Маленькая сволочь.

«Всю жизнь глядятся в ночь усталые глаза.
В пути шофер- дальнобойщик.
Он знает лучше всех, он может рассказать,
Что наша жизнь- шоссе, шоссе длиною в жизнь…»
Музыка тихо звучала из старенькой автомагнитолы, попадая в такт звуку от колес большой многотонной фуры, словно одинокий корабль, мчащейся по пустынному в этот час, шоссе.

Обычно, доставив груз в назначенное место, Степаныч задерживался на два , три дня и чтобы не ехать назад пустым, искал нового заказчика. В этот раз, подождал пока разгрузят его «боевого коня» , оформил все положенные документы и двинулся в обратный путь сразу. Дома его ждали. Из каждой командировки он привозил жене Антонине и любимой дочке Альке подарки. Это стало их доброй семейной традицией. В этот раз он вез три подарка…
« Ну надо же – я дед. Звучит то как странно. Д е д!» - мужчина с улыбкой посмотрел на свой телефон, вставленный в специальное отверстие на панели его двадцатитонной фуры. Заставкой на экране была фотография его внука. Он еще ни разу не видел малыша - уехал с грузом утром, а ночью позвонила жена и сказала, что они теперь бабушка и дедушка и что роды у Альки прошли нормально. Малец родился ,пусть чуть недоношенным, но здоровеньким и громкоголосым.
« Алька, милая моя Алька…ведь только вчера сама была ребенком, а теперь поди же- мать. Ничего, не горюй- вырастим мальца и пусть без отца , зато у пацана есть и всегда будет дед. Выдюжим, внук, все выдюжим».

****
« Ломай себя, ведь школа гнет свое.
Учителя истерли нервы в пыль.
Жизнь, первый свой урок, преподает
И в место книг в ладонь костыль сует…»

Начинался дождь. Матильда ненавидела дождь. Именно в дождь ушла ее мать, опустив снаружи щеколду. Ушла и больше не вернулась. Дрожа всем тельцем, маленькая Маша прислушивалась к стуку дождя , веря, что сейчас мама вернется, вернется трезвой и обнимет ее. Капли падали на ведро, валяющееся во дворе, отзываясь противным эхом. Из-за дождя двое суток никто не слышал плача девочки… Двое суток четырехлетняя Маша провела в старом полуразрушенном доме на окраине городка- голодная , замершая, одинокая. Двое суток шел дождь…
Трасса была почти пуста, редкие грузовики пролетали мимо, легковые машины Матильду не интересовали.

****
Маленькую одинокую фигурку, Степаныч увидел издалека. Тяжелая машина, недовольно фыркнув, остановилась у обочины. Открыв дверь, Степаныч позвал замерзшую девушку и вспомнил опять о своей Альке. На вид промокшему ребенку было не больше шестнадцати- худенькая, маленькая, замерзшая. Дрожащими руками она выдернула из ушей наушники и ловко забралась в теплую кабину.
- Да ты совсем вымокла, в такое время и одна. Как тебя родители то отпустили.- Степаныч налил чай в большую пластмассовую кружку и протянул девушке.- Пей, иначе заболеешь.
Матильда аккуратно взяла кружку и сделала два глотка. Тепло пошло по телу- «хороший дядька»
- Ты как тут оказалась то?
- Поругалась со своим одногруппником. Он дурак совсем, приставать в машине начал. Договорились, что он меня подбросит до поворота на мою деревню, а сам дальше поедет, к себе. Мы с ним в кулинарном учимся, в райцентре. У него папа шишка в колхозе, вот машинку сыночке купил. Лучше бы мозгов ему прикупил уроду.
- Мда. Ты аккуратней будь. Зовут то как?
- Матильда – гордо ответила девочка , - так то я Маша, но мне не нравится это имя. А Матильда красиво и как-то …хм..загадочно.
- Ну, а я Степаныч, Николай Степанович, дядя Коля просто . Ну что нам по дороге? Я на Кирсаново, а потом влево ухожу.
- Ой как здорово. Мне до Малиновки, а там я пешком. Спасибо дядь Коль.

Матильда-Маша скинула свою мокрую курточку и удобно расположилась на сиденье. Впереди недолгая дорога в тепле .

- Ой, а кто это у вас на телефоне? Можно я посмотрю? Степаныч согласно махнул головой- «совсем дите». Матильда аккуратно взяла в руки новый самсунг и звонко засмеялась. – Ой какой малюсенький. Это кто мальчик , девочка?
- Это мой внук Николай второй. Ему неделя от роду. Вот спешу. Подарочек ему везу, обернись, погляди.
- Дядь Коль, да это же лыжи. Не рановато ли?
- Не рановато, пусть сызмальства привыкает. Я-то в детстве на лыжах гонял ух как. И внука научу.
- Здорово! А я на лыжах только в детском доме пробовала. Не понравилось. А потом на физре в колледже заставляли, не, не моё. Я балет люблю. Матильду Кшесинскую знаете? Вот она моя звезда прям, - девочка закатила глаза.
- Ух ты звезда, а я вот Старостина очень уважаю. Знаешь такого игрока? Хотя от куда- тебе и лет то как моей Альке, небось не больше шестнадцати?
- Восемнадцать уже.
- Уже,- Степаныч засмеялся, - только восемнадцать. Эх, хорошая ты видать девка Машка, дай бог повезет. Да повезет конечно. Выйдешь замуж, детей нарожаешь. А котлеты и борщи в вашем кулинарном готовить научат. Возьми бутерброд , голодная наверное.

Сорок минут Степаныч и Матильда ехали не спеша по пустынной трассе и тепло обо всем говорили. Степаныч рассказ о своей Альке, о том, что не получилось у нее с женихом, зато получилось вот ребеночка родить- эх современная молодежь. Маша слушала внимательно и с теплом смотрела на этого уже не очень молодого, но такого счастливого мужчину.
За окном шел дождь...

- Дядь Коль мне выходить скоро. Спасибо Вам, что подвезли. Я на повороте выйду, а там и до дома недалеко. Если по лесной дороге, то вообще быстро. Темно правда…
- Это ж ты сколько пойдешь под дождем, да еще и в темени такой. Да семь верст не крюк, показывай где твоя лесная дорога. Довезу поближе.
- Ура, спасибо дядя Колечка, а то я и правда боюсь в лесу одной то.
- Места у вас правда тут лихие, где- то недалеко пропала машина год назад, почти как у меня. До сих пор дальнобоя не найдут и от машины след простыл. Звери пошли , а не люди.

Проехав по лесной дороге километра два, девчушка захотела в туалет. И так и сяк мялась, стеснялась сказать взрослому мужчине. Степаныч понял и машину остановил.
- Иди уж, не трясись. Только далеко не отходи. А то медведь в лес утащит.
- Я быстренько, я прям одной ногой туда и обратно.
Девчушка ловко выскочила из машины, легко вспорхнув, как маленькая птичка и скрылась за машиной. «Стесняется» - подумал Степаныч-« эх девчоночки».
Матильды не было пять минут, пятнадцать…

Степаныч взял монтировку и стал вылезать из кабины. Сердце учащенно билось, страх за ребенка давил в грудине. Да куда ж она делась то? Накликал беду старый олух, может и правда испугалась треска веток, подумала, что медведь идет…убежала?

…Резкая боль пронзила все тело … последнее что увидел Степаныч – группу мужчин в черных куртках и весело прыгающую Матильду- « Ура, телефон чур мой».

****
Габаритные огни удаляющейся в глубину леса многотонной фуры , еще долго освещали маленький бугорок свежей земли...

marakuyya