В период Первой мировой войны даже единственный пулемет мог решить участь боя любого уровня. Яркой иллюстрацией этому является бой лейб-гвардии Финляндского полка 20-го июля 1915 г. у дер. Кулик. Батальоны финляндцев занимали оборону у леса и деревни – 2-й, 3-й и 4-й находились на позициях, а 1-й был в полковом резерве.
Командир 4-го батальона лейб-гвардии Финляндского полка штабс-капитан А. Ф. Моллер позднее вспоминал о начале боя:
«Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям… все внимание ротных командиров я обратил на возможно лучшую маскировку окопов и щелей… Не успели роты еще пообедать, как противник стал вести интенсивную пристрелку по деревне, сразу же несколькими очередями зажегши ближайшие к моему наблюдательному пункту и участку 16-й роты халупы. Крытые соломой, они вспыхнули как факелы и, развивши невероятную жару, запалили и все соседние с ними строения. Через несколько минут это было море сплошного огня. … Артиллерия противника, не прекращая вести интенсивный огонь по дер. Кулик, уже гвоздила тяжелой … да так – что целые деревья дыбом взлетали там выше леса… Противник не только не умолкал, но теперь его артиллерия била буквально барабанным огнем – так, что от этого звука и сотрясения разрывов становилась тяжелой голова и где-то долбило в затылке».
Когда в 14 часов началась атака германской пехоты, понесший большие потери от артиллерийского огня противника правый фланг 2-го батальона был вынужден отойти, потеряв господствующую высоту – ключ позиции полка. Но 1-й батальон перешел в контратаку, выбил противника с высоты и прочно удерживал позиции на правом фланге полка вплоть до окончания боя. 3-й батальон также был вынужден покинуть окопы, разрушенные артиллерийским огнем противника. Атакованный превосходящими силами германцев, понеся большие потери, он отошел на другую опушку леса, где и закрепился.
Участь боя решили решительные и тактически грамотные действия командира 4-го батальона и мужество его солдат.
Германская пехота прорвала позиции батальона и, преодолевая русские окопы, устремилась вперед. Раненый, но не ушедший с позиций штабс-капитан А. Ф. Моллер лично руководил действиями пулеметчиков: он приказал вытащить единственный уцелевший пулемет и, установив его внутри окопа, открыть огонь по обходящим фланг батальона германцам. Один из солдат команды связи бросился передать приказ, но сразу же был убит, а следующий за ним – ранен. Тогда старший унтер-офицер 13-й роты Солдатов в одиночку (хотя боевое обслуживание пулемета Максим предполагало наличие 3-х человек) вытащил пулемет и открыл губительный фланговый огонь по германцам – они не выдержали пулеметного огня и залегли, а потом целыми группами бросились назад.
Но через 2–3 минуты стакан шрапнели попал герою в живот – но и лежа на земле, с вывалившимися внутренностями, весь залитый кровью, Солдатов все еще пытался стрелять из пулемета. Комбат так вспоминал о последних минутах жизни героя-пулеметчика:
«…у него зияла рана, с продранной одеждой, перемешавшейся с кишечником и кровью и куском еще торчащего, большого осколка гранаты… ему расстегивали ворот, и он делал с усилием какие-то полуконвульсивные жесты правой рукой, видимо, желая перекреститься. Я не мог, увидев, что он пытается что-то сказать, нагнуться /из-за боли в груди/ и потому присел к нему, старался скорее угадать, чем расслышать, его слова. Кто-то из наклонившихся над ним помог его руке, и он потянулся ею за колодкой с Георгиевскими Крестами /у него их было уже два и несколько Георгиевских медалей/ и стал ее снимать, что ему сейчас же помогли сделать. Превозмогая боль и стараясь улыбнуться, он протянул их мне и, сильно напрягшись, вдруг ясно сказал: «Ваше высокородие! Родителями передайте... Скажите – честно умираю...». Он что-то еще сказал, уже полушепотом, но ни я, ни подпрапорщик Великопольский… слов не разобрали. Видя слезы на глазах бравого старика Великопольского и чувствуя, что они и у меня выступают, я поспешил его перекрестить, поцеловать в лоб и встать, в момент, когда у него уже закидывалась голова, поддерживаемая бережно его плачущим другом старшим унтер-офицером Андреем Салодовниковым».
Контратака бойцов 4-го батальона решила успех боя:
«…передовые цепи … уже вбегали по … склону к лесу, и немцы, вскакивая, отстреливаясь и мечась между деревьями, убегали в лес… Потерь … было немало, и на всем склоне, то тут, то там лежали убитые и раненые. Зато опушка леса была почти вся завалена трупами и тяжело ранеными немцами».
4-й батальон не только восстановил свое положение, но и овладел частью окопов 3-го батальона. Огонь пулемета старшего унтер-офицера Солдатова явился ключевым фактором, позволившим отразить натиск противника, уже вклинившегося в расположение финляндцев.
В бою у дер. Кулик лейб-гвардии Финляндский полк потерял убитыми и ранеными 11 офицеров (еще 3 раненых офицера остались в строю) и до 1,7 тыс. нижних чинов. Многие раненые солдаты также предпочли остаться в строю.
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
Это сообщение отредактировал XEPOMAHT - 19 янв 2021 в 21:11
"И один в поле воин, коли он по-русски скроен..." Дай Бог мне силы, в мой смертный час быть достойным славных предков!
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
Снарядный голод на передовой в Первую мировую - известный факт. Как и то, что снарядов на самом деле было столько, что потом ими воевали всю гражданскую и еще осталось на боевую подготовку до начала 30х.
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
То есть Вы подводите к мысли, что подвиг - вынужденная мера, обусловленная чьим-то распиздяйством? и кабы снарядов было вдосталь и войска поболе, разА в два - можно было и в окопе отсидеться? Человеку одинаково страшно умирать - будет ли он один из полка или ляжет весь полк. Только одни ищут способ спасти товарищей и победить, а другие - основание съебать подальше и уцелеть. Вот и вся философия. Так что не каждый. Далеко не каждый.
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
Снарядный голод на передовой в Первую мировую - известный факт. Как и то, что снарядов на самом деле было столько, что потом ими воевали всю гражданскую и еще осталось на боевую подготовку до начала 30х.
Снаряды наделали во Франции и привезли их в Россию. Это оказалось дешевле чем договариться с нашими "ответственными бизнесменами" . На изготовлении снарядов для русской армии поднялся Пежо. Правда когда приехали снаряды у нас воевать стало неким. Опять же начались погромы помещечьих усадьб, а потом Октябрьский переворот.
Это сообщение отредактировал Pomeranec - 19 янв 2021 в 22:12
«…у него зияла рана, с продранной одеждой, перемешавшейся с кишечником и кровью и куском еще торчащего, большого осколка гранаты… ему расстегивали ворот, и он делал с усилием какие-то полуконвульсивные жесты правой рукой, видимо, желая перекреститься. Я не мог, увидев, что он пытается что-то сказать, нагнуться /из-за боли в груди/ и потому присел к нему, старался скорее угадать, чем расслышать, его слова. Кто-то из наклонившихся над ним помог его руке, и он потянулся ею за колодкой с Георгиевскими Крестами /у него их было уже два и несколько Георгиевских медалей/ и стал ее снимать, что ему сейчас же помогли сделать. Превозмогая боль и стараясь улыбнуться, он протянул их мне и, сильно напрягшись, вдруг ясно сказал: «Ваше высокородие! Родителями передайте... Скажите – честно умираю...». Он что-то еще сказал, уже полушепотом, но ни я, ни подпрапорщик Великопольский… слов не разобрали. Видя слезы на глазах бравого старика Великопольского и чувствуя, что они и у меня выступают, я поспешил его перекрестить, поцеловать в лоб и встать, в момент, когда у него уже закидывалась голова, поддерживаемая бережно его плачущим другом старшим унтер-офицером Андреем Салодовниковым».
Как тут не вспомнить бессмертное произведение:
Цитата
— Дорогие солдаты,— ораторствовал фельдкурат Ибл,— представьте себе: сейчас сорок восьмой год и только что победоносно окончилась битва у Кустоццы. После десятичасового упорного боя итальянский король Альберт был вынужден уступить залитое кровью поле брани фельдмаршалу Радецкому — нашему "отцу солдатам", который на восемьдесят четвертом году своей жизни одержал столь блестящую победу. И вот, дорогие мои солдаты, на горе перед покоренной Кустоццей маститый полководец останавливает коня. Его окружают преданные генералы. Серьезность момента овладевает всеми, ибо — солдаты! — неподалеку от фельдмаршала лежит воин, борющийся со смертью. Тяжело раненный на поле славы, с раздробленными членами, знаменосец Герт чувствует на себе взор фельдмаршала Радецкого. Превозмогая смертельную боль, доблестный знаменосец холодеющей рукою сжимает в восторге свою золотую медаль. При виде благородного фельдмаршала снова забилось его сердце, а изувеченное тело воспрянуло к жизни. С нечеловеческим усилием умирающий попытался подползти к своему фельдмаршалу.
"Не утруждай себя, мой доблестный воин!" — воскликнул фельдмаршал, сошел с коня и протянул ему руку.
"Увы, господин фельдмаршал,— вздохнул умирающий воин,— у меня обе руки перебиты. Прошу вас только об одном. Скажите мне правду: победа за нами?"
"За нами, милый брат мой,— ласково ответил фельдмаршал.— Как жаль, что твоя радость омрачена ранением".
"День был жаркий, господин фельдмаршал. Свыше тридцати градусов жары".
Тогда Радецкий, взял у одного из своих адъютантов походную фляжку, подал ее умирающему. Последний одним большим глотком утолил свою жажду.
"Да вознаградит вас бог за это сторицей!" — воскликнул он, пытаясь поцеловать руку своему полководцу.
"Давно ли служишь?" — спросил последний.
"Больше сорока лет, господин фельдмаршал. У Асперна я получил золотую медаль. Сражался и под Лейпцигом, получил "пушечный крест". Пять раз я был смертельно ранен, а теперь мне пришел конец. Но какое счастье, какое блаженство, что я дожил до сегодняшнего дня! Что мне смерть, раз мы одержали победу и императору возвращены его земли!"
В этот момент, дорогие солдаты, со стороны лагеря донеслись величественные звуки нашего гимна "Храни нам, боже, государя". Мощно и торжественно прозвучали они над полем сражения. И прощающийся с жизнью воин еще раз попытался подняться.
"Да здравствует Австрия! — исступленно воскликнул он.— Да здравствует Австрия! Пусть вечно звучит наш благородный гимн! Да здравствует наш полководец! Да здравствует армия!" Умирающий еще раз склонился к правой руке фельдмаршала, облобызал ее и упал; последний тихий вздох вырвался из его благородной груди. Полководец с непокрытой головой стоял перед трупом одного из лучших своих солдат.
"Можно только позавидовать такой прекрасной кончине",— прочувствованно сказал фельдмаршал и закрыл лицо руками.
Милые воины, я желаю и вам всем дожить до такой прекрасной смерти!..
Снаряды наделали во Франции и привезли их в Россию. Это оказалось дешевле чем договариться с нашими "ответственными бизнесменами" . На изготовлении снарядов для русской армии поднялся Пежо. Правда когда приехали снаряды у нас воевать стало неким. Опять же начались погромы помещечьих усадьб, а потом Октябрьский переворот.
Бред. Союзники бы конечно помогли (и помогали), но проблема была с доставкой. Чёрное море закрыто, его пытались пробить Дарданелльской операцией, но неудачно, а на Севере была ещё не была готова жд ветка от Романова-на-Муроме. "Снарядный голод" сами преодолели, когда заводы перестроились на военный лад.
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
Так ведь это про лето 1915 г. Это следствие неготовности Российской империи к долгой войне, что вылилось в снарядный голод. Такой снарядный кризис был например и у британских войск, но и близко не такой как у России и преодолён был быстро.
Как мне … сознался по телефону командир нашей батареи … снарядов настолько мало, что приказано стрелять нашей артиллерии лишь в нужную минуту и только по близким целям
как обычно - каждый подвиг - результат чьего-то распиздяйства
Снарядный голод на передовой в Первую мировую - известный факт. Как и то, что снарядов на самом деле было столько, что потом ими воевали всю гражданскую и еще осталось на боевую подготовку до начала 30х.
Снаряды наделали во Франции и привезли их в Россию. Это оказалось дешевле чем договариться с нашими "ответственными бизнесменами" . На изготовлении снарядов для русской армии поднялся Пежо. Правда когда приехали снаряды у нас воевать стало неким. Опять же начались погромы помещечьих усадьб, а потом Октябрьский переворот.
Нет, "снарядный голод" был окончательно решен силами отечественного производства. Например:
Цитата
к концу 1916 года производство трехдюймовых снарядов было доведено до 783 000 в месяц.
То же касалось производства гаубичных снарядов и взрывчатых веществ.
Это сообщение отредактировал Horizen8 - 20 янв 2021 в 03:06
Так ведь это про лето 1915 г. Это следствие неготовности Российской империи к долгой войне, что вылилось в снарядный голод. Такой снарядный кризис был например и у британских войск, но и близко не такой как у России и преодолён был быстро.
У британцев и близко не было такой проблемы. В начале войны численность Британской экспедиционной армии действовавшей совместно с французами была 87 тысяч человек. Французов было 1 млн 300 тыс человек. Британцы развернулись только после Верденской битвы, когда обескровленная французская армия утратила наступательный порыв. А в начале вся тяжесть войны легла на Францию и Россию.
Это сообщение отредактировал AquaRobot - 20 янв 2021 в 03:17
ничего не начинаем, как была эта война неизвестной таковой она и останется.
Увы. А ведь у многих там сражались предки. Мой прадед воевал, был ранен, попал в госпиталь где сестрой милосердия работала прабабушка так и познакомилась.
Это сообщение отредактировал AquaRobot - 20 янв 2021 в 03:18
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com