Полицаи

Раньше я хотела быть законопослушной, а теперь поняла – с полицаями надо пожестче. Нынешняя система говорит мне: умри. Работать ты не имеешь права, но каждый день ты должен что-то есть. Всеми правдами и неправдами я эту систему обхожу, и только благодаря обману еще не скатилась на уровень Петра.

Если тебе требуется помощь, ни в коем случае не обращайся к полицаю, лучше к последнему проходимцу. Полицай не только тебе помощи не окажет, он тебя додавит сапогом и пнет с обрыва, он убьет тебя наиболее болезненным способом. Вообще, мне кажется, полицаи – враги рода человеческого и призваны пить кровь из людей. За свою жизнь я буду бороться всеми доступными мне способами, и если какая-то гадина будет меня душить, я ей так просто не дамся.

Моя карта Тройка оказалась не привязанной к пропуску, хотя я точно помню, что вводила ее номер. У них там, видимо, какой-то сбой время от времени происходит, потому что это уже не в первый раз. В прошлый такой случай это решилось легко – в вестибюле метро стояли служащие и помогли мне привязать, они же открыли своей картой турникет и пропустили (нас там много скопилось с такой проблемой).

А сегодня служащих метро не было, я поискала их глазами, смотрю – только полицейские. Я подошла к двоим – ну не съедят же они меня?

– Как мне быть, - говорю, - у меня карта не читается.

– А, это вам нужно к стенду. Вон, смотрите, для вас повесили, там подробная инструкция.

Ну пошла я, прочитала, внесла изменения в карту. Но она все равно не срабатывает. Стою я – что делать? На работу опаздываю. А неподалеку женщина-полицейский. Думаю: мужики от меня отмахнулись, а вот женщина, она скорее поможет. Подхожу. Так и так, говорю. Есть ли какой-то выход? Она:

- Ваш паспорт.

Я подала.

- Ваша регистрация.

- Регистрации у меня нет, так как собственница жилья находится в Подмосковье и соблюдает режим самоизоляции.

- Старую регистрацию покажите.

Тут я поняла, что дело идет куда-то не туда. А между тем мой паспорт уже у нее в руках, а следом я протягиваю ей и регистрационный талон. Сама себя в руки отдаю. Челка у нее жирная, немытая, глаза мутные. Чего ожидать от женщины с такой внешностью? Смотрит так, будто не здесь находится, будто в метро действует только ее аватар, а сама она этим аватаром с другой планеты управляет.

- А почему у вас регистрация оформлена на один паспорт, а пропуск – на другой?

- Потому что оба эти паспорта не запрещены к обращению на территории Российской Федерации. Я пользуюсь обычно внутренним гражданским украинским паспортом, а когда требуют, предъявляю загранпаспорт. При регистрации потребовали, я предъявила.

- Пройдемте.

Теперь я понимаю, что никогда ментам нельзя давать в руки свои документы. Показывать на расстоянии в своих руках. А то возьмут посмотреть, а потом «пройдемте». А что я нарушила? Мне же она не дала свои документы рассматривать. Откуда я знаю, что это за тетка? Вот пусть бы, пока она рассматривает мои, я бы рассматривала ее, мне тоже интересно, с кем я дело имею. Но это так… пронеслось в моей голове и погасло, пока я заходила в темный коридорчик об одной лампочке под потолком. В конце его дверь. Коридор, где мы остались, совсем узенький был, как тамбур в вагоне – один шаг в ширину. Освещение мутное, как ее глаза.

- За что вы меня задерживаете? – спрашиваю.

- Где ваши перчатки?

- Дома забыла.

- Штраф пять тысяч, - и она достает откуда-то планшет с протоколом.

А к чему были эти расспросы про паспорт?

- Что? Пять тысяч за одни перчатки? У меня маска есть, вот!

Вместо маски я ношу платок шифоновый, окутываю им лицо. В нем легко дышится, и он красивый. Против платка она, кстати, не возражала.

Когда я услышала про пять тысяч, я думала, что вцеплюсь ей в волосы. Она еще присела неловко, по-над стеночкой на корточки, планшет с бланком протокола себе на колени положила – у нас так гопники под магазином сидят, только вместо планшета у них пиво в пластиковом стакане. Ее макушка на уровне моих опущенных рук, прямо бери и трепай эту сучку крашену.

Она умащивается, спиной о стену трется, ручку достает, никуда не торопится. А мои-то ручки трясутся.

- А почему у вас на входе в метро перчатки не продаются? – задаю ей вопрос. – Я бы купила.

- Кроме перчаток у вас еще есть проблемы.

- Какие?!

Молчит.

- Какие у меня проблемы, кроме перчаток? По какой статье вы меня задерживаете?

Молчит.

- За что вы забираете у меня последние деньги? А жить мне на что? Ну давайте я сдохну, вам легче будет? Упырь вы, а не женщина. Жаба мутноглазая. Едешь свои копейки несчастные заработать, не для богатства – на еду, а вы последнее высасываете, суки, твари нечеловеческие. Вши проклятые, пьете нашу кровь. Что смотришь, нежить? Иди, голову помой, вонючка. К тебе, вон, мужики на выстрел не подходят.

Неподалеку от нас стоял один мент, а на выходе из коридора – второй.

Жаль, что я ей это не в лицо прокричала, а про себя, в глубине души. На деле же просто изловчилась, выхватила у нее из рук свои документы и рванула оттуда. Менты меня не остановили.

отсюда