Тайные слабости и пороки великих писателей

9 февраля 1881 года ушел из жизни Федор Михайлович Достоевский - один из величайших русских писателей. Хотя классик и описывал в своих произведениях слабые стороны человеческой натуры, сам тоже был не без греха: писатель был одержим азартными играми и имел весьма оригинальные сексуальные наклонности. Говорят, что "гений не без порока", и истории многих известных писателей это утверждение доказывает. Безнадежные наркоманы, алкоголики, фетишисты, одержимые сексом и метеоризмом… Представляем вам тайные страсти и пороки великих писателей.

48 фото via

Федор Достоевский. "Еще подходя к игоpной зале, за две комнаты, только что я заслышу дзеньканье пересыпающихся денег, - со мною почти делаются судороги", - написал он в романе "Игрок".

В середине 1860-х в жизни Достоевского был сложный период: сначала умерла его жена, затем брат. Он остался один на один с депрессией и с множеством личных и семейных долгов.

Тогда-то он и пристрастился к азартным играм, особенно к рулетке, что не слишком помогало ему: он старался как можно быстрее закончить "Преступление и наказание", потому что отчаянно нуждался в авансе от издателя, а одновременно с этим писал "Игрока", чтобы погасить свои долги за азартные игры.

Кроме этого писатель, прослыл сторонником довольно агрессивного секса. Его товарищ и коллега Тургенев даже сравнивал его с самим маркизом де Садом.

Необычные наклонности писателя подтверждает и его вторая жена Анна Сниткина. По ее словам, кроме прочего, супруг просил ее подробно описывать все ощущения, которые она испытывала, занимаясь с ним сексом.

Лорд Байрон. Творец был буквально одержим сексом: известно, что во время своего пребывания в Венеции он за год переспал с 250 женщинами, не учитывая мужчин, с которыми он также развлекался.

При этом Байрон оставлял на память о каждом своем любовнике прядь лобковых волос. Эти трофеи поэт хранил в аккуратно запечатанных конвертах с указанием его или ее имени.

Элизабет Браунинг. С опиумом писательница и поэтесса познакомилась, когда ей было всего 15 лет: им она глушила боль от травмы позвоночника, а после 30 она уже страдала от болезней сердца и легких и пила настойку опиума в качестве обезболивающего.

В 1845-м году ее ежедневная доза опиумной настойки составляла 40 капель - это просто колоссальная доза.

Она писала своему обеспокоенному брату: "Мой опиум помогает мне удержаться от трепета и обмороков… помогает мне сохранять самообладание и равновесие нервной системы. Я не принимаю его для поднятия настроения в обычном смысле, и вы не должны думать - сомнительно, мисс Браунинг, сомнительно!".

Поль Верлен. Абсентом увлекались многие известные гении, но Верлен в этом просто не знал меры. Когда их с Рембо роман был прерван по инициативе Рембо, Верлен, заправившись напитком, в приступе ярости выстрелил в руку бывшему любовнику, угодив за это на два года в тюрьму.

Свою жизнь Верлен закончил в нищете и одиночестве, но, как утверждают очевидцы, абсент он пил даже лежа на смертном одре.

Айн Рэнд. Во время работы над "Источником" писательнице был прописан амфетамин бензедрин в качестве препарата для борьбы с переутомлением. С тех началась тридцатилетняя эпопея ее увлечения этими препаратами,

Иногда она говорила, что они нужны ей для того, чтобы контролировать вес. Хотя многих родственников беспокоили постоянные перепады настроения, вызванные амфетаминами, принимать их она не прекратила.

Джеймс Джойс. Страсть писателя была по-настоящему странной: он пристрастился к метеоризму своей жены. Это увлечение подробно описывает сам писатель в своих письмах к супруге.

"Мне кажется, что Нора может пукать в любом месте. Я думаю, что мог бы затащить ее в комнату, полную пукающих женщин. Ее девичий шум не таков, как влажный ветреный метеоризм, который, по моему мнению, характерен для жирных женщин…

...Он внезапно сухой и грязный, как нечто, что может сделать молодая девушка в жилом корпусе общежития ночью. Я надеюсь, что Нора будет без конца пукать мне в лицо, чтобы я мог чувствовать этот запах", - писал он.

Уильям Берроуз. Писатель не особо скрывал свою героиновую зависимость, которой страдал фактически всю жизнь: многие из известнейших его работ - это по большей части наполовину автобиографические размышления о собственных опытах с наркотиками.

Берроуз даже торговал героином в Гринвич-Вилладж в 1940-х годах, но к моменту своей смерти он все же прибег к метадоновой заместительной терапии.

Чарльз Диккенс. Автор писал: "Я поражен неведомой силой морга".

Он мог бывать в морге целыми днями, наблюдая за тем, как трупы привозят, препарируют, подготавливают к погребению и хранят.

Диккенс описывал силу, приводящую его в морг раз за разом, как "привлекательность отталкивающего", благо для окружающих людей и для него самого это опасности не представляло.

Эрнест Хэмингуэй. Хотя, конечно, многие великие писатели были алкоголиками, для Хемингуэя алкоголь был буквально образом жизни, большую часть которой он провел в состоянии алкогольного опьянения.

Он начал пить в 1950-х годах, заглушая последствия серии травм, полученных в автокатастрофах.

Кстати, именно ему приписывается изобретения нескольких алкогольных коктейлей, в том числе дайкири и мохито.