Из внутренних органов

Жил я 6 лет назад в Южном Казахстане. Захотелось моей мадам по весне за шампиньонами на пастбище поохотиться.

Привёз я её на поле, сам вокруг старых кошар (загонов зимних) полазил, польстился на кучи шикарного сухого навоза (жил в своём доме с садом и огородом). Подогнал мотоцикл, загрузил полную люльку, потом нарезал длинной лозы для подпорок под фасоль, ну и стал дожидаться, когда у моей утолится азарт.

Уточню, что это было в середине 90-х, расцвет "незалэжности" с воровством, со жратвой у нас был напряг, и народ активно мотался на реку Сыр-Дарью рыбачить и охотиться, невзирая на запреты рыбнадзора и пр.

Когда мы возвращались назад, моя мадам потребовала, чтобы я набрал дополнительно и свежего навоза для утепления парника с рассадой, пришлось добрать свежеароматного сырья и прикрыть его полиэтиленом, дабы не запачкать полог люльки. Лозу прикрепили пучком к люльке, в общем, в сумерках мы выглядели как заправские рыбаки.

Гаец лениво указал нам на обочину, подошёл, не торопясь и ничего не спрашивая, и, сунув руку в люльку, замер. Хочу заметить, что в Южном Казахстане менты самые наглые и жадные по всему СНГ, и у рыбаков, в частности, отнимали самую лучшую рыбу, и не только...

После некоторой паузы (видимо, проводя телепатический диалог с продуктом-родственником, ведь оба же из внутренних органов) гаец вытаскивает руку, брезгливо нюхает её и задаёт великолепный вопрос: "А что ты нычего нэ сказал?". Я изумлённо ответил: "А ты что-нибудь спросил?". Всё, что он мог из себя выдавить, это только слово: "Езжай".

Когда я отъехал метров на 200, до моей мадам только дошло, что означал этот диалог, и она хохотала до самого дома.


© Витька Корнеев