Янковский

В конце 80–х, с появлением хозрасчета и пр, к нам в ленинскую комнату общаги МИФИ начали заглядывать интересные личности.
За вход для общения с личностями следовало заплатить рупь и потом два–три часа в количестве 20–50 рыл находиться один на один с интересным человеком, от Армена Григоряна (гр. "Крематорий", бывал регулярно, ибо басист женился на мифистке) и Виктора Цоя до Олега Янковского, Вениамина Смехова и менее народных артистов.

От Олега Янковского запомнилось следующее:

1. Батя Янковского был натуральный гвардейский офицер из царской гвардии. Родился в России, то ли в Твери, то ли в Смоленске, но корни имел польские. Служил в гвардии вместе с земляком — Тухачевским, но потом пути разошлись. В Википедии написано немного странно, но из услышанного мною — батя Янковского некоторое время отслужил в Белой Гвардии, потом вернулся в Смоленск/Калинин. Но там все знали его как облупленного беляка, и он уехал в Одессу, где женился и превратился в простого совдеповца. В начале 30–х белогвардейское прошлое всплыло. Бывших белогвардейцев как раз начали арестовывать и распихивать по лагерям.
По окончании первого срока, семья свалила в глухомань, но и там случился второй арест. К счастью, случился до начала массовых репрессий со стандартными 10 лет без права переписки, то есть расстрелом. Батя Янковского получил и отсидел положенный пятерик, после которого свалил с семьей на хер в ебеня, в жопу СССР — в Джезказган! Зажил вольняшкой возле зоны. Сын его — Олег Иванович Янковский — родился в Джезказгане.

2. Как только угроза третьего ареста исчезла, семья переехала в Саратов.

3. В Саратове Олег Иванович закончил местное театральное училище, женился на старшекурснице и потом без вопросов попал в Саратовский театр драмы, в котором уже блистала его жена.

4. Все его роли в театре были "Подай. Принеси." Значился в театре как никто и звать никем, но жена!!! Царица Саратова! Звезда Поволжья и окрестностей!

5. На гастролях Саратовского театра во Львове Олег Иваныч ничем не был занят, т.к. поехал сопровождать супругу, блиставшую в двух забойных спектаклях, где места для "подай–принеси" не нашлось. Пока супруга звездила на сцене, он пил кофе в самом лучшем кафе СССР — напротив львовского театра.
Там его приметила съемочная группа фильма "Щит и Меч". Режиссер Олег Басов приезжал смотреть будущую натуру. Говенный кофе он не пил, поэтому тоже пришел в лушую кофейню СССР и там приметил бандеровца: белокурого подонка, по типажу совсем не русского, а очень даже фашиста. Когда выяснилось, что Олег не бандеровец, но натуральный артист с Саратова, то с ходу был вызван в Москву на прослушивание.

6. Для прослушивания был сделан фотосет и размещен в картотеке "Мосфильма". Незаезженное лицо белокурой бестии вызвало интерес у другого режиссера — Евгения Карелова. Последовало приглашение в фильм "Служили два товарища".

7. На съемках "Двух товарищей" Олег Иванович близко сошелся с Роланом Быковым. Тот, уже бывалый Актер Актерыч, давал молодому ценные советы. В википедии процитирован совсем убогий совет.

Настоящий совет, как я помню, звучал так:
— Олег. Ты не зазнавайся. У тебя амплуа лет на 10–15. Молодой красивый парень. Каким бы ты талантливым актером не был, на твое место через 10 лет прийдет другой, менее талантливый, но в отличие от тебя, уже старого пердуна, натуральный молодой красивый парень. Молодость и красоту — не сыграть! Бери пример с меня — я комик, я нужен буду всем до старости! Давай к нам, в клоуны!
— Ролан Антоныч, не могу! Ну какой из меня клоун?
— Да, клоун из тебя херовый. Но ты не переживай. Попробуй сыграть какого–нибудь пидора–злодея. Злодеи тоже до старости востребованы.

8. Ценный совет ценен тем, что он на все времена. Лет через 10 Олег Иванович почувствовал, что все его роли — это эксплуатация образа, найденного Басовым и Кареловым плюс расширенного Марком Захаровым. Молодой, красивый, романтичный!
Ах, какой мужчина. Я хочу от него сына. Но таких ролей с каждым годом становится меньше. Если бы не свой режиссер Ленкома Марк Захаров, давший роли Волшебника и Мюнхгазуена, то совсем труба!

9. Янковский, звезда экрана, начал искать возможность сыграть пидараса–гондона и просто хоть кого–нибудь, чтоб зритель испытывал такую неприязнь, что даже кушать не мог. Таких ролей в советском кино не было, потому что все советские люди — молодые, одухотворенные, романтичные красавцы! А злодеев–капиталистов–пидоргов играли всякие ущербные уродцы, типа Милляра, либо актеры с генетической патологией "аристократическое лицо" типа Зельдина. Ходу в пидорги у Янковского не было.

10. В конце 70–х Москву порвала пьеса Александра Гельмана "Мы, нижеподписавшиеся", шедшая в театре Сатиры и МХАТе.
Народ на ботву из жизни партийных деятелей районного масштаба особо не ходил. Залы были пустые. Актеры дурачились на сцене как могли.

11. Александр Гельман был пробивной товарищ. Автор пьесы "Протокол парткома" в конце 80–х оказался членом ЦК КПСС и депутатом Верховного Совета СССР. Между делом он пробил экранизацию своей чудо пьесы на советском ТВ.
Режиссером назначили Татьяну Лиознову, которая маялась без дела уже восемь лет, прошедшие после ее предыдущего фильма "17 мгновений весны". Татьяна Моисеевна была готова взяться за экранизацию любой хуйни.

12. Актеры, любившие постебаться над тупыми совками в пустом зале, с ходу отвергли предложение сняться в телефильме. Там стебаться нельзя! Ни один из актеров театра Сатиры и МХАТа в фильм не пошел. Отмазывались как могли.
В телепроект набирали актеров с бору по сосенке, в основном из театра Моссовета, на тот момент самого бессмысленного театра Москвы, и самого бесмысленного театра всего СССР на все времена — театра Киноактера. Звезды этих театров считались звездами ТВ, получали там же зарплату и, получив приказ от руководства ТВ, отбояриться не смогли, в отличие от прочих вольнодумцев.

13. На роль главгондона Геннадия Семенова был утвержден натуральный уголовник Владимир Долинский, к тому времени отмотавший срок и попавший в теар Ленком.

14. Хуерга с ролью в никому ненужной хуете Долинскому была не нужна. Отбояриться он, как человек подневольный, никак не мог, об чем жаловался как–то труппе: "Ну сколько можно играть гондонов?! Надоели!" Тут Олег Иванович встрепенулся и понял, что в руки плывет уникальный шанс исполнить гондона и пидараса.
Тут же вымутил у Долинского телефон Лиозновой, напросился на просмотр. Просмотр оказался неудачным. После второго просмотра скрепя сердце утвердили Янковского, ибо Долинский самым мерзопакостным способом заболел, об че в театре появилась справка, и пропал. "Чем?" — выдохнул зал. Тут Олег Иваныч злодейски усмехнулся так, как может только он.

15. Сразу после выхода "Мы нижеподписавшиеся" на Янковского посыпались роли, о которых он мечтать не мог — "Полеты во сне и наяву", "Влюблен по собственному желанию" и — вишенка на торте — "Ностальгия" Тарковского.

16. Олег Иванович Янковский сказал, что самая лучшая его роль — это роль, которую должен был исполнить человек, которого постоянно путают со Львом Хоботовым (Равикович, не Долинский!).

©asderru