Ад

Слушайте, разве же это ад? Это какая-то фигня, а не ад! — возмущался грешник Иванов, гуляя по, так называемой, Геенне Огненной.
— Да что не так-то? — удивлялся сопровождающий его черт. — Что вам конкретно не нравится?
— Вы серьезно? Всю жизнь мне внушали о страшных муках, которые ждут грешников в аду! — пытался объяснить грешник Иванов свою позицию. — Я не то, чтобы верил, думал, что это так... глупости. Но как-то по-другому себе представлял всё это. Тут ни котлов, ни мучений, ни костров всяких...
— Чудак вы человек, вы присаживайтесь, — чёрт указал Иванову на стул у барной стойки. — Виски будете?
— Виски? Да что же это такое творится... А джин можно?
— Можно! — чёрт щелкнул хвостом и тут же симпатичная дьяволица в наколке и в переднике поставила перед ними бокалы.
— Котлы, мучения, — саркастически начал чёрт, сделав глоток. — Ну, и задурили вам там голову. Мы же черти, а не звери. И в конце концов, какой смысл вас наказывать, если вы уже умерли? Тут не рай, скрывать не буду. Так всё классом повыше, даже колесо обозрения есть. Но и тут совсем неплохо. Простите за сарказм, можно жить. Хотя в вашем случае "жить" — слово издевательское.
— Так что же получается? — Иванов отхлебнул джин. — Надо же, хороший джин... Так что же получается, грешить вполне можно было? А как же заповеди?
— Заповеди... Я вас умоляю! Вот вы, Иванов, вы мздоимец и взяточник. Были. Конечно, вы поступали некрасиво. Из ряда вон некрасиво. Но разве это повод жарить вас на сковороде?
— Да? — Иванов совершенно ничего не понимал — А если бы я был убийцей?
— И что? — черт залпом допил виски.
— Как это что? Убийца лишает жизни других людей...
— Я знаю, что такое убийство, не расшифровывайте. Убийство это отвратительно.
— И вы никак не наказываете убийц?
— Как это — никак? Они попадают в ад.
— То есть сюда?
— То есть сюда. Вон там, видите? Не узнаете?
— Где?
— Вооон там, у двери в туалет, — чёрт показал рукой вглубь зала.
— Не может быть! Это же... — Иванов приподнялся на стуле от удивления.
— Совершенно верно. Гитлер. Собственной персоной.
— И вы его не...
— Ну, говорю же, он попал в ад. Чего не-то?
— Но тут он пьёт напитки, гуляет по берегу, но не мучается!
— Мучается. У него отобрали всё. Страну, власть, женщину, собаку, возможность рисовать. У него ничего нет. Хотите подойти и дать ему пинка? Поверьте, он не ответит, только расплачется и убежит. Тут с ним постоянно такое происходит.
— Ничего не понимаю! — Иванов развел руками. — Ни-че-го!
— Но я вас успокою, — чёрт встал и взял Иванова за руку. — Пойдёмте!
Чёрт увлек его за собой за стойку бара, где начинался длинный узкий коридор. Они шли по нему, пока не пришли к тупику, в полу которого находился тяжёлый железный люк.
Чёрт приподнял его, люк с лязгом откинулся, и тут же громкие дикие вопли и стенания заполнили пространство.
— Там, — чёрт указал крючковатым пальцем вниз. — Происходит всё то, о чём вы спрашивали. И котлы, и мучения, и костры...
— Но кого там держат?— в ужасе сухими губами прошептал грешник Иванов.
— Людей без чувства юмора, — ответил чёрт и захлопнул крышку. Сразу стало тихо.
— Ну, пойдёмте допивать ваш джин, Иванов? — спросил чёрт и улыбнулся.
Александр Гутин