Будь мужиком

В ноябре 2014 года мужской раздел сайта Telegraph констатировал кризис мужественности. Репортаж, основанный на статистике общественной организации психологического здоровья CALM, языком цифр рассказывал о том, почему в Британии зафиксирован рекордный уровень суицида среди мужчин за последние 15 лет.

Треть опрошенных CALM молодых людей считали, что не обладают качествами, которые ищут сексуальные или романтические партнёрши, а половина — страдали от какой-либо формы депрессии, но не стремились ни обратиться к профессионалам, ни поговорить с близкими на эту тему.

Самыми страшными врагами парней, подытоживал глава организации Джейн Пауэлл, являлись они сами. Набор устаревших моделей и верований, заключённых у них в голове, мешал им справляться со сложными ситуациями и не позволял им делиться эмоциями и переживаниями ни с партнёрами, ни, кажется, даже с самими собой. Таким образом, современные мужчины сами съедают себя неврозами изнутри.

Мужественность для чайников
Поколение мужчин сегодня растёт без достойных ролевых моделей или медийных ориентиров. Поп-культура осыпает «поколение безотцовщин» одномерными и плоскими персонажами, в результате чего приличная часть современных парней старше 25 лет имеет размытое понятие о том, как вести себя по-мужски и что это вообще значит. Стоит отметить, что та же поп-культура, с её журналами, сайтами и кино дала женщинам той же возрастной категории полные и исчерпывающие инструкции того, как излучать женственность 24 часа в сутки.

Четыре самые губительные инструкции, которые даются мужчинам во время становления личности, перечислил американский социолог Майкл Киммел.

Правило номер один — «Никакого нытья». Оно запрещает мужчине участвовать хоть в чём-то, отдаленно напоминающем женственность или выражение чувств. Номер два, «Будь бо́льшим колесом», приравнивает уровень мужественности к зарплате, уровню власти или общественному статусу.

Правило номер три, «Будь крепким», подразумевает стрессоустойчивость и почти всегда, по горькой иронии, приравнивает человека к неодушевлённому объекту (он должен быть камнем, скалой, столбом). Номер четыре, «Задай им жару», служит оправданием любой агрессии по отношению к кому бы то ни было.

На выходе, по словам Киммела, получаются сотни миллионов эмоциональных инвалидов, вынужденных нести бремя собственной мужественности, навязанное им сверстниками и обществом. Больше всего усилий, пишет Киммел в своей книге «Земля парней», современные мужчины, работающие по этим четырём установкам, тратят не на то, чтобы с их помощью впечатлять и завоёвывать женщин, а на то, чтобы доказать сверстникам, что они не гомосексуалы.

В качестве примера этого явления может служить обзор изданием The Verge реакции мужчин в социальных сетях на анонс iPhone 6s и 6s Plus в розовом оттенке «Rose Gold». «А не подумают ли мои друзья что я гей, если я куплю розовый iPhone?», — один за другим спрашивают парни, как будто есть клинически доказанная прямая связь между розовыми телефонами и сексуальными предпочтениями.

У этих правил есть противоположные установки, которые не навязаны обществом, а идут, по словам опрошенных Киммелом парней, изнутри. Быть отвественным, быть защитником слабых, иметь честь и достоинство. Ничего сложного, кажется, тут нет, но преодолеть «давление мужественности» и стать мужчиной в собственных глазах, а не в чужих, у многих так и не получается.

Уход от реальности по собственному желанию
Модный психологический термин «Instant gratification» означает удовольствие или чувство эмоционального удовлетворения, испытываемое без временных задержек или каких-либо значимых усилий. То есть, это то самое «Я хочу это, и я хочу это прямо сейчас», которое, наверняка, испытывал каждый.

К этому «хочу сейчас» цифровое информационное общество привело людей сравнительно недавно. «Хочу сейчас» — это и доставка еды на дом, и стильное чёрное такси до места назначения, и сервисы знакомств «одним нажатием», и порнография, находящаяся «в трёх кликах», любая информация в мире по голосовому запросу, и даже гаджеты, купленные в первый день выхода. На «хочу сейчас» строится больше половины современного маркетинга и практически вся сфера услуг, но единственное, к чему оно неприменимо — отношения между полами.

Одна из интересных психологических теорий о том, что же такое «мужественность» опубликованная в блоге американского тренингового агенства Art Of Charm, заключается в том, что для мужчины жизненно необходимы три вещи, символически названные «Бой», «Приключение» и «Красота».

«Бой» — это «причина, по которой мужчина встаёт по утрам», его главный источник мотивации. Это может быть и построение собственного бизнеса, и альпинистские амбиции, и вообще всё, что заставляет его двигаться вперёд.

«Приключение» тоже объясняется метафорически и отличается от «Боя» нацеленностью на процесс, а не на результат. В широком смысле, это источник историй для детей и внуков — разнообразные острые жизненные ситуации и пережитые моменты. Ну и, конечно, под «Красотой» подразумевается женщина в жизни мужчины.

Все эти довольно патетичные мотивы, отмечает Крэйг Уилкинсон, автор книг о вопросах отцовства и мужественности, приводят современное поколение в замешательство. Одной из ответных реакций на внутренние и внешние требования, у современных мужчин и подростков является «Цифровая изоляция».

Как это ни удивительно, в век сотен новых способов быть ближе друг к другу, многие осознанно выбирают одиночество. В условиях «Цифровой изоляции» видеоигры и порнография успешно заменяют мужчине и «Бой», и «Приключение», и «Красоту». Виртуальная подмена оказывается если не лучше оригинала, то по крайней мере менее требовательной к мужчине. И это даёт ему совершенно новый уровень комфорта, который уже всерьёз пугает психологов.

Известный социолог Филипп Зимбардо в мае 2015 года заявил, что игры и порнография, по его мнению, станут причиной трагических социальных сдвигов в обществе. Подростки и зрелые мужчины один за одним выбирают экстремальный эскапизм и исчезают с социальных радаров.

Зимбардо пишет что порно и игры настолько просты и одновременно эффективны в воздействии на мозг, что приучают молодое поколение к мгновенному получению наград. Если у мужчины есть потребность в том, чтобы быть героем и сексуальным победителем, то они теперь удовлетворяются практически моментально и без видимых усилий. И без всякого участия в этом процессе женщин. Это «хочу сейчас» в самом его разрушительном для социума виде.

Прости, дорогая, у меня кризис
Следующий шаг в созданной современными технологиями изолированной зоне комфорта — отрицание необходимости заменяемых объектов. То есть, если женщины нет, то куда проще старательно делать вид, что она и не нужна. Отсюда и странные женоненавистнические движения на анонимных форумах и за их пределами. Известное «Тян не нужны» звучит тут как крик целого поколения мужчин, которые «бросили гонку» и предпочли простые в обращении заменители настоящим вещам и явлениям.

Тян-то, может быть и нужны, но мужчины уходят в депрессию, кончают с собой, отказываются от консультаций с психологами, запираются в собственных квартирах с приставками, компьютерами и интернетом, изобретают себе секс-роботов и по всем признакам переживают кризис мужественности (про «кризис женственности» пишут только озлобленные феминистки в привычной им тональности), а женщины продолжают пользоваться приёмами тысячелетней давности — пассивно-агрессивными тактиками поведения, истериками, требованиями и манипуляциями на мужественности, как ни странно, — самой чувствительной зоне у любого мужчины.

Отсюда и публикации в женских журналах с заголовками вроде «Почему мужчины морозятся?», посвящённые тому, что парни больше не подходят знакомиться и молча обрубают социальные контакты по собственному желанию. Нет, девушки, мы не обиделись. И не сделали никаких выводов. У нас просто кризис.

Иван Талачёв,
Специально для TJ