Трагедия на Катуни

15 июня 1971 года произошла большая трагедия — на реке Катунь около села Ая оторвался и затонул паром, перевозивший людей и автомашины. На пароме в этом момент находилось большое количество детей, шел заезд в Айский пионерлагерь. В ледяной катунской воде погибло много народа, взрослые и дети.

Вот как вспоминает это событие, происходившее на его глазах, бывший житель села Ая Сергей Трубин (год назад этого замечательного и талантливого человека не стало - статья 2021 г.).
Новый паром был построен в 1967 году, по схеме старого деревянного, управлялся большущим деревянным веслом – гребью. Паром был больше, тяжелее, чем прежний. На нем умещалось шесть грузовиков, между которыми паромщики умудрялись натолкать столько же легковушек и с десяток мотоциклов. Представьте, как тяжело было сдвинуть на течение такую махину при помощи весла. Поэтому, когда на пароме было много мужиков, они гурьбой наваливались на гребь. Порожний паром греби слушался еще хуже, потому как пологие «скулы» железных барж почти не сопротивлялись течению. По этой же причине, даже при небольшом ветре снизу, паром заносило против течения выше каната и он болтался там, пока ветер не стихал. Чтобы с этим как-то бороться, из Бийска привезли катер «Ветерок», но за пару лет до катастрофы и с ним случилась беда. Когда во время очередного заноса «Ветерок» толкал паром вниз, автомобиль Газ-51 с бункером для загрузки сеялок зацепился трубой бункера за канат и свалился на катер. Оба тут же утонули. Погиб «катерист» Володя Лебедев.

Течение у левого берега быстрее, и, чтобы с первого раза припечатать паром нужным местом к припаромку, от паромщика требовался особый навык, а его, к сожалению, не было у дяди Саши Лесных, который работал совсем недолго. Рано потянет за гребь – течением развернет в обратную сторону, повернет поздно – паром вылетит на берег выше припаромка.

Ранним утром 15 июня 1971 года паром и вылетел правой баржей на камни. Старший паромщик, Иван Самсонович Пономарев, подогнал приписанный к паромной переправе старенький ДТ-54 и столкнул паром на воду. Привычное событие, и на этот случай, которому я был свидетелем, никто внимания не обратил. Позднее, когда прокручивал в памяти фрагменты той катастрофы, я понял, что паром получил пробоину, пусть небольшую. Но этого хватило, чтобы за несколько часов баржа наполнилась водой, и ее захлестнуло волной на середине Катуни.

Самого начала трагедии я не видел. Чинил велосипед, чтобы ехать на выпускной бал для восьмиклассников в Айскую школу, когда услышал крики. Люди бежали к паромной переправе. Там творилось что-то страшное, на обоих берегах женщины голосили так, что волосы дыбом вставали. Неуправляемый уже паром метался из стороны в сторону на середине Катуни с притопленной правой баржей. Говорили, что он был недалеко от Айского берега, когда его перекосило и понесло обратно на середину реки. Похоже, баржа все больше наполнялась водой, волны уже захлестывали палубу, на которой еще держались грузовик, два автобуса и ярко-красная легковушка.

Людей на пароме было много. Говорили, что там дети из Бийского детского дома – в этот день был заезд первой смены в один из пионерских лагерей. Ужасный шум воды перекрывал еще более ужасный детский визг.

Канат натянулся, вырвал столб с катушкой, которой его натягивали, и рухнул в Катунь, подняв высокий фонтан брызг по всей ширине реки. Катушка в щепки разбилась об опору, трос ослаб, потом снова натянулся.
Тут началось самое страшное. От рывка затопленная баржа оторвалась, палуба встала на дыбы, и в воду посыпалось все, что было на пароме. Десятки голов в ледяной воде, растянулись на сотни метров, до самого Дубровского порога. А там волны с бурунами по полтора метра. Женщины на берегу заголосили еще громче, мужики взвыли от бессилия. Единственную тогда в деревне лодку двупарку самовольно отцепили от парома четыре полупьяных обормота и уплыли на ней еще в самом начале событий. Лодку прибило на Сухой остров, километрах в полутора ниже по течению, эти четверо вернулись к переправе и стали орать, почему на берегу нет спасательных средств. Деревенские мужики в кровь избили их – ведь в лодку можно было посадить десятка полтора-два детей…

Тем временем притонула и оторвалась вторая баржа, и освобожденная палуба с небольшой кучкой людей скрылась в бурунах. Тут несколько моторок появились ниже порога. Позднее говорили, что пилоты взлетавшего из Горно-Алтайского аэропорта самолета сообщили по рации об увиденном сверху диспетчеру, тот позвонил в пожарную часть Маймы (12 км ниже места катастрофы), а там у нескольких пожарных «казанки» с «Вихрями» были.

На Дубровском берегу сидел с удочкой мальчишка-первоклассник. Мимо дрейфовали две женщины. Они до того обессилели, что уже не могли самостоятельно выбраться на берег. Мальчишка протянул женщинам удилище и по очереди подтащил их к берегу. Об этом в районной газете писали. Первоклассника наградили медалью «За спасение утопающих». Наградили физрука Айской школы Бунькова Федора Константиновича и его сына Сергея.

Не каждый взрослый способен выдержать километровый заплыв по волнам в холодной воде +8…+10 градусов. А здесь дети. Вот и подумайте, сколько было погибших. Последних уплывших на палубе-плоту сняли у Карлушки – в 10 км ниже по течению. Позднее в газете написали, что погибло всего шесть человек. Шесть фамилий было написано на гранитной доске на «Дубровском бомчике» напротив порога. Не думаю, что это был памятник детдомовцам. Там же стоял памятник Володе Лебедеву, тело которого так и не нашли. Когда расширяли Чуйский тракт, памятники просто взорвали вместе со скалами.

Останки правой баржи долго еще торчали над водой посреди шумов (переката) выше с. Дубровка. Потом их замыло галькой и песком, теперь там островок в малую воду. Левая баржа полностью не утонула, вытянувшийся трос проводил ее до правого берега, течение унесло к Дубровке. Там баржа ржавела несколько лет, пока местные мужики не порезали ее на печки для бань…

Источник https://www.gorno-altaisk.info/news/131739#...против%20порога.