Феминизму в России пытаются придать силу закона

Привет, ЯП! Это мой первый пост, я специально зарегистрировался, чтобы поделиться тревожной новостью. Феминистки всячески продавливают в России так называемый "закон о домашнем насилии", который в случае принятия скопирует в Россию худшие практики по бездоказательному обвинению женщинами мужчин в "домогательствах" по любому поводу (а чаще - вообще без всяких причин). Подозреваю, что на ЯПе мало кому нужно специально объяснять весь тоталитаризм и опасность феминистической идеологии в целом и этого закона в частности, но если такое объяснение всё же нужно, оно написано в комментарии.

Это о самом законе. Что вызывает у меня отдельную тревогу - так это то, что госдума запустила опрос в контакте об отношении общества к подобным инициативам. К сожалению, феминистки узнали об этом опросе первыми, в результате информация о нём содержится на всех феминистических ресурсах (в контакте - 1, в контакте - 2, в жж), и феминистки всячески накручивают голоса. В то же время, у меня сложилось впечатление, что на ресурсах противников феминизма информация об опросе остаётся малоизвестной. Своим постом я хочу исправить эту ситуацию.

Последнее, что я хотел бы сказать о самом законе - да, он говори только о случае родства или совместного проживания (и только в этом случае опасен). Но это если говорить об этом законе. Я не вижу никаких причин, почему в случае его принятия феминистки остановятся на достигнутом (на своих ресурсах они пишут о том, что этого явно недостаточно) и не будут добиваться принятия новых аналогичных законов, направленных на всё более широкий круг мужчин.

Фактически, это первый отдельный закон в России, прямо направленный на признание современной феминистической идеологии. Предыдущие антимужские инициативы были либо не законами, а правоприменительной практикой (например, всё нарастающая лёгкость обвинения в изнасиловании, особенно в педофилии, всё нарастающая лёгкость развода и отъёма детей у мужчины), либо были законами, принятыми ещё задолго до современного подъёма феминизма (служба в армии мужчин, но не женщин, послабления в уголовных наказаниях для женщин).

Во-первых, опасность феминизма в том, что он пытается переопределить крайне расплывчатым и расширительным образом понятие "насилие" и ввести такое же широкое и расплывчатое понятие "харассмент" (чем они отличаются, понять бывает сложно, и часто зависит от личности конкретной феминистки, но это не очень важно, лучше считать, что ничем не отличаются). Конкретно этот закон, если он будет принят, пытается, пусть и в ограниченном количестве ситуаций (только в случае родства или совместного проживания) переопределить слово "насилие". В частности, в него теперь включается "психологическое насилие", определяемое как "причинение нравственных страданий". Говоря простым языком, любые действия или бездействие, которые женщине неприятны, можно назвать причиной её "нравственных страданий", независимо ни от каких представлений о справедливости, которые могли бы сказать, что "многие события и действия нам неприятны, но это не делает их автоматически противоправными и несправедливыми". Фактически, женщина получает абсолютную власть над мужчиной, поскольку любое неприятное ей бездействие или действие будет запрещено. (Про "харассмент" конкретно в этом законе ни слова, но это не сильно обнадёживает, поскольку "насилие" и "харассмент" в понимании феминизма - это примерно одно и то же.)

Во-вторых, это снижение требуемого уровня доказательств обвинения, иногда вплоть до полного их отсутствия. У этого есть две причины, идеологическая и практическая. Идеологическая заключается в том, что феминистки, фанатично уверенные в том, что они представляют собой абсолютное добро, а мужчины - абсолютное зло, поэтому "не барское это дело" в очередной раз доказывать "мужлу", что оно - зло. Примерно как в средневековье цари и бояре ничего не доказывали, когда казнили подданных. А практическая причина заключается в том, что предъявить какие-то доказательства таких размытых явлений как, например, "харассмент", как правило, очень трудно, поэтому единственная возможность с ним бороться (а феминизм утверждает, что это очень важно) - не требовать доказательств вообще. И это не просто абстрактные рассуждения, опыт стран, в которых феминистки получили значительное влияние, показывает, что именно так всё и происходит. Данный конкретный закон, во-первых, говорит о "психологическом насилии", так что можно с уверенностью ожидать, что как минимум практическая причина будет действовать. Более того, авторы закона прямо указывают, что он должен применяться не только в случае реального насилия (пусть и "психологического"), но и при наличии оснований (закон скромно умалчивает о том, у кого) полагать, что существует его угроза, а это проверить ещё сложнее. А во-вторых, некоторые наказания (по-иезуитски названные в законе "репрессивными мерами профилактики") закон прямо предписывает применять просто по факту обращения женщины в полицию, ещё до проведения следствия, в ходе которого обычно и устанавливаются доказательства. Фактически, устанавливается презумпция виновности мужчины: расследование не проведено, не говоря уже о суде, виновность или невиновность не установлена, а "репрессивные меры" уже применяются.

Каковы же эти наказания, которые требуется применять ещё до расследования, только по заявлению женщины, в том числе в случае "угрозы психологического насилия"? В первую очередь речь идёт об изгнании из жилья мужчины, в том числе в случае, если он является собственником (так называемое "защитное предписание"). Кроме того, предполагается прохождение женщиной "курсов психологической реабилитации" вместо работы, оплачивать которые, вероятно, тоже придётся "насильнику", т. е. мужчине, а отсутствие такой оплаты, вероятно, будет интерпретироваться как "экономическое насилие". Наконец, после завершения расследования (которое, вероятно, закончится обвинением, поскольку в духе феминистической идеологии считать, и вообще достаточно логично считать, что уровень своих "нравственных страданий" каждый человек определяет сам) предусмотрены "обычные" наказания в виде штрафа и тюремного заключения.

Наконец, в третьих, феминизм явно не собирается мириться с ситуациями, когда женщина радуется своему сотрудничеству с мужчиной и не имеет к нему никаких претензий. Чтобы этому противостоять, феминистская идеология провозглашает, что на самом деле все женщины страдают от мужчин, а их видимая радость вызвана только тем, что они опасаются мести со стороны мужчин, и, соответственно, вынуждены вести себя так, чтобы внешний наблюдатель никаким способом не мог отличить их от "гипотетических" (так говорит феминизм) по-настоящему радующихся женщин. Чтобы эту максиму претворить в жизнь на практическом уровне, феминизм зявляет, что факт страдания женщины может провозгласить не только она сама, но и какие-то другие люди (подразумевается - феминистки), и женщина ничего не может этому противопоставить. И согласно данному закону тоже, в большинстве случаев "заявление о насилии" может подать не только сама женщина, но и очень широкий круг лиц и организаций, а отозвать его женщина не сможет ("публичное обвинение"). Какой широкий простор для действий недоброжелателей, даже если мужчина и женщина довольны друг другом в абсолютно каждый момент времени!