Чуть не замёрзшие - 2., много букв...

Чуть не замёрзшие - первый рассказ, ничем кроме названия, не связанный с этим. Эта история случилась хронологически лет на пять раньше...



- Поехали на "снежник" в пятницу? - предложил мне один мой приятель.

"Снежник" - это такой праздник у туристов. Толпы туристов выезжают за город на поляну, где весело проводят выходные. Куча друзей, песни под гитару, приготовленная на костре пища, байки у костра, весёлые конкурсы, ночёвки в палатке - романтика.

- Конечно поеду, - согласился я.

В пятницу, забив на учёбу, я ехал с рюкзаком в третьем с конца "туристическом" вагоне электрички. На улице стояла отличная для февраля погода: ярко светило солнышко, таял от неожиданно наступившей оттепели снег, пели птички. Вагон был более чем полон - сидячих мест уже не было - но никто не стремился уйти в пустые соседние вагоны. Здесь было весело: пели песни всем вагоном под гитару, а иногда, когда в разных концах вагонов запевали разные песни, то старались переорать другую половину, пили водку и домашнее вино, закусывали холодной тушёнкой прямо из банок.

В вагон вошли контролёры. Тут же по кругу была пушена шапка, в которую кидали денег по принципу "сколько не жалко" - билетов ни у кого не было. Получившие "мзду" контролёры удалились, строго наказав "не хулиганить"...

Через три часа вышли на станции в Челябинской области. Собравшись кучкой потопали неспеша на "стоянку". Идти было легко, несмотря на то, что путь лежал в горы - из-за оттепели я не взял с собой кучу тёплых вещей, как впрочем большинство. Место в рюкзаке занимали продукты, спирт, сухие носки и спальник.

Минут через сорок дошли до Шалашовского плато. Там уже стояло несколько палаток. Поставили свою палатку, позаимствовали топор и ушли в лес за дровами. Первая заповедь любого туриста: дров должно быть много - в три-четыре раза больше, чем кажется, что достаточно. В итоге до темноты выросла большущая поленица.

То, что начало холодать я почуствовал ещё когда рубил дрова в лесу, но не придал этому значения. Наоборот обрадовался. Спать в луже под палаткой зимой - малоприятное удовольствие. Народ потихоньку прибывал - кто-то приехал на двух более поздних электричках после работы. На поляне собралось человек пятьсот: большинство молодёжь, но были и люди постарше, дети.

Горело много костров. Сели возле одного из них, где было побольше знакомых. Поели гречки с тушёнкой. В руки всунули стакан с "башкирской туристической медовухой". Адский напиток, надо сказать. "Готовится" он следующим образом: в неполный полуторалитровый баллон со спиртом наливают растопленный башкирский мёд, всё это перемешивается (тряской), потом добавляется ещё мёд (после растворения объём жидкости уменьшается) и всё повторяется. Крепость этого напитка поразительная - градусов 75-80. Но пьётся на удивление легко - даже закусывать не тянет. Это из-за растворённых сахаров. Выпил. По телу разлилась приятная теплота и расслабление.

Рядом со мной сидел грузин. Все звали его Бейсик (полного имени не помню). В гордой грузинской манере он утверждал, что русские совсем не умеют пить. Вот он у себя в Грузии чачу стаканами пьёт и ничего. Над ним решили "пошутить". Дали ему "медовухи". Как она приготовляется он не видел и не знал. Он выпил. После чего сказал, что такого "вина" он может выпить литров десять. После нескольких кружек его попросили подкинуть дровишек в огонь. Он подскочил, сделал несколько быстрых шагов к поленнице и рухнул на неё лицом. Есть у этого напитка такое свойство - нельзя делать резких движений, иначе вроде трезвый человек моментально пьянеет. Через час Бейсик очухался и начал допытоваться "кто его поленом ударил". Ему налили ещё одну кружку и через пятнадцать минут унесли спать в палатку, укрыв одеялом.

Веселье продолжалось. Отгремели две "туристские свадьбы" (традиция справлять торжество дополнительно ещё раз, если молодожёны познакомились в туристическом походе). Мороз крепчал, но всем было пофигу. Выпили за молодых, попели песни у костра, приступили к конкурсам. Конкурсы сугубо туристические: кто быстрее вскипятит воду в котелке, чья команда лучше переправится по двум натянутым верёвкам, у какой команды лучше получится лыжня (стоя на четвереньках нужно пройти след-в-след друг за другом, образовав обязательно две утоптаные дорожки)... Время летело незаметно...

Мороз крепчал. Поднялся несильный, но постоянный ветер. Приближалась полночь. Большая часть туристов ушла спать. Остальные подтянулись к костру: пели, пили, травили байки... Сидевший справа парень (не помню его имени) спросил, есть ли у нас место в палатке. На таких мероприятиях часто бываю люди, которые приезжают без снаряги - добрые люди приютят-накормят... Место было - у меня с другом была двухместная палатка и два спальника (одиночка у друга и полуторка у меня). Палатка стояла метрах в двадцати от костра. Указав ему направление к палатке и сказав: "Располагайся слева от входа" я остался грется возле костра и пить водку. Парень ушёл.

Через полчаса, поняв, что я пьян, стал сам собираться на ночлег. Мороз по прежнему крепчал. Подойдя к палатке я увидел лежащего возле неё своего неожиданного соседа. Видимо он слишком много выпил. Его тело целиком было на улице, а голова оказалась закрытой внутри палатки. Причём молнию он похоже затёгивал зубами - на бегунке был комок льда и двигаться с места он не хотел. Минут десять мы с другом отогревали бегунок застёжки, пока наконец-то это у нас не получилось. Затащив в палатку "соседа" мы в одежде укутались в спальники.

Ещё через полчаса сосед, стуча от холода зубами, попросился ко мне в спальник. "Только ты не подумай - я не голубой!" - сказал он громко. Стенки палатки имеют нулевую звукоизоляцию, поэтому весь лагерь начал громко ржать, услышав его слова. Я пустил его в спальник, хотя там вдвоём и тесно. Видимо он так до конца и не протрезвел, потому что весь следующий час он, не приходя в сознание повторял с интервалом в три-четыре минуты эту свою фразу: "Только ты не подумай - я не голубой!" Каждый раз после этого звучал дружных хохот в лагере.

Мороз крепчал. Примерно через час я понял, что не могу уснуть. И не только от того, что говорил мой сосед. У меня начали мёрзнуть ноги. Мне было невыносимо холодно, не смотря на то, что я лежал во всей одежде внутри спального мешка и с соседом под боком. Я выбрался из палатки и пошёл к костру. Пожаловался на то, что не могу уснуть и замёрз. Оставшиеся возле костра (человек двадцать) поприкалывались надо мной и сказали, что с таким соседом лучше вообше не спать на всякий случай. Потом посоветовали лечь, сняв обувь. Хотя у меня и были свободные расшнурованные ботинки, но я счёл их совет действенным. Накатив ещё несколько капель, я ушёл в палатку, снял ботинки и уснул. Мороз крепчал.

Сколько я спал - не знаю. Наверняка не слишком долго. Проснувшись я понял, что ноги совсем не мёрзнут. Только вот было странное ошущение, что у меня сползли с ног носки и одеты только самые кончики пальцев. Я сел, чтобы поправить носки на ногах, и только тут понял, что я ногами не чуствую прикосновения рук. Носки были надеты полностью. Я выбежал из палатки и побежал к костру. Ног я не чувствовал. Возле костра я скинул носки и начал растирать ноги снегом. Через несколько минут пальцы начали невыносимо болеть - как будто их сдавили в тисках, вогнали тысячи иголок под кожу и нагревают на медленном огне. Я выл от боли и в то же время был неимоверно счастлив - ампутировать ступни в мои дальнейшие жизненые планы не входило.

Ещё через несколько минут я понял по симтомам, что похоже заболел. Меня знобило, нос был заложен соплями, в голове была каша из каких-то бредовых мыслей... Рядом стояла двухместная палатка. Меня буквально внесли в неё. Там сидело на корточках человек восемь. Было тесно, но тепло. Посередине, наплевав на все правила пожарной безопасности, горел примус. На нём стояла кружка с глинтвейном. Меня напоили горячим вином с мёдом, дали какие-то таблетки. Через несколько минут я вырубился в сидячем положении.

Очнулся. Спросил сколько времени. Мне сказали, что пять утра. Мороз был страшный. Понял, что ещё одна ночёвка мне ни на какие органы не нужна. Да и днёвка тоже. Узнал во сколько будет первая электричка. Без пятнадцати семь. Следующая в двеннадцать. Плюнул на всё и пошёл собирать вещи. Мои соседи по палатке не спали. Мой товарищ идею ехать в город на первой же электричке поддержал полностью. Пока собирались к нам присоеденилось ещё человек пять "единомышленников". Пошли на станцию. Проважавщие нас туристы усмехались: "Небольшого мороза испугались! Вот ведь горе-туристы".

УРА!!! Я еду в тёплой электричке. Под сиденьем нещадно топит электрический калорифер. Греем на нём банки с тушёнкой. Объедение и счастье. По вагону идут какие-то две тётки с баулами - продают всякую мелочь: дезодоранты, одеколон, столовые приборы, фонарики, вязанные шапки и варежки, носки... НОСКИ!!! Купил себе сразу три пары дешёвых китайских синтетических носков. СЧАСТЬЕ!!! Снял свои отсыревшие шерстяные носки и засунул их в рюкзак. Натянул сразу три пары только что купленных носков себе на ноги. ТЕПЛО!!! Через час отогрелся окончательно.

В Уфе сошёл на станции "1629 километр" - немного пешком и вот я уже стою с рюкзаком на остановке, чтобы ехать домой. Остальные поехали до железнодорожного вокзала. Суббота, 10 утра. Мороз. Транспорта нет. Нет и пешеходов. "Понятно," - думаю. - "Кто же в выходной день так рано встаёт. Да ещё и мороз на улице." Жду транспорт, пританцовываю, хлопаю руками по бокам. Холодно.

Проходит полчаса (примерно). Транспорта нет. Особо сильно не волнуюсь - в 90-е он в Уфе ходил из рук вон плохо.

Проходит час. Транспорта нет. Нет даже легковушек на дороге. Пытаюсь успокоить себя мыслью, что в 11 утра в субботу такое наверное бывает.

Проходит ещё час. Транспорта нет. Нет и сил стоять и ждать - мёрзну. Принимаю решение идти домой пешком. В принципе не далеко - километров восемь, если идти вдоль маршрута движения автобуса. Или пять - если напрямую. Решаю идти по маршруту - если увижу догоняющий автобус, то махну рукой чтобы подобрали.

Силы начали оставлять меня, когда я уже видел свой дом. Вот он - до него метров пятьсот. С этой мыслью я упал первый раз. Поднялся. Шагов через пятьдесят упал ещё раз. Поднялся с трудом. Ещё пятьдесят шагов. Снова падаю. Вставать тяжело. Невыносимо тяжело. Пытаюсь ползти. Мне уже не холодно. Хочется просто спать. Закрываю глаза. Мне тепло. Я засыпаю...

Каким-то сверхестественным напряжением воли всё же прогоняю сон и бреду к дому, волоча рюкзак за лямки. Вот осталось пройти ещё мимо пяти подъездов моего дома. За этот короткий участок пути я падаю наверное раз сто. Но с каждым разом цель ближе. Захожу в подъезд и тут оставляю рюкзак - поднять его по шести ступенькам лестницы просто уже невозможно. Мне хорошо. Мне тепло. Я уже почти дома. Лифт. Мой этаж. Кнопка звонка. Безумные глаза родителей. Полная ванна воды. Вода холодная, ледяная. Мне она кажется нестерпимо горячей. Лежу и балдею. Тонкая струйка горячей воды из крана постепенно поднимает температуру моего тела. Я молодец! Я ВЫЖИЛ!!! Я засыпаю.

P.S. Оставшиеся на поляне туристы, намеревавшиеся провести там ещё два дня и одну ночь, не выдержали и приехали на следующей электричке. Температура в Уфе в ту ночь, по показаниям термометра за окном квартиры, составляла -43 градуса по Цельсию. За ночь температура упала на 40 с лишним градусов - редко, но бывает в наших краях. Сколько было в горах я даже боюсь предположить...
Это сообщение отредактировал Уфимский - 26 янв 2012 в 14:11