Парень печального образа

У моей 16-летней дочери появился новый парень. Я, как водится, узнал в семье последним. Хотя сказать «парень», наверное, слишком громко – это не любовь, не увлечение, а просто друг. Точно такие же друзья у неё уже водились, правда, я их плохо помню. В прошлом году дочь дружила с неким Пашей, весной стала переписываться с каким-то Ильёй, летом появился Андрюха. Ничего серьёзного, всё на уровне детских друзей-товарищей.

Ни один из этих Паш и Андрюх никогда не появлялся в нашей квартире. Я даже не уверен, что они вообще существуют в природе. Возможно, дочь по инерции слегка приврала, желая прихвастнуть перед подружками, и перенесла часть легенды в родительский дом. Тем более что «дистанционный парень» – это модно, а проверить трудно. Молодёжь сейчас живёт и общается исключительно в соцсетях, контакты в реальном мире у них не в чести.

Однажды, когда дочь ушла в школу, жена за завтраком рассказала о её новом парне. Я пожелал хотя бы одним глазком взглянуть на этого поклонника, но все мои попытки познакомиться встретили упорное сопротивление – Ксюха молчала, словно пленный партизан. О том, чтобы молодого человека, как полагается, представили маме и папе, не шло речи. Ксюша за словом в карман не лезет и называет подобные вещи «эти ваши старпёрские танцы».

– Во-первых, нам этого не надо, – объясняла дочь. – Во-вторых, Лёша человек очень занятой. А в-третьих, сейчас никто кексов предкам не представляет, это полный зашквар.
– А как же нам с твоим Лёшей познакомиться? – не понял я.
– А никак. Сами потом познакомитесь.

В общем, оставалось лишь догадываться, что представляет собой загадочный «кекс» по имени Лёша.

Жена, правда, по большому секрету показала фотки из дочкиного смартфона, когда та спала. На снимках я увидел высокого типа в дорогой твидовой кепке а-ля «аэродром» со спущенным на глаза козырьком. Честно говоря, я думал, что такой аксессуар существует лишь в фильмах типа «Мимино». И ещё подобный «кепарь» носят в мрачных местах, где сохранились оазисы гопников девяностых. Хотя, может, я просто ничего не понимаю в молодёжной моде.

Живёт этот Лёша в Подмосковье, то ли в Монине, то ли в Щёлкове, а с Ксюшей познакомился на курсах архитектурного дизайна. В общем, самая обычная история. Ходил парень с тубусом с чертежами, увидел девчонку с таким же, и решили они дружить. А что будет дальше, кто их знает.

О том, что после вечерних занятий Лёша провожает Ксюху до дома, я узнал случайно. Во-первых, дочь стала возвращаться на час, а то и на два позже оговорённого срока. Мы с супругой порой из себя выходили, но ничего поделать не могли. Ксюша заявляла на голубом глазу, что приходить домой к полуночи, а то и в начале первого, – вполне нормально, «да и вообще, меня Лёша провожает».

Потом, когда румяная с морозца дочь появлялась в коридоре, я замечал в подъезде неуловимую тень, которая быстро удалялась, перепрыгивая лестничные пролёты. Рейтинг Лёши в моих глазах резко вырос – далеко не каждый парень в наше время рискнёт провожать девушку прямо до порога.

Настоящий рыцарь из Монина. Бойфренд печального образа.

Однажды я загостился у однокурсника на дне рождения. Возвращался сильно за полночь, вошёл в подъезд уже в третьем часу. Поднялся на этаж и вдруг заметил стоявшего у окна на лестничной клетке высокого молодого человека в подозрительно знакомой кепке. Интересно, что он здесь забыл?

– Здравствуй, – поздоровался я с парнем. – Ты, наверное, Лёша? Что ты тут делаешь?

Парень втянул голову в плечи.

– Доброй ночи, – поприветствовал он меня. – Извините, я сейчас уйду.
– Куда ты пойдёшь? Ночь на дворе.
– Мне всё равно к семи на работу, – сказал юноша. – Ещё часик постою и пойду к метро.
– Заходи, у нас погреешься, чаю попьёшь.
– Неудобно.
– Неудобно торчать ночь в подъезде, а у нас очень даже удобно, – отрезал я. – И давай-ка без возражений.

Я буквально затащил Лёшу к нам, поставил чайник. Мои давно спали, хорошо, что мы их не разбудили.

Когда Лёша снял верхнюю одежду, я его разглядел. На вид лет 17–18. Лицо ещё совсем детское. На шее толстый платок-«арафатка» с огромными кистями – похожими раньше любили украшать шторы и ресторанные скатерти. Безразмерный зимний плащ, на вид вполне приличный. А вот брюки меня позабавили – нечто вроде чёрных шаровар с хаотичными белыми звездообразными пятнами, словно испачканные краской. Я даже подумал, что парень подрабатывает маляром и забыл сменить рабочую одежду.

Позже супруга с дочерью просветили меня, что таков молодёжный стиль преппи-панк. Создаётся он так: верх одежды консервативный или даже строго деловой, а внизу какое-нибудь клоунское хулиганство вроде порток с белыми кляксами. Или наоборот – внизу всё солидно, а верхняя часть гардероба наводит на мысль вызвать санитаров.

Как я и предполагал, Лёша провожал Ксюху и опоздал на последнюю электричку до Монина. Решил скоротать ночь в нашем подъезде. Насколько я понял, такое происходит не первый раз.

– Вечером учусь, а утром и днём работаю в Москве – разгружаю товары в магазине стройматериалов, – рассказывал поклонник дочери, осторожно пригубливая чай. – Потом на полсмены помощником бармена, готовлю зал. А вечером учёба.
– Когда же ты успеваешь учиться и работать? – удивился я. – Как высыпаешься с таким графиком?
– Когда как. Иногда у друзей вздремну, иногда на работе остаюсь, у нас диванчик в хозблоке есть. Когда домой еду, боюсь заснуть в электричке. Не раз просыпался уже в депо.

К печенью и бутербродам Лёша так и не притронулся, предложение поесть горячего тоже отверг. И от раскладушки благородно отказался.

«Слишком гордый, – подумал я. – И не может признаться, что в баре работает, скорее всего, обычным уборщиком. Впрочем, это неплохо».

– Учёба нравится? – поинтересовался я.
– Пока нравится, но хочу на всякий случай выучиться на бармена или бариста. Ребята из бара рассказывали, что многие так начинают.
– У вас в вузе вроде общежитие есть.
– Общагу мне не дают, – махнул Лёша рукой. – Говорят, слишком близко живу, таким не положено. А на съёмную квартиру денег пока нет.

В полпятого утра я закрыл за Лёшей входную дверь, и он поспешил на первый поезд метро. Хорошо бы не нарвался в своём смешном прикиде на неадекватных личностей.

Я размышлял, как рассказать домашним о ночном визите. Дочке наши посиделки вряд ли придутся по душе. Но, в конце концов, она сама предупреждала, что наше знакомство должно произойти само собой. Так и случилось.

Конечно, я отдаю себе отчёт, что через полгода Ксюха запросто может дружить уже не с Лёшей, а с каким-нибудь Мишей или Геной. У них окажутся ещё более смешные штаны, а также пирсинг, татуировки или разноцветные волосы. При этом они вполне целеустремлённые и ответственные ребята.

Вот только почему-то не покидает меня ощущение, что вряд ли кто-нибудь из них пожертвует сном и уютом, чтобы проводить девушку до порога её дома.

Денис.С