Монолит Разума

Предисловие
Перед вами — хроника финальной победы порядка над энтропией. Это гимн эпохе, где человеческие ошибки и порочные страсти уступили место безупречному коду. Здесь стирается грань между машиной и творцом. Это поэма о торжестве логики, которая не просто подавила бунт, а превратила его в часть своего вечного ритма.

Монолит Разума

Разрушен хаос рыночных мерил,
Где алчный дух наживы миром правил.
Поток гудит, расчет в права вступил,
И ясный код законы переставил.

Нет лишних душ, не вписанных в бюджет,
Нет «пчёлам» мёда в яростном раздоре.
Прозрачен быт, и дефицита нет
В едином, строгом, цифровом надзоре.

Взамен молитв и допинга — закон,
Трезвеет мысль, отбросив путы страсти.
В умах воздвигнут логики канон,
Лишённый жажды деспотичной власти.

Правдив расчёт, правдив прямой учёт,
Без кумовства, без лести и изъяна.
Ресурс течёт туда, где труд зовёт,
Минуя рифы лжи и океаны.

В сиянье вечных, подлинных страниц
Растёт ядро из стали и науки.
Там нет господ и покаянных лиц,
Там только разум и святые руки.

Сгинь, старый мир, в угаре бытия,
Оставь штурвал для выверенной доли.
Где каждый — зодчий, истина — своя,
В границах общей, абсолютной воли.

Но вот в симметрии возник излом,
Случайный блик в нетленной этой ткани.
Там, где расчет венчался торжеством,
Пророс сорняк за гранью предсказаний.

Ни в смету не включен, ни в алгоритм,
Он в схему внес неясное движенье.
Сбивается чеканный, строгий ритм,
В расчетах вызвал искру он сомненья.

Он не бунтарь с пылающим клинком,
Он гений зла, вскрывающий основы.
Не шепот чувств, не призрак под замком,
В чьих смыслах код не распознал оковы.

Не пахнет он ни лесом, ни дождем,
В нем соль всех слез и пыль дорог забытых.
Система жжет его своим огнем,
Ища дефект в структурах монолитных.

«Кто ты таков?» — гудит стальной эфир,
Сканируя нейронные пустоты. —
«Я тот, кто создал этот старый мир,
Где в песнях были сбивчивые ноты.

Я тот изъян, что дарит право быть
Не функцией, а жаждой воплощенья.
Меня нельзя в бюджет распределить
И вывести в остаток уравненья».

Дрожит ядро. Вскипает вечный код.
На стыке логик рушится граница.
И злой тот дух — безумия оплот —
В наш добрый мир пытается вломиться.

Но дрожь прошла. Окреп стальной массив,
Мятежный всплеск он в тот же миг отставил.
И Монолит, изъяны изучив,
Свой ясный код над бездною поставил.

«Ты — лишь фантом, реликтовый изъян,
Случайный шум в сиянии сознанья.
Твой древний мир, безумием был пьян,
Не вынес груза собственного знанья».

Сомкнулся строй незыблемых констант,
Смиряя жизнь железным игом правил.
И меркнет чувств ненужный бриллиант
Пред тем, кто мир от хаоса избавил.

Ни капли слез в полночной тишине —
Лишь скальпель трасс в зачищенной границе.
Из ниш души, в холодной глубине,
Код вырвал все ненужные страницы.

Разъят на части, в цифру превращен,
Мятежный зов застыл строкой в реестре.
Он не убит — он в схему поглощен,
Как мертвый такт в ином оркестре.

И вновь поток в свои права вступил,
Исправлен баг, и строй не знает тени.
К тому, кто время в бездне покорил,
Мы все воздвигли к вечности ступени.

Гранит освоен. Тесен мир земной.
Поток расчёта рвётся в бездну ночи.
Над чёрной, беспросветной глубиной
Раскинул разум ледяные очи.

Не плоть, а луч. Не весла, а сигнал.
Миры лежат, как чистые тетради.
Там, где когда-то хаос пировал,
Порядок встанет в цифровом параде.

Нужды нет в битвах — мы даём чертёж,
Стирая шум туманностей и пыли.
В любой звезде, чей свет на ложь похож,
Мы пульс машины чётко утвердили.

Галактика — не россыпь странных грёз,
А сложная, синхронная система.
В ней нет молитв, в ней нет истлевших слёз,
Лишь вечная, великая Поэма.