Николай Озеров: «Мы продолжаем наш репортаж!»

Николай Николаевич Озеров родился 100 лет назад, 11 декабря 1922 года в городе Москва. Его отец был известным оперным певцом, солистом Большого театра в 1937 году получившим звание народного артиста РСФСР. Старший брат Юрий впоследствии стал известным кинорежиссером (фильмы «Освобождение», «Битва за Москву» и т.д.).

- Мы с братом обожали своих родителей, были страстными поклонниками своего отца. Из музыкальных воспоминаний детства есть одно, довольно конфузное. Однажды меня взяли в Большой театр на оперу «Садко». Сидели мы в артистической ложе, и мне очень нравилось, но когда новгородцы после первой же арии Садко изгнали его, я заревел на весь театр от обиды – Садко ведь мой отец! Меня еле успокоили и долго после этого случая не пускали в театр, потому что почти во всех спектаклях отец или погибал, или сходил с ума,- Николай Озеров.

Николай стал заниматься теннисом с девяти лет и со временем у него появились первые успехи. В 1934 года он стал чемпионом Москвы среди мальчиков своей возрастной группы. Впоследствии Николай Николаевич завоевал рекордное количество золотых медалей на чемпионатах СССР по теннису – 24. С началом Великой Отечественной войны Озеров, как и многие молодые люди, стал рваться в действующую армию, чтобы воевать с захватчиками, но ему сказали: «На фронте и без тебя обойдутся. Ты нужен здесь!»

Впоследствии Озеров вспоминал, что к осени 1941 года на всю Москву осталось трое теннисистов. И руководители Спорткомитета придумали следующую патриотическую акцию: чтобы враг не думал, что советский народ испугался захватчиков, их троих сажали на мотоциклы и возили с одного стадиона на другой, где они проводили теннисные матчи. Эти матчи транслировались по радио на всю Москву. Озеров: «И, думаю фашистские «стукачи», докладывали фрицам, мол, что с этих сумасшедших возьмешь? Тут снаряды рвутся, а они знай, себе в теннис играют».

Кстати, в год начала войны Озеров поступил на актерский факультет ГИТИСа, который окончил в 1946 году. Впоследствии он работал во МХАТе, где «записал» на свой счет более 20 ролей. Во время войны Озеров работал в спортивно-концертной фронтовой бригаде, выступавшей в воинских частях, госпиталях и т.п. 1 мая 1944 года Озеров был награжден медалью «За оборону Москвы». Также он был впоследствии награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945гг.» и двумя юбилейными медалями. В 1947 году Озерову было присвоено звание «Заслуженный мастер спорта СССР».

- Был случай, когда меня на корте в буквальном смысле забросали камнями. Вернее, камешками. Играл я на «чужом» поле, и публика так «болела» за своего, что беспрестанно шикала, свистела… В теннисе вообще подобное не принято. А знаете, когда зрители успокоились? Когда я перепрыгнул через сетку, расцеловал своего соперника и поздравил его с победой. Наступила неожиданная тишина,- Николай Озеров.

За свой сильный удар справа он даже получил прозвище – «Пушка». Всю жизнь Озеров был болельщиком футбольного клуба «Спартак», и даже играл в любительской команде «Спартак-клубная» на позиции центрфорварда. В 28 лет Озеров впервые взял в руки микрофон и прокомментировал матч между футбольными командами «Динамо» и ЦДКА, который состоялся 29 августа 1950 года. Дело в том, что одному из известных комментаторов того времени Виктору Дубинину в июне вновь предложили пост главного тренера футбольного клуба «Динамо», и ему потребовалась достойная замена.

Перед матчем Николай Николаевич пришел на стадион, попробовал воссоздать пробный комментарий. Но у него ничего не получалось. На помощь пришел мэтр советского радио- и телекомментария Вадим Синявский: «Пойдем, Коля, в кабину, будем из тебя делать комментатора». После первого пробного комментария матча, Озерова не приглашали проводить эфир больше двух недель – ждали реакции радиослушателей. За это время на радиостанцию пришло 40 писем, из которых в 37 положительно отзывались о молодом комментаторе. Озерову был дан «зеленый свет».

Впоследствии, Николай Николаевич провел тысячи репортажей, и некоторые вел в довольно необычных условиях. Особенно ему запомнился случай, в ноябре 1952 года, когда футбольный «Спартак» играл в болгарском городе Сталин, он вел репортаж сидя на дереве…

- Но бывали случаи и похлеще. В Москве распустили слух, что я умер. Чтобы его развеять, сразу по прилету из Ирландии меня из аэропорта повезли в студию – провести спортивные новости в программе «Время». Сидим в студии, ждем, когда закончатся новости культуры. Мы – это дикторы Игорь Кириллов, Нонна Бодрова и я. Шел репортаж из домика Николая Островского. Наконец домик уходит из эфира, и Бодрова говорит: «С новостями спорта вас познакомит Николай Островский». Все так и зашлись от хохота. И это в прямом эфире,- Николай Озеров.

- Не могу сказать, что Озеров глубоко разбирался в стратегии и тактике хоккея. Но он был очень хорошо информирован, потому что дружил с Тарасовым, Чернышевым, другими своими ровесниками. Перед матчем Николай Николаевич мог встретиться с тем же Чернышевым, поболтать с ним минут десять, после чего знал в сто раз больше любого другого журналиста. Помню, как он готовился к матчам. У него имелись архивы на любой матч!
– Аркадий Ратнер (много лет проработавший с Озеровым в спортивной редакции Центрального телевидения).

Ратнер вспоминал, что драки им запрещали показывать, и они имитировали срыв картинки, изображая помехи, при этом говоря в эфир: «Извините, технические неполадки вне территории СССР». Когда же матч шел в Союзе, камера во время стычки переключалась на болельщиков, и комментатор говорил что-нибудь, что не относилось к ситуации на льду. После ввода войск Варшавского договора в 1968 году в Чехословакию, Озерову категорически запретили в эфире употреблять военную терминологию.

И тогда Николай Николаевич написал большими буквами на листочках некоторые свои штампы: «Выстрелил по воротам», «Прицелился в дальний угол» и т.п. И во время трансляций эти листки всегда были у него перед глазами. Ратнер: «Озеров был авторитетным человеком, вхожим в высокие круги, включая ЦК. Но и он боялся попасть в немилость». Ратнер утверждает, что Николай Николаевич один из тех людей, кто «приложил руку» к организации Суперсерии-72.

- Еще в 1960-е Озеров побывал на играх НХЛ и был ошеломлен. Уровнем хоккея, атмосферой на арене, музыкальными вставками. Правда, для чего они, Озеров не догадывался. Но после его рассказов и в Союзе на матчах зазвучал электроорган. Воспринималось как милый дивертисмент. Лишь через много лет выяснилось, что эти вставки – сигнал для телевидения, где сразу включается реклама, и продолжить матч арбитр может только с последним аккордом,- Аркадий Ратнер.

Ратнер утверждает, что Озеров свою идею встречи наших хоккеистов с заокеанскими «продавливал» через Александра Яковлева (работал в аппарате ЦК КПСС), который прислушивался к знаменитому комментатору. Озеров утверждал, что эти матчи станут незабываемым зрелищем в истории хоккея.
Ратнер: «Но идея не находила поддержки ни у чиновников, ни у Тарасова. Очередное предложение из Канады пришло в 1972-м, когда сборную возглавил Бобров. И он сразу согласился!» Именно по ходу чемпионата мира 1972 года в Праге представители хоккейных федераций Канады и СССР договорились о проведении серии.

Именно во время этой Суперсерии родилась знамения фраза Озерова: «Такой хоккей нам не нужен!» Причем «родилась» она в Москве в Лужниках во время восьмого решающего матча. Ратнер вспоминал перед матчем они вдвоем ехали на матч на «Волге» Озерова и тот был в необыкновенно приподнятом настроении. Однако в Лужниках у него состоялся нелицеприятный разговор с высокопоставленным чиновником, который попенял комментатору – мол, напрасно вы нахваливаете канадцев. Ратнер: «А Озеров это делал, потому что объективно оценивал их мастерство».

- Началась трансляция. Озеров вел репортаж от бортика, я стоял рядом и слышал, как менялась его тональность. Все больше внимания он обращал на грязноватые приемы канадцев. А потом заваруха с участием Алана Иглсона. Его за дебош взяли под руки милиционеры, Маховлич бросился на подмогу, замахнулся на них клюшкой… Тут Озеров и воскликнул: «Нам такой хоккей не нужен!» Это был натуральный экспромт. Я не припомню, чтобы он повторял эти слова в другом репортаже, но фраза моментально ушла в народ, - Аркадий Ратнер.

Сам Николай Николаевич говорил, что ему приходилось «выкручиваться», чтобы «не замечать» подобных эксцессов на льду, но тогда этот эпизод было просто невозможно скрыть. Озеров: «Фраза понравилась и начальству, и народу. После игры хоккеисты ходили все в синяках, а я – в именинниках».

Также Ратнер вспоминал о интересном случае произошедшим с Озеровым во время Суперсерии-74. Николай Николаевич возвращался из Канады вместе со сборной СССР и ему поручили взять интервью у Бориса Кулагина у трапа самолета, для программы «Время». Все бы ничего, но о предстоящей трансляции Озерову сообщили через экипаж самолета. А он сдал в багаж свой цивильный костюм, и летел в старом, потертом тренировочном костюме, который «урвал» еще в 1952 году перед Олимпиадой в Хельсинки.

- Озеров со смехом описывал, как его одевали всем самолетом. Один крупный мужчина отдал рубашку, другой – пиджак, третий повязал галстук. А вот штаны для мощной озеровской фигуры найти не удалось. Так и остался в тренировочных. Но это не проблема! Через пилотов передал в Москву инструкции операторам – чтобы снимали по пояс. С заданием справились – штаны в кадр не попали. На следующий день всем объявили благодарность, - Аркадий Ратнер.

- Помню, в Стокгольме во время игры США и Чехословакии в стоявшего у бортика Озерова американцы попали шайбой. Шайба попала аккурат ниже спины. Когда пришли в гостиницу, Николай Николаевич продемонстрировал нам огромный синяк. Он даже сидеть не мог. Ходил по номеру в огромных трусах (за это мы прозвали его тогда «паруса») и приговаривал шутя: «Вот американцы – сволочи!»
- Владимир Писаревский (радио- и телекомментатор).

Аркадий Ратнер вспоминал, как родилось фирменное озеровское: «Го-о-л!» По его словам Озеров всегда с восторгом наблюдал за эксцентричными комментаторами из Южной Америки – ему нравилась их манера ведения репортажа. И вот однажды когда Ратнер, Маслаченко и Озеров сидели в гостинице, Николай Николаевич поднялся и воскликнул во весь голос: «Го-о-л!». Его товарищи аж отшатнулись.

На следующий день Озеров в репортаже выдал эту фразу в эфире, которая стала его фирменным знаком. Как потом Озеров рассказал своим товарищам, он полгода отрабатывал, как правильно, с какой интонацией и громкостью выкрикнуть это слово. Также Рантер вспоминал, что Николай Николаевич, сын оперного певца, всегда перед репортажем распевался: «Онегин, я скрывать не стану…».

Друг Озерова и комментатор Наум Дымарский вспоминал, что однажды они поехали в сочинский санаторий. Тогда Николай Николаевич твердо решил, о чем сказал своему другу, что сядет на диету и будет пить только кефир. Но продолжилась эта диета недолго. На следующий день к Озерову подошел повар и сообщил, что сделал прекрасные щи. Озеров подумал секунд двадцать и выдал: «Неси!» На этом история с кефиром закончилась.

- И Озеров и Ян Спарре весили примерно по 150 килограммов каждый. И раз в год ложились в Институт питания где-то около курского вокзала. Находились они там около месяца, сбрасывали по 30 килограммов. А через полгода становились прежними толстяками,
- Владимир Перетурин.

Его супруга Маргарита Петровна вспоминала, что поесть он всегда любил, но особенного предпочтения какому-то блюду не отдавал. Также она говорила, что ее муж был человеком практически непьющим – мог выпить рюмочку в компании друзей, не более. Она категорически отвергает легенду, по которой Озеров во время одного из зарубежных матчей выразился в эфире нецензурно: «Это бред. Муж и дома-то не ругался».Ее поддерживает в этом утверждении и Аркадий Ратнер, проработавший на телевидении более 40 лет: «Озеров человек интеллигентный, даже в повседневной жизни мата себе не позволял. А уж в репортаже… Немыслимо!»

Сам Николай Николаевич так рассказал об этом слухе: «Враки, байки журналистов». Маргарита Озерова вспоминала, что не только болельщики любили ее мужа, но власти всегда хорошо относились. В связи с этим она вспомнила случай, когда они пошли в Кремль на вручение Юрию Озерову (старший брат Николая) Ленинской премии. Было очень много народу по приглашениям. Ее остановили и потребовали показать паспорт, а ее мужу под козырек: «Проходите, Николай Николаевич!»

- Николай не коммунист, но исключительно советский человек. Правильных взглядов. Все оставшиеся командировочные скрупулезно возвращал в бухгалтерию своей редакции. Много помогал сослуживцам – с путевками, с квартирами. Не зазнайка, добрый. Очень любил покушать. Ну и голос, конечно, запоминающийся. У Николая была маленькая тайна: он бережно собирал и хранил все газетные вырезки о себе,- Александр Добров (заведующий музеем «Советского спорта»).

Многие коллеги Озерова вспоминали, об этой прекрасной черте комментатора – он никому не отказывал в помощи, и делал все, что в его силах. Тем более, что Николай Николаевич был необыкновенно популярным. Ратнер: «Он, извините, задницей открывал любую дверь». Женился он поздно, в 1969 году, хотя и познакомился с будущей супругой Маргаритой Петровной еще в 1953 году. В 1970 году у Озеровых родились двойняшки – Николай и Надежда. Своей супруге он всегда привозил косынки с названием городов, в которых побывал, а когда были деньги, привозил и дарил французские духи.

Свои детям Николай Николаевич уделял много времени, приобщал их к спорту. На момент интервью в 2012 году сын Озерова Николай работал главой администрации поселка Загорянский в Подмосковье, а дочь Надежда на Третьем российском канале телевидения. Николай Николаевич обожал отдыхать на даче в Загорянке, которую приобрел еще его дед, главный врач Северной железной дороги в 1912 году. В 1988 году, после 38 лет беззаветной службы, Озеров покинул телевидение, написав заявление об уходе.

- Там было какое-то собрание непонятное. Перед собранием один человек из редакции подошел к нему и сказал: «Николай Николаевич, я знаю все ваши заслуги, вы всеми уважаемы. Но я буду голосовать против вас, потому что мне надо кормить семью». И все, насколько мне известно, единогласно высказались за отстранение Николай Николаевича от ведения репортажей, от телевидения. От него потребовали поскорее освободить кабинетик, в котором он работал. Не дали ему даже времени, чтобы снять фотографии. Это было ужасно! – Маргарита Озерова.

Маргарита Петровна вспоминала, что муж сильно переживал, но переживал молча. Она говорила, что многие, так называемые друзья, сразу он него отвернулись. Затем Озерова избрали председателем спортивного общества «Спартак», и эта работа занимала все его время.

Николай Николаевич Озеров – народный артист РСФСР. Заслуженный мастер спорта СССР. 24-кратный чемпион СССР по теннису. Лауреат Государственной премии СССР. Вел репортажи с 15 Олимпиад, 30 чемпионатов мира по хоккею, 8 чемпионатов мира по футболу, 6 чемпионатов Европы по футболу. Снялся в 11 фильмах. Награжден многочисленными орденами и медалями, а также другими наградами, в том числе международными.

Николай Николаевич Озеров скончался 2 июня 1997 года в возрасте 74 лет.
Науму Дымарскому рассказали историю создания памятника Озерову на кладбище, его близкие. Борис Березовский, как хозяин первого телеканала, «раскошелился» на 1000 долларов. Тогда Никита Симонян с некоторыми заслуженными футболистами пошел к Павлу Бородину, управляющему делами Ельцина, и тот дал 40000 долларов.
- Известный в прошлом теннисист (спорт благородный)
Он комментатор? Нет, Артист
Причем – народный!
Александр Иванов.


Конец истории.

тут,тут,тут