Подслушано. Жуткое

В этот раз, товарищи, делюсь с вами историями от моих приятелей и родных. Все от первого лица. Коли вдруг понравится - маякните, их еще есть у меня. Итак, поехали.

Шел после работы домой, вспомнил, что жрать там нечего. Заебанный, вымотанный шопесдетс забежал в Дикси. Дабы долго не шароебиться в этом клоповнике, быстро выхватил из холодильника пачан пельменей, две банки пива и пошел на кассу. Сука, прямо передо мной в уже небольшую очередь вписались какие-то дядька с тетькой. Выглядели они реально странно, хотя даже сейчас до конца не понимаю, почему. Вроде бы одеты обычно, рост и сложение тоже как у всех, но что-то было в чертах лиц, что ли… Крупные носы, глазки как-то далеко друг от друга размазаны, что-то отталкивающее было.

В общем, они передо мной постояли минуту и куда-то ушли. Ну, я занял их место. Очередь продвинулась, передо мной остался один мужичок, пробивающий кучу пива, когда дядька с тетькой вернулись. Тетька мне сказала что-то о том, что они здесь стояли. Я, не оборачиваясь, ответил, что они ушли - я пришел. Мол, у меня товара мало, я быстро пройду и…
Тетка схватила меня вдруг за плечо, да так сильно и как-то цепко, что колени подогнулись. Она ничего не говорила, просто держала меня, а я чувствовал, что умираю. Странно, обреченно, даже отрешенно. Не испугался тогда еще, нет. Просто почувствовал, что из меня сейчас откачают жизнь, и я подохну на грязном полу у кассы в Дикси, а не говорящая по-русски кассирша даже скорую-то не вызовет.

Вмешался мужик. Он что-то зашипел тетке, и так неохотно убрала руку. Не помню, как добрался до дома. Помню лишь, что тело само прошло вперед, отдало покупки, отсчитало деньги, забрало покупки и, не оглядываясь, ушло из магазина и пришло домой. Дома-то я и очухался. Вышел на балкон и высадил полпачки винстона махом. Что это было? Не знаю. Надеюсь только, я их не сильно разозлил.

***

Живу с женой и детьми в небольшом городе, некогда промышленном, а теперь медленно увядающем. Часто гуляем с собакой вдоль заброшенной промзоны, охваченной забором. Это старая текстильная фабрика, была очень известна в Союзе, но после распада закрылась. Красивое здание 19-го века, построенное богатым московским промышленником, давно пустует и смотрит мертвыми окнами на мир.
И вот, вышли в очередной раз с барбосом, пошли по знакомому маршруту. На дороге никого, что, впрочем, обычно - живем мы на отшибе, народу по жизни мало - синеватые сумерки после солнечного морозного дня. Спокойно. Даже чересчур. Даже для нашего спальника.
Вижу - собакен напрягся весь. Он у меня не храбрец, конечно, людей опасается, но вот собак - даже больших - и прочих животных не бреет вообще, храбро кидается знакомиться и бороться даже с бульками и овчарками. А тут он как-то присел так странно, глухо зарычал, и к земле будто приклеился. Я раз дернул поводок - не сдвинуть, как валун двухтонный.
И тут до меня тоже дошло. Дуновение, касание чего-то не только мне, но, я уверен, никому неизвестного. Нездешнего. Прошелестело рядом, обдало лицо легким холодком (и это при том, что на улице и так -20), чуть подтолкнуло в плечо порывом ветра и исчезло.
Спустя пару секунд собакен как ни в чем не бывало дальше побежал метить территорию и нюхать говешки, а я крепко задумался. Но с тех пор прошел месяц, хочу по тому же маршруту каждый день, и ничего больше не наблюдалось. Видимо, тот случай был исключительным. Кому-то просто понадобилось пройти в том месте из пункта А в пункт Б, и я волей случая оказался у него на пути…


***

Учусь в универе, на третьем курсе. У нас построили новый бассейн, и теперь физ-ра бывает там каждые две недели, с нулевой пары. Нулевая - это с 6:50 утра, т.е встать надо в 5 и выйти в 6:15, чтобы успеть на автобус.
Дело было в начале марта, в прошлом году. Ясное утро, небо светлеет, время как раз где-то около 6:15 или даже чуть больше - я спешила, опаздывала на автобус.
Вокруг никого, моя остановка первая. Замечаю на противоположной стороне улицы чокнутую бабку-кошатницу, она с утра (чуть не с ночи) начинает обход всех мест, где живут бездомные кошаки, и подкармливает их.
Бабка мелкая - метр с кепкой в прыжке с табуретки. И зимой, и летом вся закутанная, да так, что лица не разглядишь, да и не хочется почему-то на нее смотреть. Она вечно идет себе, семенит, слегка такая скрюченная, и зовет кошек. У нее еще голос такой звонкий, пугающе молодой.
И вот мы с ней поравнялись - я иду в одну сторону, она идет навстречу, нас разделяет проезжая часть. И тут она зачем-то остановилась и начала мне кричать, как попугай - “Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуйте!”. Я не из пугливых, т.е страшно мне бывает, но я не теряюсь. Вот и тогда тоже шуганулась, но психанула и ответила ей - “Нахер иди, старая”. Та обиженно заткнулась, даже звук какой-то издала, похожий на грустный всхлип.
Я сделала музыку в ушах погромче, впереди уже виднелась остановка, и тут черт меня дернул обернуться. Да, эта самая бабка шагала за мной, метрах в пяти за моей спиной.
Она молчала, смотрела куда-то себе под ноги и так же семенила, как две секунды назад делала это на противоположной стороне дороги, в противоположную сторону.
Сердечко у меня заколотилось, но я увидела на остановке подругу и поспешила к ней. Бабка просто прошла мимо остановки, не удостоив нас взглядом, и ушла по своим делам.



***

Часто катаюсь на машине за город, особенно на выходные. Не один, разумеется, а с друзьями - на всякие огородные посиделки. У меня универсал, этакий недоминивен (Шевроле Орландо), и, учитывая 7 посадочных мест, мое авто всегда в работе, на каждой попойке.
Но один раз получилось иначе. В пятницу я задержался на работе, о чем известил товарищей. Те в количестве девяти тел огорчились, но нашли транспорт и уехали без меня. Я же вкалывал, переделывая за уволенного накануне коллегу отчеты в экселе и тоскливо смотрел в окно. На дворе стоял погожий июньский вечер, теплый, полный штиль, даже легкого ветерка не было. В наших краях это моя любимая погода.
С работы вышел в половину десятого, с чувством выполненного долга. Как говорится, смеркалось. Правда, пока еще этого почти не было видно - просто краски вокруг становились темнее, гуще.
Пацандре уже затарились допингом, и от меня требовалось только доехать. Дороги сто двадцать километров, из них сотня по неплохому шоссе. Маршрут знаком. Ну, я и поехал.
Еду, слушаю музыку на флэшке, радуюсь жизни. И чувство такое почему-то, как перед грозой - вокруг приятно, спокойно, но на горизонте уже маячит темный призрак шторма.
Первый звоночек прозвенел еще на трассе. Машин было немного, но поток вполне стабильный, т.е я далеко не один. В салоне вдруг повисло напряжение - резко стало холоднее. Музыка выключилась, раздалось шипение, а потом - невнятное бормотание. Я бросил взгляд на экранчик мультимедиа-системы. Да, так и есть, опять с флэшки “соскочило” на АМ, такое иногда бывает. Лечится изъятием-втыканием флэшки, но на ходу я это делать не любил, поэтому просто переключил на FM.
Тщательно подобранная коллекция любимого рока сменилась кислотной попсой с щедрым автотьюном, но все лучше, чем тишина.
Вроде как стало полегче. Я впал в какой-то транс, соображал медленно, тягуче, а руки и ноги сами делали дело - ноги притормозили, руки переключились на вторую передачу и повернули руль. Машина свернула на пыльную торную дорожку, уже непосредственно ведущую к огородам.
С обеих сторон от колес взлетали вверх настоящие песчаные бури, оставляя за машиной шлейф, как от самолета. Я прыгал на кочках, все еще действуя как-то на автомате. Возникало чувство, что я засыпаю. Точнее, что засыпает ум. Или даже не ум, а, скажем так, личность, но тело не спит и делает свое дело. Глаза тупо смотрели в “лопух” водительного зеркала - пыльные торнадо, остающиеся за машиной, завораживали.
Я почти не удивился, когда система снова перескочила на АМ. Почему-то не было сил удивляться. Вообще ни на что не было сил.
На АМ-волнах по жизни какое-то невнятное бормотание с помехами идет, но никогда оно не вызывало особой оторопи и не пугало. А здесь я даже сквозь апатию почувствовал страх. Даже ужас. Ужас от того, что руки слушаются все хуже, что машина пошла в последний подъем, и что справа, в метре, начинается обрыв. Не самый большой, метров пять-шесть крутого склона с ямами, выступами, камнями и почти без кустарника, а внизу что-то типа подсохшего болота.
Машина взяла правее, к обрыву. Руль как бы сам повернуло в руках, и тут я проснулся. В груди что-то взорвалось, в тело вернулась сила, дыхание почему-то сбилось, будто кросс отмахал. Быстро вывернул и притопил в пол - летел до самого дома друзей, как угорелый. Дрыгатель у шевика чахлый, а я на второй передаче лупил почти шестьдесят - забыл переключить, рефлекс не сработал. Хорошо, без последствий.
Когда доехал, обнаружил, что АМ ничего не ловит. Вообще. Только помехи.
Что это было? Чья-то злая шутка? Радиолюбитель-гипнотизер, обкатывающий манипулятивные технологии через радиоволны? ХЗ. Друзьям ничего не рассказал, потом отошел, веселился со всеми. Иногда только вспоминаю эту историю, но уже без особого ужаса.


***

Моя тетка очень любила детей. Умерла еще до моего рождения. Все говорила моей маме до этого, что хочет понянчиться c ее детьми.
Как-то я спал в кроватке - было мне, со слов мамы, месяца 3 - мама поделала домашние дела, ну и решила на диване рядом вздремнуть.
Спит и видит, как заходит в квартиру моя тетка. Здоровается с мамой, перекидываются там парой слов, и тетка подходит к кроватке, где сплю я. Умиляется, говорит, какой хорошенький, тянет руки, чтобы взять меня…
И тут мама понимает, что тетя Катя-то мертва давно уже. Испугалась, вспомнила, что покойники боятся мата, и давай ее материть и выгонять. Тетка лицом изменилась, погрустнела и быстрым шагом пошла по коридору к выходу.
Мама проснулась вся в холодном поту. По коридору пробежали шаги, входная дверь громко хлопнула - тогда еще у нас была деревянная дверь с замозапирающимся замком.
Первым делом мама кинулась ко мне. Я спал, все было хорошо. Но эту историю мама забыть никак не может. Она была уверена, что именно ее сестра тогда приходила.