«Проклятие тёщи», или Противостояние зятя и тёщи.

Сказ о том, как зять тёще пытался жизнь разнообразить, но жизнь иногда возвращает всё бумерангом, а в полёте он ещё и скорость набирает.

Действующие лица:

Зять, он же муж – Николай, 52 года
Его жена – Алёна, 51 год
Тёща, она же мама – Светлана Семёновна, 75 лет

Жил-был один добрый человек, а звали его Николушкой. И в один прекрасный день в его жизни угораздило его жениться на прекрасной Алёнушке. Женился и жил он себе спокойно какое-то время.

Жили с тёщей они раздельно, а летом вместе отдыхали на даче, где любимая тёща обитала все летние месяцы, а Николай с женой приезжали на выходные дни.

Как-то жена сварила для мужа лёгкий летний супчик из щавеля и крапивы. И Николаю суп очень понравился. Похвалил жену. На следующий день жена приготовила ему помидорно-огуречный салатик и опять чуть-чуть добавила крапивы. Муж опять похвалил. Тёщенька взяла на вооружение и решила тоже побаловать зятя на следующих выходных. Приготовила ему такой же салатик.

Сели ужинать, разложили по тарелочкам. И отведал бедный зятюшко сиё чудо неведомое. Обожгло ему ротовую полость, да так крепко, что матюги посыпались.

- Это что за салат? – промолвил он.
- С крапивою, как тебе понравилось в прошлый раз.
- Так она же жжётся!!!
- Ну да, я её в рукавицах резала.
- Мама, ну ты что, её нужно минуту в кипятке подержать,- сказала угрюмо Алёна.
-Ох, же дура я старая, не специально, прости меня, Колюшка.

Шли дни, но Николай решил, что это так просто не оставит. И на следующей неделе поменял он ночной горшок у тёщи на глубокий дуршлаг, похожей формы, с двумя ручками. Ночью Светлана Семёновна боялась в темноте выходить в туалет уличный, и держала горшок под кроватью. Ну, и когда приспичило, получился конфуз трагический. Расплакалась Светлана Семёновна.
- Вот такая я стала старая да слепая, что не вижу уже куда писаю.
А на утро, конечно, всё выяснилось, и тут тёща на зятя обиделась.
- Да чтоб тебя разобрало, Колюшка! – сказала она слезу утираючи.

И чуть-чуть получил Николай звиздюлей от Алёнушки.
Николай почему-то доволен был. И сияя, как медный пряничек, думал, чтобы ещё придумать этакое.

Незаметно для себя стал он над тёщей подшучивать. И так увлёкся что, если не подшутит над тёщей, то день прожит зря. Так и летний сезон закончился, и вернулась к себе домой Светлана Семёновна.

Николай приходил часто в гости к тёще на блинчики. После трапезы усаживался на диван перед телевизором и звонил с мобильного телефона на домашний телефон своей тёщеньке. Как только Светлана Семёновна подходила к телефону, он звонок тут же сбрасывал. И гонял её так разочка четыре-три.
- Ах, бесстыжие, звонят и трубку бросают, - возмущалась тёща.
- Да, да, как не стыдно! – говорил зять.
Пожаловалась тёща потом дочери, что звонят хулиганы и балуются. И случайно дочка заметила в телефоне у мужа исходящие звонки, сопоставила. Получил Николай лечебных звиздюлей от Алёнушки. Что уже стало у них входить в традицию.
- Да чтоб тебя разобрало, Колюшка! Ну, зачем же ты так издеваешься? – сказала Светлана Семёновна.

Николай не сдавался и на этот раз. Нет бы, чтобы остановиться вовремя.
Решил всю семью в ресторан сводить. И на праздник заказал он столик в китайском ресторанчике, зная, что Светлана Семёновна не может никак есть сильно перчёное и острое. Так как у неё несварение и пробирает её до самых косточек.

Заказал он заморских яств, да самых таких забористых. Долго с палочками тёща мучилась. Это тоже Николая потешило. После ресторана повёз он тёщу домой. А она уже в лице изменилась, понимал он, что процесс начинается.
- Колюшка, может, поедем уже,- еле молвила тёща краснеючи.
- Покурю, и поедем, минуточку подождите, пожалуйста, маменька.
Покурил, и тихонько они поехали.
- Ты сегодня так едешь медленно.
- Да, куда торопиться, Семёновна?
- Что-то тяжко мне, переела я.
- Тише едешь – дальше будешь, приедем сейчас уже, - молвил Коля, сбавляя скорость.
- Ты что специально это делаешь? Поддай газку. Коля, не смешно.
Николай опять сиял, как медный пряничек.
- Да чтоб тебя разобрало, Колюшка.
- Вы смотрите там сами, аккуратнее.
В общем, скоро они приехали. Уж давно так быстро не бегала горемычная Светлана Семёновна.
Так и жили они припеваючи.

Полетел Николай на четыре дня в командировочку. И в последний день решил выпить чуть-чуть пока свобода от царства бабьего. И уже возвращаясь назад домой, перед самолётом он плотно позавтракал, да как-то не очень удачненько.

Сдал багаж, прошёл регистрацию. Сидел и ждал, когда уже в самолёт на посадку позовут. Тут почувствовал он резь в животе нестерпимую. Так свело, что аж в пот его бросило. Взор его нашёл туалет спасительный, и туда он ходьбой спортивною очень быстро, сжав булки, проследовал.

И почти он достигнул дверь заветную, повстречав на пути своём женщину, что из женского туалета в ту секунду выплыла, предварительно вылив на себя весь флакон духов, как тогда ему это почудилось. А за ней потянулся аромата шлейф и ударил по носу Колюшке. Аромат щекотал его ноздрюшки и ничто не могло уж спасти его.

- А-А-Ап-чхи, - очень сильно чихнул бедный Николай, продолжая держаться за дверь заветную.
Николай стоял в полном оцепенении, не понимая, что же делать ему в такой ситуации.
В это время приглашали пассажиров на посадку, и багаж со всей одеждою был, к сожалению, в самолёте уже.

Так настигло зятя проклятие тёщино.

Вот с тех пор и не шутил Николай больше над тёщею.