38
Вундеркинду Паше Коноплёву в психиатрической лечебнице поставили диагноз "гений"
Опытные профессора несильно удивляются, когда видят одаренного ребенка. Но Паша Коноплев заставлял нервно смеяться многих заслуженных академиков. Ему прочили карьеру великого ученого за то, что еще в средних классах школы он стал выпускать серьезные научные статьи. Интеллект мальчика был выше, чем у многих известных политиков и шахматистов. Но врачебная ошибка поставила крест на том, что могло бы стать одной из самых ярких биографий в отечественной науке.
Паша родился слабым и восприимчивым к инфекциям. Поэтому сильно заболел, еще находясь в роддоме. Как будто этого было мало: при выписке врачи сказали его маме Наталье, что в развитии мальчик будет отставать, а потом оказалось, что он и развивается медленнее ровесников. Ходить и говорить он начал гораздо позже сверстников.
Опасаясь за умственное развитие сына, родители развесили по всей квартире плакаты с буквами и цифрами и принялись учить его сложению. Вскоре мальчик научился не только складывать числа, но и выучил таблицу умножения. За чтением и письмом дело тоже не постояло. Мало того, еще до школы Паша освоил логарифмы и интегралы.
Видя такие успехи, родители проверили IQ ребенка. Результат их ошарашил: шестилетний Паша набрал 144 балла — такому показателю позавидуют многие взрослые.
Несмотря на ошеломляющие показатели в образовании, в семь лет Паша отправился в первый класс, как и все остальные дети. Правда, на уроках Паше было неимоверно скучно. К тому же мальчик начал раздражать учительницу и в результате приносил в дневнике то двойки, то колы.
Тогда знакомая его родителей, детский психолог Виктория Юркевич, написала рекомендацию о его переводе сразу в четвертый класс.
К тому моменту интересы Паши уже не ограничивались математикой. В семь лет он сам выучил нотную грамоту и стал сочинять собственные мелодии.
Кроме того, Паша отлично играл в футбол на позиции вратаря и любил вырезать из дерева фигурки боевых кораблей.
— Я в дедовой мастерской сколотил на верстаке из деревяшек все суда Российской эскадры и покрасил их в свинцово-серый цвет, — писал в дневнике маленький Паша. — На полу веранды на даче мы с ребятами нарисовали мелом очертания Цусимского пролива, расставили суда по описанию Новикова-Прибоя и разыграли сражение. Маме и папе наше представление тоже понравилось.
Вундеркинд постоянно тренировал свой ум. Например, когда он узнал, что в космосе нельзя вскипятить воду, то спроектировал космический чайник. Его мама отмечает: чертеж сделан неуверенной рукой и неправильно пронумерован, но сама конструкция с точки зрения физики безупречна.
В своей книге «Вселенная Паши Коноплева» Наталья вспоминает эпизоды, когда ее сын за считанные секунды решал еще более трудные задачи. Однажды по пути в школу Паша предложил маме сочинить рассказ о полете на Плутон.
— Зачем туда лететь? Там ведь темно. Я читала, что на Плутоне солнце светит, как 15-свечовая лампочка, — ответила Наталья.
— Ты ошиблась почти в семь раз, на самом деле там 100 свечей, — немного подумав, выдал Паша.
Придя из школы, он записал свои расчеты об освещенности Плутона. Знакомый родителей посоветовал показать решение Паши академику Колмогорову — он руководил интернатом для одаренных детей. Профессор поразился тому, что 8-летний ребенок смог произвести такие расчеты, и пожал Паше руку, но большего сделать не мог: в свою школу он брал только с 14 лет.
Видя, что сын увлекся космосом, Наталья отвела его сначала в кружок астрономии во Дворце пионеров, а затем, по рекомендации преподавателя кружка, — в Астрономический институт к профессору Холопову. Ученый поставил перед ребенком сложную задачу: вычислить звезды в созвездии Змееносца на основе огромного массива данных. Паша стал дважды в неделю после школы ходить в лабораторию, где он обрабатывал измерения в виде фотонегативов на стеклышках. Работу Паша закончил, когда ему стукнуло 10. «Исследование переменных V1076 и V1077 Змееносца» авторства Павла Коноплева появилось в журнале Академии наук.
В 14 лет у Паши появился первый компьютер – советский БК-0010. Программного обеспечения на нём фактически не было, и тогда подросток написал множество программ для ЭВМ.
— Паша с помощью папы, который имел представление о программировании из института, начал создавать для БК первые программы. «Бэкашка» — это просто клавиатура с сенсорными клавишами, которая подсоединялась к старому телевизору в качестве монитора, — рассказала Наталья Metro. — Сначала папа помогал, потом он уже не успевал за Пашей. Паша придумал, как делать движущиеся изображения на экране. Стал придумывать нужные для работы БК программы и сочинять компьютерные игры.
Его игры скоро распространились среди владельцев БК-0010 по всей стране, Паша стал очень популярен. Ему звонили и писали с вопросами и просьбами из разных городов. Позже о Паше появилась статья в журнале «Студенческий меридиан».
Компьютерные разработки стали одним из главных увлечений, однако кроме науки Паша уделял внимание и литературе: он писал стихи, эссе и даже за 10 дней самостоятельно перевёл роман Олдоса Хаксли. Изучение английского языка до такого уровня, чтобы можно было сделать качественный художественный перевод, заняло у Паши две недели.
Коноплёв окончил школу в 15 лет и поступил в МГУ на факультет вычислительной математики и кибернетики. Общаться с однокурсниками, которые были старше на три-четыре года, было сложнее, хотя и в студенчестве он обзавёлся множеством друзей и подруг. Павел выглядел старше своих лет, но внутри всё равно оставался ребёнком.
— Паша рассказал мне, как он прощался с детством в свой день рождения — 16 лет. Он уже был студентом МГУ. В Нескучном саду девочка назвала его дядей, качели стали ему коротки, — вспоминала Наталья.
— Паша пришёл домой, слушал любимую пластинку с песенками Шаинского и плакал навзрыд: детство кончилось!
Он ухаживал за девушками, они дружили и общались с ним, но некоторые из них проявляли к нему внимание по большей части перед сессиями, когда нужна была помощь с контрольными и экзаменами. Однажды он пришёл в общежитие с подарком – чайным сервизом, потому что у его знакомой не хватало кружек и пить приходилось из майонезных банок. Однако к этому времени сессия закончилась, и девушки просто не пустили его к себе.
— Эпизод с однокурсницами, которые не пустили Пашу на порог, был лишь однажды. Девушки охотно дружили с Пашей, с ним было интересно и надёжно, он был очень ответственный человек. Они ездили с ним в Петербург и в Прибалтику, и всё организовывал и за всё отвечал он. Мне и сейчас иногда пишут эти девушки, делятся воспоминаниями, присылают фотографии, которых у нас не было.
Вскоре Павел попал на обследование в Центре психического здоровья РАМН. Во многих источниках пишут, что парень порезал себе руки ради привлечения внимания во время ссоры с девушкой. Наталья Коноплева в интервью Елене Погребижской описывала ситуацию иначе — мол, Паша ссорился с девушкой и в процессе ругани достал бритву, вытянул руку и сказал ей: «Режь!» Девушка якобы его и порезала. Как бы то ни было, факт привлечения внимания и факт повреждений были налицо. Первое обследование не выявило серьезных проблем — Пашу выписали, он продолжал учиться и подрабатывать.
Однако родители беспокоились. Вспышки ярости вредили только самому Павлу и окружающей обстановке, но продолжать жить, не пытаясь ничего изменить, было страшно. Наталья и Игорь посоветовались и решили, что Павлу нужна психиатрическая помощь. Врачи поставили юноше диагноз «вялотекущая шизофрения» и начали лечение.
Естественно, что Наталья решила получить поддержку в группе для родных людей с психиатрическими диагнозами. И чем дольше она общалась с ними, тем больше уверялась, что ее сын не болен. Точнее болен, но не так. Парень продолжал учиться и работать по мере сил, у него не было галлюцинаций, он не воображал себя Наполеоном, он оставался все тем же умником, что и раньше, только склонным впадать в уныние и швыряться предметами — короче, его симптомы сильно отличались от того, что описывали другие родители детей с шизофренией. Мама Паши решила, что у него скрытый диабет, поскольку приступы ярости у юноши можно было легко погасить с помощью чего-то сладкого.
От конфет ли, от гормонов ли, или же от тяжелых лекарств, Павел начал сильно набирать вес. Родители продолжали сражаться за более полное обследование. Им удалось попасть на консультацию к Сергею Николаевичу Мосолову, который назначил Павлу эффективное лечение — у юноши снизился вес и прекратились вспышки ярости. Но наблюдаться постоянно именно у этого врача семья не могла — Мосолов был занятым человеком. Остальные психиатры настаивали на другом лечении.
В течение десяти лет Павел периодически лежал в стационаре, который ему не особо-то и помогал, а в промежутках — занимался своими исследованиями. Наталья Коноплева все больше уверялась, что у ее сына проблемы вовсе не с психикой.
Наталья привела сына в Центр психического здоровья РАМН, где после обследования врачи написали в его медкарте: «Гений». Эту запись Наталья сыну никогда не показывала.
Пашу всё же забрали в психиатрическую больницу имени Кащенко. С небольшими перерывами он продолжал лечиться там до конца жизни, параллельно учась в аспирантуре МГУ у профессора Павловского.
Ошибка в диагнозе — психическое заболевание вместо эндокринного — привела к губительному лечению. Паше вкалывали препарат, сгущающий кровь. В итоге в его легочной артерии возник тромб. 17 сентября 2000 года тромб оторвался, и Паша Коноплев умер. Ему было 29 лет. На момент смерти его IQ равнялся 169 — выше, чем у Эйнштейна.
— Он позвонил мне из больницы и сказал, что плохо себя чувствует, что не спал, чтобы я принесла ему то-то и то-то. В то же время он был веселый, шутил, иронизировал над тем, как он уронил пакет молока, разлил, что сказала нянечка, что ответил он. А в 9 часов он не вышел к завтраку, — вспоминала мама Паши свой последний разговор с сыном.
Всю жизнь Паши Наталья не разрешала ему участвовать в телепередачах и давать интервью, чтобы он не чувствовал себя не таким, как все. После его смерти она завела блог, куда стала писать о сыне. Женщину тут же начали приглашать в документалки про вундеркиндов — рассказать о сыне. При этом журналисты часто перевирали слова Натальи: блог женщины полон просьбами помочь ей разобраться с тем, что из ее сына делают жертву советской психиатрии или живой пример губительности высокого интеллекта. Каждый раз Наталья подчеркивает: жизнь, пусть и недолгая, рядом с таким гением, как ее сын, — это дар, за который она бесконечно благодарна.
— Он научил нас самому главному: он научил нас думать, вот меня в частности. Я поверила в себя. Он научил нас быть добрыми, великодушными, благородными. Он научил нас быть смелыми. Я благодарю судьбу за то счастье, что он был с нами, — признается женщина.
Факты и цифры
6 лет – уровень IQ 144
10 лет – написана научная работа, опубликованная в журнале Академии наук
10 дней – за это время перевёл роман Хаксли “О дивный новый мир”
15 лет – поступил в МГУ
18 лет – стал районным депутатом
19 лет – начал учиться в аспирантуре
20 лет – уровень IQ 169 (у Альберта Эйнштейна и Стивена Хокинга – 160)
https://ria.ru/20221229/russkiy-1842278526.html
yaplakal.com