как со стороны начальства, так и со стороны обычных граждан).

Ближе к делу. Кто работал, тот знает, что у каждого участкового на вверенной ему законом территории всегда найдется парочка, а то и с десяток, людей, которые давно оформили развод с головой и регулярно доставляют неприятности шерифам своими претензиями, зачастую, очень грамотно оформленными юридически. О таких людях и пойдет речь…

Мое знакомство с такими людьми началось с сумасшедших бабок… (прошу понять меня буквально - не денежные знаки, а именно бабки).

Бабка № 1 - «Собачница».

Место действия – практически сельская местность, районный центр. Бабуся № 1 проживает в частном доме, имеет ярко выраженную привязанность к беспородистым представителям вида собачьего, коих в ее хозяйственном дворе насчитывалось более десятка штук. И все бы ничего – подумаешь, любит бабушка собачек, и хорошо… Проблема была в том, что без своих питомцев она дом не покидала. Идет в магазин за хлебушком – вся свора бежит за ней, огрызаясь при этом на прохожих, иногда надкусывая кого – нибудь. Сами понимаете, что даже рьяные защитники животных засыпали жалобами на бабусю районный отдел милиции.

В один из серых будней «Собачница» для дачи объяснений по очередной жалобе, как к себе домой, пришла в опорный пункт старшего участкового, и по совместительству, моего наставника – прожженного до мозга костей майора милиции «Шнурова». Из ближайшего ее окружения в кабинет прошмыгнула только «Жучка», мелкая, но очень вредная собачонка, которая сразу же принялась высказывать свое недовольство положением дел. Шнуров, без всяких церемоний, увесистым пинком, сопровождаемым собачьим и бабкиным визгом, проводил дворнягу за дверь. При виде происходящего у бабки началась истерика, но до рукоприкладства не дошло.

Успокоившись, она потребовала бланк заявления, чтобы привлечь майора к ответственности. Я удивился, с каким спокойствием, майор достал из папки бланк, попросил у собачницы паспорт и начал заполнять шапку, затем положил бумагу перед ней, дал ручку и попросил изложить суть претензий собственноручно в подробном объяснении. Бабуся дала волю своим чувствам и начала писать: «такого – то числа, я такая – то со своими питомцами, далее перечислила всех поименно, пришла по повестке в опорный пункт, где злой майор обидел мою Жучку, выгнал ее из кабинета, чем причинил ей бесконечные моральные страдания и сильный стресс, в связи с чем прошу привлечь его к самой строжайшей ответственности, вплоть до пожизненного заключения, дата, подпись». Шнуров протянул бабке бланк, она расписалась в отмеченных местах, вручил ей копию, вернул паспорт и выпроводил восвояси.
- Один протокол на сегодня есть… осталось девять, - невозмутимо сказал майор.
- Кидай себе в папку, сделаешь отметку в журнале у статистов, что жалоба разрешена, на бабку составлен административный протокол по статье такой – то за ненадлежащее содержание домашних животных, - и протянул мне протокол…
И только после этого я понял, что составлял Шнуров не заявление, а протокол, а объяснение собачницы приложил к нему, как явку с повинной.
- Убили двух зайцев и поранили одну собачку, учись, лейтенат! Пошли работать».

Wankh ©

На этом пока все. Спасибо за внимание. Кому понравится, ждем завтра продолжения сумасшедших бабок № 2 и № 3