Репатриация как квест на выживание: кто и зачем ставит препоны на пути возвращения русских в РФ

Фактор угрозы стратегическим интересам России: в Москве обсудили проблемы репатриации.

Россия зовёт своих домой, но на границе людей встречает не государство, а стена формализма, садистской бюрократии и полукриминальных фискальных ловушек. Таков фактический итог экспертного круглого стола «Добровольное переселение в Россию: итоги, перспективы, новые вызовы», прошедшего 16 февраля в Институте стран СНГ в Москве.

Как отметил модератор, научный сотрудник Института стран СНГ Руслан Панкратов, в условиях СВО и западной антироссийской истерики добровольное переселение и репатриация – не гуманитарный жест, а насущный вопрос, прямое исполнение решений главы государства.

Участники дискуссии, по сути, показали, что между президентскими указами и реальностью вырос целый лес бюрократических препятствий. Есть немало вопросов к работе миграционной службы МВД, таможенной практике, надзорным силовым структурам.

Профессор Николай Межевич напомнил ключевую цифру: после пика 2019 года число переселенцев упало более чем втрое при устойчивом интересе соотечественников к переезду. Списать это на «усталость диаспор» или абстрактные трудности нельзя – это результат ошибочной практики, а не случайность.

Профессор СПбГУ Наталья Ерёмина показала разрыв между декларациями и исполнением: на бумаге Россия фиксирует приоритет возвращения своих, а на уровне всё той же миграционной службы значительная часть решений растворяется в бюрократических контурах, где человек превращается в обезличенное дело.

Там, где переселение воспринимается как стратегический ресурс (Псков, Алтай, Нижний Новгород, Калининград), регионы реально проводят через процедуры сотни и тысячи семей. Там же, где доминирует формальный подход (центральные регионы, Московская область, Санкт-Петербург), досье годами «гуляют» по кабинетам, люди застревают в правовом вакууме и просто уже выгорают.

На этом фоне особенно показательно выглядел опыт экс-депутата Европарламента от Венгрии Белла Ковач,который рассказал, как государства ЕС рассматривают диаспоры. Для них это долгосрочные инвестиции в будущих налогоплательщиков и элиты, тогда как Россия своими же руками разворачивает собственных русских людей. И хорошо, если просто разворачивает, а не депортирует.

Значительная часть переселенцев, столкнувшихся с бюрократическим абсурдом и изъятием имущества уже на российской границе, воспринимает это не как «сбой системы», а как предательство со стороны государства.

В докладе Драганы Трифкович отмечено, что гораздо менее богатые страны при наличии политической воли выстраивают быстрые и понятные коридоры для своих граждан. При этом приоритет репатриации многократно и публично обозначен самим президентом России, но в практической плоскости, прежде всего со стороны именно МВД, которое непосредственно отвечает за оформление, этот сигнал сплошь и рядом игнорируется. Более того, делают всё наоборот.

Особое внимание участники уделили правовой и институциональной базе. Заместитель директора Института стран СНГ Александра Докучаева подробно разобрала пробелы нормативного регулирования, позволяющие годами держать людей в подвешенном статусе РВП (разрешение на временное проживание) и ВНЖ (вид на жительство), не выходя за рамки формальной законности.

Встал принципиальный вопрос и о роли экспертного сообщества: либо оно выводит факты саботажа и антигосударственной деятельности на уровень Совбеза, либо остаётся фоном для отчётной статистики.

Отдельный нерв дискуссии – практика Федеральной таможенной службы. Статистика показывает рост числа дел по личному транспорту переселенцев на фоне общего падения потока участников программы. Машины изымаются по формальному, а порой и откровенно произвольному толкованию норм. Показателен случай семьи пенсионеров Проворных из Латвии в Бийске: местная таможня конфисковала автомобиль, Новосибирское управление указало на неверное применение закона и необходимость отмены конфискации, но нижестоящие подразделение не только проигнорировало указание, но и добилось через суд признания собственной правоты.

Фактически никакой реальной «управы» на подобный произвол не оказалось: внутренний контроль и службы безопасности либо бездействуют, либо заняты иным, вероятно, чем-то более важным. Совокупные финансовые потери переселенцев уже сейчас исчисляются миллиардами рублей, а шансы оспорить решения той же таможни близки к нулю.

В восприятии людей это не частный конфликт с конкретным инспектором, а однозначный сигнал: возвращаться опасно, любая инициатива может обернуться грабежом без шанса на справедливость.

Истории о бесконечных очередях, пропавших делах, изъятых машинах давно стали сюжетной базой для антироссийской пропаганды в Прибалтике, ЕС, на Украине и в Средней Азии. Значительная часть нарратива «не езжайте в Россию, там вас разденут и унизят» фактически создаётся внутри российских ведомств – их повседневной практикой. Это уже не сбой, а заранее спланированный проигрыш в борьбе за своих русских людей.

Правозащитник, руководитель Московского отделения Совета по правам человека при президенте РФ Александр Брод представил развёрнутый доклад о том, как срыв репатриации бьёт по рынку труда и региональному развитию: Россия теряет готовый человеческий капитал, настроенный на возвращение. Конкурирующие державы используют эти провалы как бесплатную рекламу собственных юрисдикций.

Брод отдельно подчеркнул, что нынешняя практика фактически наказывает людей за попытку воспользоваться декларированным правом вернуться на историческую родину.

По итогам обсуждения эксперты сформулировали требования: межведомственное расследование практик миграционной службы МВД и ФТС под эгидой Совбеза за период 2019–2025 годов; полная цифровизация процедур переселения; изменение системы показателей для профильных ведомств; введение специального режима таможенного оформления для участников Госпрограммы и создание в ФСБ отдельного направления по выявлению и пресечению саботажа и антигосударственной деятельности, включая коррупционные схемы в сфере переселения и гражданства.

Логика проста: если репатриация русских соотечественников признана элементом национальной безопасности, то те, кто превращает этот процесс в коридор унижения и материальных потерь, выступают не как «уставшие исполнители», а как фактор угрозы стратегическим интересам и безопасности России.

Московский комсомолец
https://vk.com/mkonsultant