Нарушитель протокола, Знаете каким он парнем был?

Я видел Юрия Алексеевича несколько раз. Сразу после полета и потом. Он дружил с моим отцом, иногда прилетал к нему поохотиться и порыбачить, а заодно и просто выпить.
В 1961-м это был веселый и очень подвижный человек. Но с каждым годом улыбка его становилась все грустнее. Лицо расплывалось. На брови появился шрам. Глаза тускнели. Он не хотел быть символом – он был летчиком. И не более того.
Однажды на рыбалке мы с мальчишками состязались в нырянии на дальность. Отец и Гагарин сидели на берегу. Между ними – «Столичная» и уха. Вдруг Гагарин поднялся и сказал:
– Давайте я нырну тоже.
Ребячье соревнование тут же приобрело мировой уровень: с нами, пацанами, состязается первый космонавт Земли. Но отец запротестовал:
– Ты что, Юра, брось, пускай сами ныряют!
Но Гагарин уперся. И несмотря на отчаянные протесты охраны, нырнул сам. Прошла минута, другая… Стало очень тихо. Вскоре заволновалась, затопала ногами охрана, проклиная наши дурные головы.
Совершенно бледный отец стоял на берегу, всматриваясь в мутную воду. Сейчас я совершенно отчетливо испытываю все его чувства, которые он пережил в ту страшную минуту.
И тут Юра появился.

Увидев, что почти вдвое перекрыл рекорд лучшего из нас, Гагарин закричал. Словно победил на чемпионате мира лучших пловцов, а не каких-то там мальчишек в сатиновых трусах.
Я часто вижу эту картину: кричащий, радостный Гагарин, бледный отец, охреневшая от бессилия охрана и мы, пацаны…
В последний раз я видел Гагарина незадолго до его гибели. Он прилетел к отцу почти инкогнито, никого не поставив в известность. Отец работал в ту пору первым секретарем Бухарского обкома партии, и тайный визит первого космонавта его озадачил. Ведь Гагарин, минуя Ташкент и первого секретаря ЦК, прилетает в Бухару. Явное нарушение протокола… Гагарин в тот последний приезд почти не улыбался. А прощаясь на аэродроме, вдруг предложил отцу:
– Каюм, давай махнемся сорочками.
Прямо на летном поле они сняли рубашки. Первый космонавт и первый секретарь. Еще одно нарушение протокола.
Помню отца в тот день, когда погиб Гагарин: он держал в руках его рубашку. А я вспоминал те нырки – когда Гагарин на несколько минут опять исчез с планеты Земля. И вновь появился победителем.
© Акрам Муртазаев
лауреат премии «Золотое перо России»
via