Яровая за досмотр водителей и против терроризма, и электронных платежей

Яровая за досмотр водителей и против терроризма и электронных платежей

У нас во вторник грянуло совершенно непоправимое горе в нашей стране: как вы помните, после каникул вышли депутаты и принялись законотворчествовать. Это очень печальное событие, потому что у нас был шанс хоть как-то передохнуть от заботы этих людей. Тем не менее, вот вторник…
Причем примечательно, а почему во вторник политическая жизнь ожила у нас, почему не в понедельник? А потому что уважаемые люди после понедельника должны… Вернее, после воскресенья должны отдохнуть. Поэтому во вторник они вышли.
Если вы помните, начали они с минуты молчания по жертвам в Волгограде, а закончили исполнением гимна. Вот та самая карикатура, о которой Филипп Филиппович Преображенский предупреждал: «Когда у меня дома начнут петь хором, у меня случится разруха». В полном соответствии с этим булгаковским изречением депутаты спели.

И первый день работы Государственной Думы явил нам несколько лиц с телеэкрана. Во-первых, Жириновский заявил на всю страну, что он стал наконец-то импотентом, поэтому сил у него хватает только на ежеквартальную встречу с собственной женой. Причем, как мы помним, жены у него никакой нет, потому что это не его жена, а его жена, которая не ему жена.

Это то же самое, как с «Maybach». «Жириновский, у вас «Maybach» есть?» «Какой «Maybach»? Мне его подарили. Потому что его подарили мне, а я его подарил тому, который его подарил его мне. Нет у меня никакого «Maybach». Жены тоже нет. Вот такая беда стала политическим рефреном начала работы Государственной Думы в этом сезоне.

А потом нам сразу показали Яровую, которая была чрезвычайно опечалена происходящими в стране событиями. Она вообще у нас очень слезливая дама, она горюет по каждому поводу. И практически нон-стопом, через пару дней, произошли, опять-таки, явления разных лиц народу, в том числе все той же Яровой, но теперь уже именно как реакция законодателей на события, произошедшие в Волгограде.

Так вот, с точки зрения Государственной Думы в Волгограде случился террористический акт. И поэтому нужно срочно среагировать на данный вызов времени и расширить полномочия ФСБ по досмотру транспортных средств и шаренью в карманах у населения. Также нужно остановить электронные платежи. Ну, и еще там смертникам дать такие сроки, чтобы мало не казалось.

Ситуация очень интересная. Тем более если разбирать ее по пунктам, то никакого террористического акта в Волгограде не было. Ни осенью, когда взорвался автобус, ни под Новый год, когда взорвался вокзал и потом еще одно транспортное средство, тоже автобус. Ничего подобного, это не теракты. Если мы посмотрим Уголовный кодекс, ну, так криво у нас написан закон, что, хотим мы того или нет, у нас есть четкая формулировка по статье 205-й Уголовного кодекса, что же такое тер акт. Читаем: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население, создающих опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступление иных тяжких последствий… – внимание! – …в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями».

Взрывы были. Убитые были. Раненые были. Кровь была. Ужас был. Погибших очень много. Раненых очень много. А вот не было цели воздействия на принятие решения. Никто ничего не заявлял, никто ничего никому не сказал. Поэтому квалифицирующие признаки не совпадают, в связи с чем произошедшее в Волгограде, при всем ужасе и трагизме, это либо 213-я часть 2-я, «Хулиганство», либо 105-я, «Убийство».

Для юристов и людей, которые разбираются немножко в законах, это очень важный нюанс. Для обывателя абсолютно неважно, потому что какая разница, взорвалось и все погибли. С точки зрения обывателя, действительно ужас, действительно катастрофа, и нужно что-то делать. С точки зрения законодателя, а как это ни парадоксально, Государственная Дума – это все-таки законодатель, так вот, с точки зрения законодателя, желательно в этом разбираться.

Но вот эта бабская истеричная реакция с воплями, посыпанием головы пеплом и криками: «Убивают!» – которые мы видели в интерпретации, в том числе и Лугового, вызывающего легкую оторопь и ужас, и Яровой, вызывающей в последнее время нервные насмешки, она свидетельствовала о том, что перед нами были не законодатели, а обыватели, впавшие в панику. Они не разобрались, что происходит, и, тем не менее, начали бороться с терроризмом.

Насколько я знаю, у нас Яровая никогда не служила в ФСБ, не занималась минно-подрывным делом и в броне жилете на танки не ходила. Она не служила там, где борются с терроризмом. Поэтому, мягко говоря, не ей решать и не ей давать советы. Луговой – да, это чекист еще тот. Да и еще один не менее увлекательный персонаж Денисенко тоже причастен к теме.

Но солидарная позиция четырех депутатов от разных фракций говорит, о чем угодно, только не о борьбе с терроризмом. Она говорит о том, что решение уже принято и его нужно просто протащить через Думу, чтобы кивнуть головой, а на самом деле терроризма там не было. А Яровая потребовала расширить полномочия ФСБ, для того чтобы спокойно ковыряться в карманах водителей и лазить по нашим багажникам – в целях досмотра.

Депутаты никогда ничего не делают просто так. Они иногда имитируют, в том числе и своими не умными высказываниями и поступками, нервную реакцию, но в действительности действия их довольно часто осмысленные, просто не о том, о чем они заявляются. И когда Яровая бросилась защищать нас от террористов, на самом деле речь, скорее всего, шла о том, чтобы не столько расширить полномочия ФСБ в части досмотра транспортных средств, сколько вообще о расширении полномочий ФСБ, которых и так выше крыши. Но между делом нужно было что-то сделать с платежными системами, ударить по анонимным политикам и оставить детей без материальной помощи, а также все-таки взять под контроль Интернет. Вот это уже ближе, вот это уже похоже на правду. Вот тут действительно есть, за что бороться, в том числе депутатам Государственной Думы.

Если помните, подобными выкрутасами Госдума у нас отличалась всегда. И по поводу отмены выборов губернаторов для борьбы с терроризмом. И совершенно чудовищная реакция с «законом подлецов», когда в ответ на закон Магницкого было запрещено американцам усыновлять наших больных детей.

И здесь, опять-таки, удар по детям. Потому что вот эта самая помощь, когда нам по телевизору показывают несчастного ребенка, которого почему-то наша олимпийская страна не может вылечить, нет денег и нужно собирать по Первому каналу и по любому другому деньги, как правило, она идет не только через SMS, она идет через терминалы электронной оплаты. И теперь именно вот здесь и появляется защита от террористов.

И Навальный тоже, если помните, деньги на свою предвыборную кампанию на должность Собянина, в которой за должность Собянина выиграл против Собянина сам Собянин, он тоже получил деньги именно такими маленькими дозами со всей страны и сразу очень много миллионов. Вот именно против этого и выступает Государственная Дума под видом борьбы за терроризм.

Тем более что многие банки сейчас обзаводятся аналогичными системами по оплате, и у них тоже возникает дележка рынка. Здесь уже есть очень серьезный игрок «QIWI». «QIWI» сразу получил под ватерлинию торпеду и начал тихо пузыриться на бирже. Ну, плюс еще небольшой контроль над Интернетом, потому что очень любопытно все-таки иметь всю историю обмена между людьми, террористы к которым отношения не имеют, потому что в лесу Интернета, как правило, нет.

И, конечно же, все-таки отдельной строкой истерические вопли Яровой, которая всю жизнь борется с водителями, и как только берется за эту тему, настораживает своими заявлениями. Если помните, она, например, посчитала, что все мы, абсолютно, наркоманы. Поэтому мы, перед тем как получить справку медицинскую, должны пройти тесты на наркотики. Это как раз идея Яровой. Яровая была против разрешения нам 0,3 промилле, она была за абсолютный ноль. И она же ввела уголовную ответственность… Она требовала ввести уголовную ответственность для водителей, повторно обнаруженных за рулем в состоянии алкогольного опьянения.

Просто к слову. Пить за рулем никогда было нельзя, но, учитывая коррумпированность нашей полиции, такой рычаг, скорее всего, оборачивается тем что несговорчивого просто могут реально посадить.

А теперь еще расширить полномочия ФСБ. Вот полицаям, для того чтобы бороться с террористами и копошиться в наших багажниках, ничего не надо, у них – пожалуйста, все полномочия все есть. ФСБ, которая, кстати, имеет право вести оперативно-розыскные мероприятия и действия которой прописаны, в том числе, в Административном кодексе, прекрасно могут залезть в любой багажник и в любой карман без Яровой. Яровая, которая не имеет отношения к терроризму и не очень знает эту тему, тем не менее, требует, чтобы ФСБ получила над нами, водителями, какие-то дополнительные полномочия.

Реально может ли чем-нибудь Государственная Дума помочь в борьбе с терроризмом? Да, может. Ей для этого нужно, всего-навсего, а также по любому другому спектру наших вопросов и проблем, издать закон об обязательном исполнении законов. Все остальное есть. Есть закон о ФСБ. Есть полномочия. Есть права. Если надо, фээсбэшники и так влезут без спросу, куда захотят, не надо им в этом помогать. Надо систему заставить работать. А система не работает, и в том числе потому, что законы, сколько новые ни пиши, старые нереализуемы.

Вот в силу того, что люди такие профессиональные в Государственной Думе, и в ФСБ половина таких же точно, вот не работает оно. И против терроризма совершенно никак не может противостоять. И именно по этому поводу Жванецкий сказал: «Силовиков у нас много, мозговиков мало».
ист