Эхо войны. Будни поискового отряда на Кубани

17 фото отсюда

Бобры в Адагуме

День седьмого ноября – красный день календаря. Хоть был он и серым и прохладным, а перед нами расстилалось серо-зеленое болотце, но для нас, все равно – красным. Из многих уголков Кубани съехались люди, поработать на месте падения самолета. Даже присутствовал красный флаг, принесенный на место работ нашим Алексеем. В этот раз, традиционное красное знамя на месте работ, выглядело вовсе уж символично

Вот оно, поле нашего боя.

На этих раскопках, мы действительно трудились как бобры. Строили плотину, черпали грязь, добывали и носили в раскоп сухую землю и глину. Установленное место падения самолета, находилось в заболоченном участке реки Адагум.

Все сильно осложнялось тем, что не возможно было подогнать к месту работ хоть какую то технику. С одной стороны – гнилой рукав реки, с другой – лес. Село Ольховское с его тракторным парком было рядом, но чтобы подогнать бульдозер или экскаватор, требовалось рубить и пилить большие деревья. А на это было нужно соответствующее разрешение…

По этому, «Кубанский плацдарм» и наши, ставшие почти постоянными помощниками, ребята из «Delica-club», «Скиф 4х4» Краснодар, приступили к раскопкам вручную. Щупы, лопаты, ведра.

...

...

Фронт работ был поделен на всех. Несколько человек осматривали район места падения с металлоискателями, на предмет разлетевшихся фрагментов, кто пилил и изготавливал подпорные колья, чтобы грязь не сползала в раскоп, кто то отмывал и очищал извлеченные фрагменты самолета.

Работали даже дети – таскали землю, лазали на удобно нависшее над воронкой дерево – крепить лебедки. Но основной труд лег на плечи тех, кто был в раскопе. Углубление, вытаскивание жижи и глины, откачка воды – ведрами, встав в цепочку.

...

По первым же фрагментом стало ясно, что мы работаем с истребителем Як-1, разбившемся в 1943 году. Самолет сильно горел еще в воздухе – фактически все фрагменты несут на себе след пожара. Рухнул он у самого берега полноводного в те года Адагума, кабиной летчика вниз.

Раскоп углубляется. Все больше попадается фрагментов самолета. Но на каждые десять лопат глины и грязи, в раскоп просачивается несколько ведер воды. Воду вычерпываем, выливая обратно в Адагум. Но вода упорна – она возвращается в раскоп сотнями мелких ручейков.

Часть людей в раскопе строят опорную плотину. Вбиваются колья, за них засыпается сухая глинистая земля, добытая на берегу. Плотина хоть как то сдерживает воду, и не дает раскопу затянуться жидкой грязью.

Одна из лопастей винта. На удивление – фактически не деформированная. Значит, мотор самолета не работал в момент удара о землю, иначе бы лопасти порвало на части. Она тоже несет на себе след пожара.

Боекомплект, части каркаса, обшивка – все больше деталей. Но это все – не то. Наша цель – двигатель. На нем есть номера, по которым можно установить, чей это самолет, кто на нем летал, к какому полку принадлежала боевая машина. Кроме номерного мотора, на Як-1 есть лючки с номером самого самолета, таблички.

Но на это надежд меньше – весь дюраль и алюминий сильно пострадали от огня. Попадается много бесформенных оплавышей.

...

Раскоп уже почти два метра в глубину. Но щуп показывает, что крупное железо еще метром глубже. Время – уже перевалило к вечеру, хотя работы начались с раннего утра.

В борьбе с водой мы начинаем терпеть ощутимые поражения. Пока вычерпывается очередное ведро, в раскоп поступает два. И мы принимаем решение свернуть работы. Это уже выше наших сил. В следующий раз попробовать решить вопрос с техникой, а если не получится – опять становиться «на лопаты», но при этом вооружившись мотопомпами, для откачки воды и грязи.

Несколько минут, и нашу плотину прорывает, грязь и вода затапливают раскоп.

В статье использованы фото «Кубанского плацдарма» и Романа Чайка
Ноябрь 2015 года, Алексей Кривопустов.

ВСЕ...

P.S. Низкий поклон Вам за ваш труд в поиске павших защитников Родины!.