Незабываемая?

Жена открывает дверь. Муж на пороге виновато улыбается.
— Прости. Работы много.
Целует в щеку.
— Я тебе подарочек принес. Не злись, а?
Сверток в голубой оберточной бумаге плавно ложится в женскую ладонь. Еще один целомудреный поцелуй, закрепляющий.
— Спасибо,- устало произносит она.
— Ужинать будешь?
— Нет. Я сыт, спасибо. На работе поел. У детей как дела? Хотя знаешь, я отдохну, а ты все расскажешь.
Через десять минут с бутылкой пива, газетой, перед телевизором, он думает о том…

Жена молча запихивает рубашку в стиральную машину. От рубашки ясно прослушивается аромат «1881». На воротничке след розовой помады, потертый. Она устало опускается на стул завидуя той, которой он дарил сегодня любовь и нежность. Той, которую страстно целовал и желал. Той, которая всегда хороша для него. Той, о которой он думает днями и ночами.
А дома? Проблемы, дети.
— Милый,- тихо произносит она. Завтра собрание в школе. Я не успеваю. Не мог бы ты…
— Что ты, дорогая! На работе аврал! Но я готов выходные провести с детьми. А ты пока можешь доделать все, что откладывала.
Супруга вздыхает. Понимая, что какой бы то ни было всплеск и выяснение, даст обратный эффект. Молча проглатывает слезы, решительно закрывает дверцу стиральной машинки и нажимает кнопку «Пуск».
Она может позвонить подруге, но лишь услышит в ответ какая она дура, что все это терпит.
Она может позвонить маме, но знает что услышет лишь: «Разводись! Немедленно!»
Она молча прикуривает из мужниной пачки, наливает красное вино и включает телевизор. Сегодня Дон Хуан снова добивается любви Карамелитты! Господи! Как ей надоел этот Дон со своей любовью, но подпитываясь слезами и счастьем героев, она забывает об этой чертовой рубашке, о «1881», и ей уже все равно, что муж спит «без задних ног». В выходные она сходит к парикмахеру, купит на утаенные от мужа деньги новую кофту и поговорит с соседками. Но она никогда не узнает о том, что…

А на другом конце города, в одинокой квартире, Она плачет, сидя у телефона. Надеясь, что он позвонит ей. Надеясь, что это свидание навеки осталось в его сердце. На столе перед ней лежит сверток, в голубой подарочной бумаге. Он подарил ей уходя, и целомудренный поцелуй — закрепляющий.
Она завидует той, к которой он вернулся сегодня вечером, с которой он проведет всю ночь, к которой он возвращается каждый день, с которой он проводит выходные.
Той, которую любит, потому что она мать его детей, потому что там где она, его дом… А ее дом пуст. Она вытирает слезы платком. Можно было бы позвонить подруге, но та скажет, что он вечно будет дурить её голову и никогда не оставит свою жену. Можно позвонить маме, но она будет кричать, потому что она тратит свою жизнь на женатого мужика… Она включает телевизор, наливает в рюмку коньяк, закуривает из забытой им пачки… Сегодня опять Дон Хуан обхаживает свою Карамелитту. Боже! Как они надоели со своей «тягомотиной». Но через десять минут она забывает о том, что в спальне подушки все еще хранят его запах, что надо бы купить новый флакон «1881».