«Три семёрки» и не только: что выпивали в СССР

Советская водка — от экспериментов к стандарту
Сперва пополнять казну за счёт выпивки советское правительство не собиралось. Народ занимался самогоноварением, что-то производили нэпманы, но относительно немного; как оказалось позднее, граждане готовы были потреблять больше. С 1924 г. государство постепенно берёт алкогольное дело в свои руки: по постановлению ЦИК и СНК СССР разворачивается производство виноградных вин крепостью до 12 градусов, пива, наливок, настоек, ликёров, коньяка и, конечно, водки. Правда, крепость водки ограничивалась 30 градусами, а это сильное отклонение от 40-градусного канона, но очереди за ней встали… будь здоров! Тридцатиградусный напиток в народе быстро окрестили «рыковкой» — по фамилии председателя СНК Алексея Рыкова. В 1925 г. появилась и 38-градусная водка в бутылках по 0,1 л (такую прозвали «пионер»), 0,25 л («комсомолец») и 0,5 л («партиец»).

В 1930-е водочное производство расширилось, вернулась и 40-градусная водка, а рецептуру напитка стандартизировали. До войны все водки делали из зернового сырья (картофельные и прочие появились уже позднее) — пшеница, рожь, ячмень, овёс. Ректифицированный спирт очищали берёзовым и липовым углём. В 1948 г. технологии усовершенствовали: в дело пошли активированный уголь, песочно-кварцевые фильтры и смягчённая вода. Жёсткие стандарты производства обеспечивали водкам высокое качество, советские напитки с 1950-х гг. шли на экспорт и котировались на международном рынке как образец.

Ассортимент водок в Союзе 1960−80-х гг. отличался неплохим разнообразием. Канону русского хлебного вина, по мнению историка В. Похлёбкина, соответствовала только «Московская особая» — 40-градусная чистая водка исключительно на ржаном сырье, идеал для традиционного русского закусочного стола с его жирной мясной и рыбной пищей, соленьями и пирогами. Прочие же отличались некоторыми рецептурными особенностями. К примеру, для изготовления той же знаменитой «Столичной» использовались пшеница и немного сахара (для смягчения вкуса); а «Пшеничная» и полностью изготовлялась на пшеничном сырье; 56-градусные «Крепкая» и «Охотничья», а также 45-градусные «Посольская», «Сибирская» и «Юбилейная» от канона отличались крепостью. «Русская» (появилась в 1970-е) на картофельном спирте перегонялась с небольшим добавлением корицы. В «Лимонной», «Зубровке», «Перцовке», «Старке» и «Петровской» содержались ароматические и вкусовые добавки. Всё это — самые известные марки, на этом ассортимент не заканчивается. На прилавках бывали «Столовая», «Кубанская», «Горiлка» и «Золотое кольцо», рижская «Кристалл Дзидрайс», таллиннская «Виру Валге» и другие напитки.
В средней полосе России к 1980 г. большая часть потребляемого спирта приходилась именно на водку (а алкоголики не чурались даже денатурата и одеколона, но учёт такого потребления статистикам недоступен). На втором месте стояло вино.
Вина СССР — от «бормотухи» до элитных марок
Масштабное производство вин в Советском Союзе началось в середине 1930-х гг., прежде всего на базе уже действовавших заводов — «Массандра», «Новый Свет», «Инкерман», «Абрау-Дюрсо» и других. Тогда же, например, появилось большое количество советского шампанского, изготовленного по новой технологии (об этом мы тоже писали отдельно). Советские вина производили во всех подходящих для виноградарства регионах: южная Россия, Северный Кавказ, Украина и Крым, Грузия, Армения, Азербайджан, Молдавия, свои вина делали и в Казахстане, Таджикистане, Туркмении, Киргизии и Узбекистане. Напиться вина можно было даже на рубль с небольшим. В число дешёвых «бормотух» входил легендарный 17−19-градусный «портвейн» «777» (он же «три топора», он же «очко») за 3 рубля 40 копеек, здорово подслащённый — до 10% сахара; производился он из самого простого сырья. Но «777» советского периода — ещё неплохой вариант; менее изысканные бормотухи — 19-градусный «Агдам» по 2,60, «Плодово-ягодное» (оно же «плодово-выгодное» в народе) — по разным ценам и рецептам, а также «Солнцедар» всего по 1,25. Их вкусовым качествам едва ли кто-то мог дать высокую оценку, зато радовала цена. Портвейны к 1980-м гг. пользовались большой популярностью, их советское заводы изготовляли десятками и сотнями миллионов декалитров.
Среди недорогих вин (не креплёных) потребителю предлагались грузинские «Алазанская долина» и «Цинандали» (на самом деле вкусное вино), армянское «Воскеваз», казахстанское «Семиреченское», киргизское «Волжское», украинское «Яблочне» и ещё множество марок… В ведущих винодельческих регионах (Грузия, Азербайджан, Армения и Украина) производилось по 26−28 марок вин, а в Крыму и вовсе 43: 10 столовых сухих, 1 херес, 15 портвейнов, 16 десертных… Заслуженной любовью (особенно у интеллигенции) пользовались более дорогие и тонкие вина: крымский кагор и кокур, портвейны и херес «Массандры» (и сегодня поистине прекрасный), мускат и мадера, насыщенные грузинские «Хванчкара», «Ахашени» и «Гуджаани», сухие и полусладкие вина Армении («Айгешат») и Азербайджана («Кара-чанах», «Акстафа»). Многие из этих марок и сегодня пользуются огромным спросом и берут золотые медали международных конкурсов. Попадали в Союз и зарубежные вина, в основном из социалистических стран — той же Румынии, например; но и стоили они, как правило, прилично.
Довольно сильно виноградарство пострадало в ходе антиалкогольной кампании 1985 г. — самой непримиримой борьбы с пьянством в истории СССР (а боролись и в конце 1920-х, и в конце 1950-х, и в начале 1970-х гг.). Эта кампания оказала хороший эффект на производительность труда и здоровье населения: один факт снижения смертности от алкогольных отравлений чего стоит — от 38,5 тысяч смертей в 1984 г. до 11 тыс. в 1987 г. Однако не обошлось без традиционных для отечественных реформ «перегибов»: некоторые сорта винограда уничтожили практически полностью; к примеру, плантации уникального и дорогого крымского «Чёрного доктора» до сих пор толком не восстановлены. Коньяки, наливки и настойки (менее популярные, чем водка и вино) тоже пострадали. Тогда и пригодились народу навыки домашнего винокурения; изготовление вина своими руками распространилось среди горожан ещё в 1970-е гг. в связи с «дачным бумом» — ведь на даче и яблоки есть, и черноплодка, и крыжовник, и прочие плоды и ягоды. Так что какие бы ни стояли времена на дворе и какие бы реформы ни шли, выпить советский человек мог.

Константин Котельников