Умник. Документы

На подоконнике мирно ворковали голуби, в кабинете военного комиссариата, задумчиво улыбаясь чему-то своему, средних лет майор потягивал кофе и медленно почёсывал мощно выпирающий под форменной рубашкой живот.

- Здравствуйте, я по повестке. Интеллигентного вида мужчина шагнул в кабинет и без приглашения сел на стул.

Офицер со вздохом отставил в сторону чашку и поднял глаза:
- Вы получали разрешение сесть?
- Вы знаете, я даже не получал разрешения есть, однако ежедневно завтракаю, обедаю и ужинаю, - усмехнулся посетитель, - к тому же мне недавно сняли гипс и стоять немного неудобно.

- Военнослужащий должен стойко переносить тяготы и лишения воинской службы, - пробурчал офицер, - давайте ваши документы.
- Вижу вы тяготы и лишения переносите более чем стойко, рубашка не жмёт? А я, извините, являюсь сугубо гражданским лицом и стойко переношу тяготы и лишения другого плана. Вот повестка, паспорт, насчёт других документов не был проинформирован.

- Но вы же могли догадаться, - возмутился военный.
- Таланта такого не имею, а в повестке ни слова о необходимости обращения к гадалке за уточнением, какие бумаги я должен собрать для трефового вольта в казенном доме
- Почему это вольта?- в голосе офицера прозвучала явная обида.
- Т.е. сам факт обращения к гадалке вас не смутил, интересно, продолжайте, господин майор.
- Я товарищ.
- Кому? Явно не мне.
- Прекратите хамить!

- Кто хамит, я? Милейший, я вежлив, как цветок лотоса в лучах восходящего солнца, а немного повышенный психоэмоциональный фон связан с тем, что мне пришлось сорваться с завода и лететь в военкомат для того, чтобы вы рассматривали повестку в течение уже пяти минут. Я на ней ничего не нарисовал, клянусь. Объясните, будьте так любезны, цель моего вызова.
- Вначале уточним ваши данные. Фамилия, имя, отчество?

- Во второй руке, осмелюсь напомнить, вы держите мой паспорт, не соблаговолите ли его открыть, обещаю, что будете приятно удивлены, увидев ответ не только на этот вопрос, но и на несколько будущих.
- Фамилия, имя, отчество, спрашиваю ещё раз.
- Эгамберганов Худайберды Уралович.
- Прекратите паясничать, в паспорте указано другое!

- О Боги, свершилось чудо, вы последовали моему мудрому совету и всё-таки открыли эту забавную книжечку. Хотите подсказку – фамилия, имя, отчество в повестке, как бы это не показалось невероятным, полностью совпадают с тем, что указано в паспорте.
- Семейное положение?
- Всегда сверху.
- В каком смысле? Ответьте нормально – вы женаты?

- Дядя Фёдор, вы неправильное молоко пьёте, еще раз повторю – не будете ли вы так любезны внимательно полистать паспорт и обратить внимание, в том числе, на штамп, подтверждающий заключение брака, и, предваряя ваш следующий, вопрос – ниже штампы, касающиеся детей.
- Дети?
- Я только что ответил.
- Сколько детей? Отвечайте, как положено!
- 15, я отец трижды герой.
- У вас один ребёнок, хватит сообщать недостоверные сведения.
- Господин…
- Товарищ, – поправил офицер.
- Барин.
- Кто барин? – взорвался майор, - сейчас же прекратите!
- Прекратить что, - невинно осведомился посетитель, - отвечать на вопросы? Есть, ваш бродь.
- Кем работаете?
- Я спрашиваю, кем работаете?

- Отвечайте! – от крика мирно ворковавшие голуби испуганно взмыли вверх, щедро сдобрив следами испуга и подоконник, и окно кабинета.
Майор заскрипел зубами.
- Ага, значит, отвечать уже можно. Вы знаете, что, вероятно, обладаете способностью читать мысли?
- Это как? – растерялся офицер, вытирая платком вспотевшую лысину.
- Даже не задавая вопроса, вы можете увидеть ответ на него, он в вашей правой руке, на повестке, заполненной, насколько я понимаю, лично вами, указана моя должность.
- Откуда такая уверенность, что повестку заполнил я, вы обладаете даром читать мысли? – ехидно ухмыльнувшись, спросил военный.

- Элементарно, в слове Николаевич четыре грамматические ошибки, на такое способны только офицеры в звании не ниже майора.
- Что вы себе позволяете? Кто вас вообще вызвал?
- Вы, как это не покажется странным, именно вы. Я также был удивлён и задал себе аналогичный вопрос, очень надеюсь, что ответ на него скоро изрекут ваши благословенные уста.
- Вы можете говорить простым человеческим языком?
- Собственно, именно так я и говорю, но если я должен использовать лексику уровня первоклассника, то никаких проблем, дорогой вы наш человек, предупредили бы заранее. А теперь шутки в сторону, итак, цель моего вызова?
- Уточнение данных, - вздохнул майор, - изменений нет, можете быть свободны. До свидания.

- Рад был видеть, буду вспоминать со щемящей болью в селезёнке и ноющей в пояснице. Всего доброго.
Оставшись один, майор потянулся было за чашкой, но потрогав ее, недовольно скривился – кофе остыл безвозвратно.
«Нет, переведусь в другой район, здесь невозможно работать, одни умники и все с высшими образованиями, прямо академгородок, чтоб его. И как здесь на сборы кого призывать, если только с одним пообщаешься и два дня голова болит».

Вздохнув, майор задумчиво посмотрел в окно, а рука по сложившейся за многие годы привычке стала почёсывать мощно выпирающий под форменной рубашкой живот.


© Андрей Авдей