Красно-белые начинают и выигрывают

Извините, если название ввело в заблуждение - это не о футболе, а в продолжение темы Памяти Айртона Сенны

Завтра, 1 мая, в день гибели великого бразильского гонщика Айртона Сенны на автодроме Энцо и Дино Феррари в Имоле 1994 года, не хотелось бы говорить о грустном. Будет кому сказать опять же.
Поэтому, друзья, предложение, подкупающее своей новизной: а давайте вспомним сезон 1988 года – первого года Айртона в «конюшне первого эшелона» – Макларене.

1980–1990-е годы по праву считаются золотой эпохой «Формулы 1». Хотя в то время королевские гонки не транслировались по советскому телевидению, олды знают, что 1988-й запомнился в первую очередь полным и безоговорочным доминированием Marlboro McLaren Honda.
Дело в том, что к началу сезона инженерам шефа команды Рона Денниса удалось представить публике лучшее из когда-либо созданных шасси для «первой формулы» – MP4/4. В его сердце – выдающийся турбомотор Honda, а в кокпите – два лучших в мире пилота – опытнейший «профессор» Ален Прост и амбициозный «человек дождя» Айртон Сенна, выигравшие в сезоне 1988-го на двоих 15 гонок из 16-ти.

За весь сезон лишь в итальянской Монце, когда у одного из красно-белых отказал двигатель, а другой допустил столкновение с болидом соперника, победу завоевал австриец Герхард Бергер на «Феррари». Для тифози по всему миру тот день был особенным: гонка прошла всего через месяц после смерти Энцо Феррари. Впрочем, к тому моменту Макларен уже гарантировал себе Кубок конструкторов, а догнать Сенну и Проста в чемпионате реальных шансов уже ни у кого не было.

Об истории создания MP4/4, как и о самом сезоне 88-го сказано не только лишь всё, а мне бы хотелось представить вашему вниманию видеоролик, посвященный именно «красно-белой» команде и, конечно, двум ее звездным пилотам – Просту и Сенне, их напряженной борьбе между собой за титул, сделавшей тот сезон по-настоящему уникальным, подарив незабываемые моменты и эмоции всем любителям королевских гонок.
Акцент в видео сделан на двух Гран-при – Монако и Японии.

Предпоследняя гонка в Судзуке стала местом подлинного триумфа Сенны. Несмотря на то, что машина бразильца заглохла на старте (он по ошибке воткнул третью передачу вместо первой, но, используя уклон дороги, смог запустить двигатель) и в первый поворот Айртон вошел четырнадцатым, за оставшееся время он последовательно и неумолимо догнал и обогнал всех, ехавших впереди. Включая и идущего первым заклятого партнера по команде Алена, который вовсе не собирался сдаваться без боя.
Эта победа, уже восьмая в сезоне, позволила Сенне не только опередить Проста в личном зачёте, но и гарантировать звание чемпиона (первое из трех в карьере). После пересечения линии финиша 28-летний бразилец заплакал и медленно возвращался в боксы, чтобы слезы высохли. На подиуме Айртон уже улыбался.

Гран-при Монако было в сезоне по счету третьим. И на трассе в Монте-Карло доминировали не просто красно-белые, а по большому счету именно Сенна. Его пилотирование стало по-настоящему убийственным для соперников: никто из них не смог угнаться за его MP4/4, а отставание идущего вторым Алена Проста на болиде-близнеце составляло без малого минуту за 11 кругов до финиша.
И вот когда уже всем всё было ясно, и «профессор» сдался, оставив попытки догнать «волшебника», случилось то, о чем спорят уже почти 40 лет, а сам Сенна позже признавал одной из самых горьких своих ошибок в жизни.
Ну собственно это очень технически грамотно показано в видео:



Кому интересны подробности и нюансы той драматичной гонки, вот простыня за авторством Роберто Боккафольи – биографа Айртона и автора книг о мире первой формулы.
В приведенном отрывке его статьи «Сенна – Прост: десятилетнее противостояние», среди прочего проводятся параллели между двумя гонками по улицам Монте-Карло – сезоны 1984 и 1988 годов – в которых бразилец продемонстрировал миру автоспорта свой уникальный талант «человека дождя»:

«Оглядываясь назад, думаю, что с завидным постоянством Сенну побеждала только несправедливость. Или то, что он таковой называл, но тут уже дискуссия может заехать очень далеко.
Когда он появился на сцене в роли официального пилота Гран-при, в начале 1984-го, он был молодым Сенной, привыкшим побеждать с блеском. Ему это удавалось и в картинге, и в разных соревнованиях «Формулы-Форд», и в «Британской Формуле-3». Но его «Тоулмен» не был ни «Маклареном», ни «Феррари», ни «Уильямсом». Подниматься на вершину в «Формуле-1» намного сложнее. Требуется кое-что большее.
Нужны более заметные движения. И он, похоже, начал чувствовать, что его сухожилия на такие движения способны. Вскоре представилась возможность это показать.

Первые летние дни, Монте-Карло, этот лабиринт, который на уровне кокпита выглядит сплошным серым отбойником. Сложнейший вызов, не всегда зависящий от уровня техники.
Нужно что-то большее, высшее, не всегда поддающееся объяснению. И оно пришло: утренний воскресный дождь. Сильный дождь. Опытные пилоты знают, что в таких условиях трасса – нечто более кошмарное, чем просто «попытка ездить на велосипеде в гостиной» (по выражению Нельсона Пике). Задача каббалистической сложности.
По инициативе Лауды участок в тоннеле тоже намочили водой. Просто тормозить пораньше уже не слишком помогает. Как только гонка стартовала, дождь смыл все расчеты. Ошибки, развороты, столкновения. Ален Прост все делает идеально, рвет на суперском «Макларене» с поула и стабильно идет впереди, как капитан, который знает море на три волны вперед. Но позади него летят двое молодых. Один – Штефан Беллоф; он ведет свой не слишком конкурентоспособный «Тиррелл» к подиуму. Второй – Айртон Сенна; его неброский «Тоулмен», понятно, не рыдван, но и сам по себе никак не может быть причиной того, что гонщик отыгрывает секунды на каждом круге и в итоге оказывается в шаге от лидера. Он стартовал тринадцатым, две и четыре десятых от поула. Этот прорыв – напролом, постоянно на грани катастрофы, со сбившимся от десятка совершенных обгонов дыханием – не подчинялся никаким земным законам.

Эпилог наступил раньше, чем планировалось. Тридцать второй круг, Сенна обходит Проста и возглавляет пелотон – гром, от которого затряслись трибуны. Жаль только, что Прост уже минимум два круга машет руками: слишком опасно, пилотировать в таких условиях – это безумие, остановите, пожалуйста, эту корриду! *
Директор гонки Джеки Икс вывесил красные флаги: все сворачивают на пит-лейн; таблица считается по состоянию на тридцать первый круг, когда Прост, понятное дело, был впереди всех.
Сенна приезжает в боксы, сам себе не веря, а тут ему говорят, что победил не он. Как так? Почему?!
Я победил, я же обошел его на трассе!
Тогда, видимо, Сенна и начал разговаривать с кем-то или чем-то очень далеким. Прост в каком-то смысле стал точкой отсчета. Он ездил на «Макларене-ТАГ Порше» – в том сезоне это была не машина, а истребитель. Айртон же был быстрым и научился не ошибаться. Он впервые пересекся с Простом несколькими неделями ранее, уступив ему поул в выставочном заезде на серийных «Мерседесах-190Е» на новой трассе «Нюрбургринг». Но в гонке он, внезапно устремившись к победе, вышвырнул Проста с трассы без всяких церемоний.
Как и ожидалось, «Тоулмен» был скован невыдающимися характеристиками, а других возможностей вроде того ливня, что был в Монте-Карло, не представлялось. Однако Айртон показал свою породу, и это оценили в «Лотусе», с которым Сенна блистал в следующем году, став королем – главным образом, королем поулов. Затем его оценила и «Хонда», поставщик моторов команды из Хетеля с 1987 года: японцы быстро влюбились в бразильского пилота и потребовали, чтобы с сезона 1988 года он выступал за «Макларен» – команду, ради которой японцы оставили ни с чем «Уильямс», действующего чемпиона. В «Макларене» Айртон воссоединился с Простом. Уже дважды чемпионом мира.
Чтобы стать личной одержимостью Сенны, лучше ситуации и не придумаешь. Одна команда, такой же болид, и все выше планка, которую надо преодолеть, чтобы достичь настоящего величия.
Встречам Сенны с несправедливостью и их последствиям суждено было становиться все более мрачными.
Май 1988-го, снова Монте-Карло, но уже без дождя. От этой гонки, в которой Сенна доминировал так, что опережал почти на минуту болид-близнец Проста, осталось два воспоминания. Первое – сверхчеловеческая скорость Айртона на трассе. Описывать это бессмысленно: есть видео с камеры на болиде, которое и сегодня одно из must see в интернете, вечно благодарном за эту демонстрацию превосходства – прежде всего личностного, а уже потом водительского.
«Я был далеко за пределами своего сознания», – будет потом вспоминать Сенна о тех кругах, которые он нарезал на почти невообразимой скорости, пока команда ему предлагала, требовала, приказывала, а потом и умаляла сбросить газ.
Этот успех в Монако, который повторил бы прошлогодний триумф с «Лотусом», интересовал его с практической точки зрения. Это был урок Просту, важный урок. И это «я был далеко за пределами своего сознания» говорит о многом.
Но вот шестьдесят седьмой круг. Рон Деннис, все более раздражаясь, наконец-то убедил его по радио сбросить скорость, и Айртон задел болидом ограждение на внутренней части поворота «Портье», сразу перед тоннелем.
Драматическая развязка: переднее левое колесо оторвалось, «Макларен» заглох; пилот выбирается из кокпита, под желтым шлемом скрыто разочарование, а Прост едет дальше и выигрывает Гран-при. Несправедливость.
Пусть и была очевидной ошибка Сенны: меньше скорость, меньше снос наружу – и, как следствие, контакт там, где раньше Айртон только сближался с ограждением (это хорошо показано в видео – прим. топикстартера). А реакция в этот раз почти патологическая.
Вся команда «Макларен» и лично Рон Деннис стучатся в двери расположенного рядом с поворотом «Портье» здания Льюстон Пэлас», где Айртон жил на десятом этаже и укрылся от всего мира. И лишь около десяти вечера спортивному директору Джо Рамиресу удалось убедить кого-то из персонала:
- Скажи, что это Джо, его друг.
Айртон уступил. И говорил сквозь слезы и рыдания:
- Я самый большой идиот в мире. И я позволил победить этому...
«Этот» – Прост. Ален уже тогда был его кошмаром.
Мы вместе с коллегами из «Медиасета» встретились с Айртоном на следующее утро. Он приехал на велике туда, к въезду в тоннель. Говорил «Да, такое бывает, даже когда нам кажется, что все в наших руках», «Судьба... Несправедливость? Да, наверное, но знаете...» Все это он произносил по-итальянски печально-певучим говором. Взгляд его был далеко, очень далеко».

*
Видео той самой гонки (сорри, не получается вставить с кадра, перемотайте на 3m13s)