Операция по исправлению кривой носовой перегородки

via AlphaAquilae

На волне историй о хирургии...

Операция была призвана исправить мой хронический насморк и заложенность носа. О деталях операции я вообще не спрашивал, идя туда и стараясь не воображать, как мне будут резать нутро черепа в сознании. Утром велели побриться начисто. И вот...

- Ложись вот сюда. Голову сюда. Руки скрести на груди, вот так.
- Как покойник? - нервно спрашиваю я, складывая руки на груди.
- Ну почему? Лежи так всю операцию и не двигайся, хорошо?
- Понял.

Медсестра накрывает меня каким-то полотном до подбородка.
- Во время операции на твоей грудине будет второй операционный стол. Поэтому постарайся не дёргаться, хорошо?
- Понял.
Наконец, наступает тьма. Медсестра накрывает мои глаза плотной тканью. Учитывая, что я в бахилах и шапочке, непокрытыми остаются только мой нос и губы.
- Открой рот, дыши ртом.
Едва я открываю его, она начинает смазывать лицо чем-то чрезвычайно жгучим. Сквозь, казалось, трескучее шипение моей плавящейся кожи, я успеваю подумать, что это, верно, стопроцентный спирт. Я понимаю, почему дышать надо ртом, когда едкие пары спирта начали будто водка жечь мою раскрытую глотку.
Тут начался хардкор.

Длинным пинцетом медсестра всунула в обе ноздри ваты, смоченные, видимо, дезинфектантом.
- Шмыгни носом изо всех сил, - велела она. Я, издав слабый страдальческий писк, шмыгаю, и всасываю дезинфектант до глотки сквозь носоглотку. Противно до жути. Даже ЧПЭС приятнее.

Наконец, подходит хирург.
- Как зовут?
- Миша.
- Сейчас подействует, и у тебя может онеметь глотка. Это нормально. Не бойся. У тебя же с сердцем проблемы?
- Угу.
- Как почувствуешь, что тебе плохо, сразу сообщаешь мне. Отключаться не будешь?
- Надеюсь.
- Ну хорошо. Сейчас как себя чувствуешь?
- Вполне.
- Ноги дрожат - это не сердце?
- Нет. Просто я вас боюсь.

- Сейчас уколю, не дёргайся. - Хирург говорит совершенно спокойно, но это меня совершенно не успокаивает. Колет. Колет снова. Колет в третий раз. Уколы совсем не болезненные, оводы кусают больнее.
Слышу, как ходит рядом медсестра. Хирург дышит мерно и ровно.
Вдруг чувствую что-то странное.
- Вы как будто мне гвоздь в кость забили, - укоряюще говорю я.
- Да, ощущения такие всегда, - медленно говорит он.
Хррс. Хррс. Тумтум.
- Вы уже там роетесь что ли? - осознаю я.
- Конечно, - усмехнулся он.
- А я-то думал, пока анестезия подействует...
- Дык тут же до мозга недалеко.
Хррс. Хррс. Щщщщ.

Я чувствую, как скальпель срезает слой за слоем ткани в моей голове. В самой голове. Прям внутри.
- Как-то это очень неприятно, - испуганно докладываю я, стараясь шевелить при разговоре только краешками губ. - Лучше бы я никогда такого не испытывал!
- Кхм. Эхем. Неприятненько.
Корень языка в моей глотке чует сладковатый вкус теплой крови.
- Сглотни, - посоветовал хирург. - Дышать же надо.

Матерясь про себя, глотаю. Кажется, проглатываю и одну из ваток с дезинфектантом. А может, мне только кажется.
- Юра, иди сюда, подолби.
Я с ужасом маленькой девочки чувствую твёрдый железный край, упирающийся мне в кость черепа. Я боюсь - неужели это грёбаное долото, а долбить будут молотком?..
ДЫЩ
ДЫЩ
ДЫЩ
ДДЫЩ
Оглушительные удары один за другим обрушиваются на мои кости. Затылок трещит, бьётся о стол. Зубы вибрируют так, будто вот-вот вывалятся сами по себе.
ДЫЩ
ДЫЩ
ТХРСК
- Ой, - невольно вылетает из моего рта, когда я понимаю, что это сломалась кость.
Через ноздрю он вытаскивает пинцетом обломок кости. Я чувствую, когда он царапает острыми краями осколка края ноздрей.
- Вы там мне что, зуб через нёбо вытащили? - нервничая, спрашиваю я.
- О да, разумеется, - хихикнул хирург. - Не двигайся лучше.

- Такие ощущения, что вы мне кости напильником точите, - осторожно говорю я.
- Да, этот инструмент совсем как напильник, - монотонно отвечает хирург.
- Вы извините, если я вас своей болтовней отвлекаю. Напряжение сбрасываю.
- Сбрасывай, валяй, - добродушно говорит он.
Слышу хождение по операционной.
- Что точите? - спрашивает медсестра Юля.
- Да у него тут шипы. Раз уж залез - поточу, - по-деловому отвечает он.
- Если что, я здесь.

Пару минут хирург терпеливо точит мою кость. Наконец, он распрямляется.
- Ну всё, на этом мы закончим... Сейчас ещё раз осмотрю...
Распоркой он раздвигает ноздри и смотрит в глубины моего окровавленного естества. Сперва левую, где, собственно, проводилась операция, а потом и правую.
- О, глянь-ка! - радостно восклицает он.
Юля подбегает:
- Что?
- Смотри, что тут-то! Я тогда тут ещё поработаю, - говорит он.

Я, едва приготовившийся расслабиться, понимаю, что кулаки у меня стиснуты до боли, а ноги лихорадочно дрожат.
Ххррс. Хххрс. Шшшт.
Скальпель скребёт нутро головы. И тут я понимаю, что чувствую это намного лучше, чем в левой ноздре.
- Я, кажется, начинаю чувствовать, - испуганно говорю я.
- Да не, тебе кажется. Юля, иди сюда, ударь.
Я только за миг до удара почувствовал поставленную к кости стамеску.
ДЩ
ДЫЩ
ДЩДЩ
Вновь хрустит кость.
Я чувствую странный холод и "потягивание" в глубине носа. Такое чувство, что я вот-вот почувствую ВСЁ.
- Оно точно до конца операции будет работать? Обезболивающее? - пищу я перепуганно.
- Да конечно!
Ххрс. Хххрс.
Я понимаю, что буквально в паре миллиметров от того места, где скальпель режет, я чувствую лёгкий холодок стерильного воздуха операционной. ЧУВСТВУЮ.
Всего в паре миллиметров от лезвия, что резкими сильными движениями режет мои хрящи.
Я ссыкую, пересираюсь и трушу. Сжимаю кулаки ещё сильнее. Жмурюсь изо всех сил, стискиваю зубы и забываю дышать.

Я не хочу боли.

- Всё! Операция завершена! – громко объявляет хирург.
Я шумно выдыхаю через рот. Слава Бо…
- …вот только заткну тут… - бормочет он вновь.
Я напрягся. Врач взял длинные марлевые верёвки и начал впихивать их
мне в ноздри. В общей сложности длина этой марли была около метра.
- Вы там из меня Брэда Питта не сделали? – спрашиваю я, когда он
затыкает марлю глубже с помощью зажимов.
- Не, - просто ответил он.
- Жаль. Было бы классно девчонок клеить.
Хирург смеётся.
- Ничего, поклеишь ещё девчонок и так. Всё, жди медсестру.

Долго ждать не пришлось. Почти сразу же повязку с глаз убирают.
Покрывало уносят. Я всё ещё боюсь пошевелиться.
- Вставай, - говорит медсестра. Поддерживает меня за плечи.
Когда я сажусь на столе, голова немножко кружится.
- Иди вот сюда, - ведёт она меня под локоть. Я сажусь на стул. – Сиди
смирно.
Она надела мне на лицо большую неуклюжую штуку из марли и ваты.
- Шапочку, бахилы, халат снимай, своё надевай.
Послушно исполняю всё.
- Всё, обратно в палату! – радостно говорит медсестра.

На выходе из операционной меня ждёт другая медсестра.
- О! Ну что, как оно? – спрашивает она с улыбкой.
- Нос вроде на месте, - щупаю я осторожно. Касаться больно.
Но скоро это пройдёт.