Психологическая травма

В далеком 1990 году, я, вдруг, согласился, что мне нужен массаж. Дело в том, что я купил за 27 рублей путевку в студенческий профилакторий.

Я, допустим, это сделал, чтобы посмотреть, а как это – жить в двухместном номере с балконом, а не на раскладушке в общежитии, из которого меня выгнали еще в начале 89-го, и есть пять раз в день, а не когда придется. Доктор при взгляде на меня понимал, что вот это надо кормить, а не лечить, но был на работе и был обязан что-то прописать.

Поэтому, кроме усиленного питания, прописал кислородный коктейль. Не спрашивайте меня что это, потому что какие-то технические неполадки так и не дали мне попробовать этот чудо-напиток. В качестве заместителя, мне порекомендовали выходить на балкон и там усиленно дышать. Я так и делал, потому что за курение в комнате грозились моментально выгнать из профилактория.

И массаж. О лечебном массаже, к тому времени мне было известно только из порнофильмов. Поэтому я спросил у доктора – женщина ли у нас массажист? А то я откажусь сразу лучше.Доктор подтвердил, что это женщина и зловеще захохотал. Я был молод, поэтому не придал значения этому звоночку в Царь-Колокол, а твердо решил ходить на массаж, где безумно красивая гурия будет втирать в меня ароматические масла и благовония под песню Kiss and Say Goodbуе от группы Manhattans.

В Тот Самый День я, пунцовея от собственных мыслей, вошел в кабинет физиотерапии, где, скучая, сидел величайший борец всех времен Александр Карелин в белом халате. Ну, то есть, женщина-массажист, не была толстой или там некрасивой. Она была вполне себе симпатичной и вполне себе при фигуре. Я даже думаю, ей было лет 35 всего. Просто она была неимоверно крепкой такой. И крупной. Таких Рубенс боялся рисовать, потому что было сразу понятно, что, если не понравится, убежать не получится.

— Узун? – спросила женщина.

— Нет. Простите, я ошибся дверью. – проблеял я и попытался сорваться.

— Проходите и ложитесь! – скомандовала женщина.

Я очень хорошо бегал тогда на длинные дистанции, но сильно лажал на стометровках и всем таком, где нужна была скорость. Поэтому понял, что убежать — не вариант, разделся до плавок и лег покорно, сожалея, что не умею молиться.

— Что у нас тут? – спросила женщина у моей спины. Спина 62х килограммового дрыща предательски сообщила женщине, что у нас тут все плохо и запущено.

— Вот тут, например, плохо. – спокойно сказала женщина и выстрелила мне в спину из крупнокалиберного пистолета. Ну, то есть, она наверное ткнула пальцем в какую-то подозрительную мышцу, но ощущения были как от выстрела.

— Будем работать. – сообщила женщина и наложила на меня руки.

Я в ответ хрустнул всеми костями сразу, включая кости черепа, и попросил общий наркоз.

— Потерпите, немного. Вам еще в армию, а вы тут ноете. – презрительно бросила женщина и попыталась сломать мне ребер по пять-шесть каждой рукой.

— Без боли нет лечения! – говорила она, пытаясь оторвать мне руку.

— Тетенька, я клянусь! Я не убегу! Не ломайте мне ногу! – выл я, когда мои ноги выворачивали под каким-то совершенно непривычным мне углом.

— Ну, ну. Потерпи. Что ты как девчонка.. – приговаривала женщина, проверяя не резьбой ли крепится моя бестолковая голова к несовершенному телу.

— А что у нас с этой мышцой? Ай-ай-ай. – бормотала женщина заплетая мои мышцы в роскошную косу.Я выл и извивался как мог.

— Повернитесь. – скомандовала женщина.

— Вы что? Мне той стороной еще в гробу лежать. Пусть она останется нетронутой. – взмолился я.

— Глупости какие. Давайте, давайте. Мне еще вам ключицу надо сломать, грудную клетку и мы закончим. – женщина была неумолима.

Но она была доброй. Она помогла мне подняться и застегнула на мне рубашку. Сам я не мог, потому что, после массажа, своей я чувствовал только голову. А руки, ноги и спину я чувствовал какими-то чужими. Шел я в номер по стеночке, потому что ноги жили своей жизнью и шагали вперед и во все остальных направлениях в самые неожиданные для меня моменты. Воды смог выпить только из бутылочки, потому что в руках образовался какой-то люфт и стакан проливался еще где-то по пути.

Всего-то два дня боли и все пошло на поправку. Я начал выходить из номерa без стонов и слез. И даже мог повернуться на кровати раза два за ночь.

А на третий день в дверях появилась женщина-массажист и сказала:

— Ну чего ты? Я жду, жду. У нас же второй сеанс.

— Я не мог. Я вообще хотел повеситься, но у меня не получается узел. – честно признался я.

— Глупости какие. – фыркнула женщина. – Пойдем. Уже будет не так больно.

Второй раз действительно был попроще и я хрустел костями уже даже как-то мелодично, что ли. Третий, четвертый и пятый были уже прямо совсем хороши.

Сказать, что мне стало легче и лучше – я вряд ли скажу. В 19-то лет – оно и до массажа было, в общем, неплохо. Но тот первый массаж я, наверное, никогда не забуду.

Вот и сегодня, рекламой принесло ссылку на массажный салон и меня моментально сдуло в курилку с рабочего места.

Кто его знает, может, сейчас прям откроется дверь и милый женский голос сурово спросит:

— Узун?


© frumich