Кощей и Василиса

Кощей Бессмертный закрылся руками от удара скалкой, сжался за костяным троном. Василиса размахнулась в третий раз, крича нечто о бесполезности мужа.
— Говорила мне мама! Выходи за Салтана! Будешь в золоте да шелках! А я — дура! За тебя вышла! Лучшие годы жизни на тебя убила!
Кощей хотел возразить, что со свадьбы и двух лет не прошло, но меткий удар скалкой высек искры из глаз. Властелин окрестных гор и могучий чародей, ойкнул и упал на пол. Василиса встала над ним, продолжая гневную тираду и яростно жестикулируя. Порыв ветра сдвинул сарафан, подол накрыл лицо Кощея. Бессмертный вспомнил, почему добивался девицы.
Игривые мысли смело очередным воплем ярости.
— Ты что, мне под юбку пялишься?! Ах ты старый извращенец! Да я тебя!
Кощей мысленно застонал — лучше бы Ягу добивался! Та хоть и старая, но явно покладистей будет...
И вообще, где Василиса достала скалку?
В замке кухарят мастера и Кощей не припомнит у них такого грубого инструмента. Слишком массивная, скорее дубина, чем кухонная утварь.
Из отчего дома прихватила? Похоже на то...
Кощей припомнил семейство Василисы: худощавую мать с острым нордическим лицом и чрезвычайно тихого отца, бывшего богатыря. Теперь ясно, отчего папаша был даже рад, когда Бессмертный приехал свататься.
Жить под одной крышей с двумя мегерами — поневоле станешь тише воды, ниже травы.
Новый удар по лбу породил мысли о разводе, следующий вышиб их со свистом. Если Василиса так разошлась из-за бутылочки вина, выпитой за обедом. То что она сотворит стоит попросить развод?
Убьёт, на кусочки порвёт и плевать что Бессмертный! Найдёт искомый сундук, и затолкает каблучками в дупу!
Вместе с этим, Кощей не мог не признать поразительного факта: Будучи злой, Василиса становится краше! Золотые волосы разлохмачены, на щёчках играет румянец, а глаза сверкают, как падающие звёзды!
Во дворе грохнуло, загремело и застонал металл. Василиса охнула, подбежала к окну и выглянула. Развернулась к мужу и выронив скалку, прижала ладошки ко рту.
— Что там? — Удивился Кощей, поднимаясь с пола.
— Богатыри! Ой, Кощеюшка... что нам делать-то?
— Чего это они...
— Не знаю... признавайся! Ты опять девок воровал?
— Ну что ты, любимая! Зачем мне другие? Стой здесь, я разберусь.
— Не пущу!
Жена вцепилась в плечи, повисла плащом и потянула назад. Кощей с трудом высвободился, схватил длинный чёрный меч, прислонённый к трону, и пошёл к выходу. В дверях обернулся и рыкнул:
— Сиди здесь, скоро вернусь.
Василиса притихла, села за стол и сказала кротко:
— Ты осторожней там...
— Всё будет хорошо, не впервой же.
Со двора нарастает грохот, жалобно стонет металл, трещит каменная кладка. Стоило Кощею покинуть замок, ворота рухнули, подняв облако пыли. В проём протиснулись трое богатырей в надвинутых на носы шлемах, облачённые в сияющие кольчуги, словно войско Черномора.
Василиса высунулась из окна и закусив пальчик, наблюдает за схваткой.
Кощей ловко отбивает выпады, чёрный клинок мелькает возле голов, но богатыри каждый раз уворачиваются или закрываются щитами. От грохота и лязга трясётся фундамент замка, а прислуга попряталась в тёмных углах.
Девица охнула, когда муж пропустил косой удар булавой в темечко. Железный венец сорвало, белые волосы разметались по плечам. Кощей обозлился и изловчившись швырнул наглеца в проломленные ворота. Остальные богатыри бросились за товарищем, а Кощей, размахивая мечом, погнался за ними.
***
Кони всхрапнули, когда витязи обогнули скалу, скрывающую замок Кощея. Оторвались от вороха сена, глядя на хозяев с удивлением. Бессмертный вбежал следом и... сцепился в объятиях с ближайшим богатырём.
— Илюша! Как же я рад тебя видеть! И вас ребята!
По очереди обнялся с каждым, счастливо хохоча. Богатыри стянули шлемы, затолкали в седельные сумки. Переоделись в рубахи. Кощей подошёл к четвёртому коню и стянул домашнюю броню и накинул простецкую одежду рыбака.
— Готов? — Спросил Илья, запрыгивая на коня.
— А то! — Отозвался Кощей, прилаживая соломенную шляпу.
— Ну тогда поскакали! Горыныч заждался, как бы всё вино не выхлестал! Только это, Костик, на обратном пути надо будет к Добрыне заглянуть.
Кощей покосился на Никитича, спросил:
— А что случилось?
Добрыня поскрёб затылок и ответил:
— Дык это, жена тоже лютовать начинает, говорит я не на подвиги езжу, а с мужиками квашу, а дома дел невпроворот... ну ты сам понимаешь.
— А то... — сказал Кощей и хлопнул богатыря по плечу. — Конечно, заеду, друзей нужно выручать

© Александр Шавкунов