Неудачный день Варвары Никитичны

Ранним утром Варвара Никитична уже стояла на пороге районной поликлиники. Вид у старушки был суровый и даже воинственный, но внутри нее играла музыка и плясали полуобнаженные грудастые бразильянки. Настроение было праздничное. Она даже на мгновение зажмурила глаза от удовольствия, как Ленин в предвкушении веселых поебушек с Надеждой Константиновной, но тут же взяла себя в руки, нахмурилась и важно проследовала в гардероб. Сняв с себя пальто, Варвара Никитична достала из кармана бахилы и, кряхтя, натянула их на сапоги. Когда она обменивала пальто на номерок, она как будто смотрелась в зеркало: гардеробщица была копией Варвары Никитичны, только без шапки.

Закончив гардеробный ритуал, Варвара Никитична все так же важно направилась к регистратуре. Дождавшись, наконец, своей очереди она начала ласково пытать девушку-регистратора:
- Скажи, милая, невролог сегодня принимает?
- К сожалению, сегодня только по предварительной записи, - ответила ей девушка-регистратор.
Варвара Никитична хмыкнула.
- А гастроэнтеролог?
- Тоже по записи, но есть свободное время на 12-30, могу вас записать.
- Нет, не нужно, - поблагодарила Варвара Никитична. - А есть сегодня какой-нибудь врач, который принимает в порядке живой очереди? Не по записи? - пошла ва-банк Варвара Никитична.
- Да, есть - дежурный терапевт. Вам нужно взять в терминале электронный номерок. Кабинет 205.
"Какой еще терминал, - проворчала про себя Варвара Никитична и нахмурилась еще больше - еще неделю назад не было никаких терминалов". Она была в небольшом замешательстве.
- Давайте я вам помогу, - вежливо предложила девушка-регистратор.
После пары манипуляций на сенсорном экране она вручила Варваре Никитичне бумажный талончик и повторила:
- Второй этаж, кабинет 205.

Чувствуя какой-то подвох, Варвара Никитична поднялась на второй этаж и отыскала нужный кабинет. В очереди было человек десять. Все еще надеясь на лучшее, Варвара Никитична по привычке спросила:
- Кто последний?
- Это электронная очередь, бабуль, ждите когда ваш номер загорится на табло, - пояснила ей женщина в кофте.
Бразильский карнавал внутри Варвары Никитичны притих. Еще не понимая до конца, что происходит, она минуты три растерянно стояла посреди коридора. Мозг Варвары Никитичны переварил полученную информацию, просчитал варианты и стал выдавать порции умозаключений.

Это что же получается, никто не лезет без очереди, все знают кто за кем стоит и никакой неразберихи?! Херня какая-то! А где же все эти "вас тут не стояло", "я занимала за мужчиной в пиджаке", "не лезте без очереди женщина!", "сама ты быдло!" - где вот это вот все!? Где интриги и хитросплетения!? Вы тут что, блять, с ума все посходили?! Где это виданно, чтобы стоя в очереди в поликлинике, даже на хуй некого было послать?

Прошло еще десять минут. Ничего не происходило. Люди просто заходили и выходили. Отказываясь верить в происходящее, Варвара Никитична решилась на отчаянные меры. Она подошла к молодому человеку в очках, стоящему ближе всего к кабинету врача, и тоном, не терпящим возражений, заявила:
- Я только спросить!
Приготовившись к легкому скандалу, Варвара Никитична сделала жест в сторону кабинета, как будто намереваясь просочиться внутрь.
- Пожалуйста, - безразлично ответил молодой человек и уткнулся в телефон.
Варвара Никитична застыла на месте от такой наглости. Она была в панике. Такая привычная, понятная и родная стихия отторгла ее. Теперь она не была экспертом по стоянию в очереди, она была лишь частью обезличенной толпы с номерками, где все равны и всем по хуй. Паническая атака сменилась яростью:
- Да пошел ты на хуй, чмо очкастое! Сам пиздуй к своему ебучему терапевту! А лучше прямо к окулисту, диоптрии, блять, как в телескопе "Хаббл"!
У молодого человека от неожиданности задергался глаз.
- И нехуй мне тут подмигивать, дрищ четырехглазый! - не унималась Варвара Никитична, - Понапридумывают хуйни, очередь, блять, нейтронная, на хуй не кого послать! А вы хули вылупились, еб вашу мать?! Да пошли вы вообще все нахуй! И ты, и ты, и ты! И ты тоже, жирная овечья жопа!
Варвара Никитична плюнула на пол, спустилась в гардероб, оделась и, от возмущения забыв снять бахилы, направилась на почту. Может быть хотя бы там у людей еще осталась совесть.

Тартуга Транкила