Плохая хорошая Абхазия

По следам темы про цены в Сочи.

В староглиняные времена, в одной пластилиновой местности занесло меня в Абхазию. Советскую Абхазию, важное уточнение. Нынешним временем история может показаться фантастической, но клянусь, всё до последнего слова правда, святая и истинная!

Сойдя на вокзале Гудауты, совершенно пустом (раннее утро), я вышел на привокзальную площадь, и увидел мужичка, ковырявшегося под капотом жигулей-"тройки". Поскольку больше не у кого было спросить, я спросил именно у него, где находится пансионат "Гудаута". Он захлопнул капот, сел за руль и сказал "Садись". Я прикинул, что имеющихся в кармане пятисот рублей (отпускные, зарплата и мамины сто рублей, чтобы что-нибудь привёз) хватит на такси, сел рядом с ним и спросил, далеко ли ехать. Мужик сказал что-то типа "не ссы" и рванул так, что из-под колёс вылетел асфальт.

В три минуты (в Гудауте до любого места ехать три минуты) мы домчали до пансионата, сказал "бери сумку и иди за мной" и рысью поскакал ко входу десятиэтажного здания с гордой надписью "ГУДАУТА" на крыше.
Оказалось, у него там работает жена. Горничной, но, как я понял, это очень высокая должность, выше неё только дежурная по этажу.

Жена ухватила мой паспорт и путёвку, ускакала вдаль (конечно, я утрирую. Милейшая женщина, мне было 20, ей максимум 25, а её мужу под сорок, и я бы с удовольствием с ней задружил, если б в пансионате не было девчонок помоложе и не замужем) и вернулась с корешком путёвки и ключами от номера на её этаже, куда я и зашагал, но был остановлен мужиком. "Я тебя жду внизу", – сказал он мне и уехал на лифте вниз.

Я поставил сумку, проверил наличность, вынул сто рублей пятёрками, а остальное спрятал обратно в карман на трусах, который мне пришила мама. Спустился вниз, увидел, что человек мне машет из машины, сел к нему и спросил – сколько я тебе должен. Вот нечаянно спросил. Миша (у него какое-то абхазское имя, но, в общем, Миша) всерьёз обиделся. Я что, сказал, плохо выгляжу? У меня есть деньги, не ссы. Я сказал, что у меня тоже есть деньги, но Миша обиделся ещё сильнее, так что я просто заткнулся в тряпочку. А Миша повёз меня в кабак.

Пили чачу (водка стоила в кабаке десять рублей бутылка, а чача шесть, хоть чача официально и не продавалась, тем более в стране царил сухой закон). Пили "Лыхны", но не из магазина, а "это настоящее, такого в магазине не купишь". Накидались так, что я не мог открыть дверцу мишиной машины, но он, чувак железный, не только впихнул меня, но и без потерь отвёз в пансионат и передал жене, чтобы она меня отнесла.

Следующим утром он сидел у меня в номере и ждал, когда я проснусь, чтобы отвезти меня в Сухуми и накормить самыми лучшими в мире хинкалями...

Эта история на Сухуми не кончается, в мой номер подселили человека из Львова, с которым и с Мишей мы пережили немало приключений за 24 дня, включая абхазскую свадьбу, поездку в Адлер и ещё много всякого.

Но я про вино хотел сказать.

Миша дал совет: не берите вино на базаре. Хуй его знает, чего они для крепости намешали, карбид, дихлофос или серу. Я вам дам адрес, где будет свадьба, после свадьбы обязательно пара бочек вина остаётся, будете приходить и за те же три рубля брать изумительное вино, которое вообще нигде и никогда не купите. И мы так и делали, но вначале мы на эту свадьбу попали...

Абхазская свадьба в советские времена – это тожество пафоса и понтов, но при этом самое скучное мероприятие на свете, во всяком случае, для 40-летнего инженера из Львова и 20-летнего распиздяя с Южного Урала. Мужской и женский стол стоят отдельно и не пересекаются. Каждый тост звучит на абхазском, но в нём попадаются русские слова: "короче" и "так давайте выпьем за". Времени на каждый тост уходит около 5-7 минут, а гостей минимум 200 человек. Кстати, абхазская (советско-абхазская, понятно) свадьба – грамотно выстроенная финансовая операция, прямо вот всё сделано так, что молодые после свадьбы сразу становятся обеспеченными людьми.

Так вот, там есть (или был) обычай, спасший нас с Валентином (это львовский инженер, которого подселили в мой номер) от серьёзных расходов: если вышел из-за стола, то навсегда. Гости дарили молодым кто тыщу, кто мебель, кто ещё что-нибудь пафосное: жениху, напрмер, подарили должность инструктора райкома партии. Бо́льшая часть подарков делалась на абхазском, так что я не всё знаю. Главное же – примерно за пятнадцать человек до нас Валентин мне сказал, что пора нам прогуляться до калитки, через которую нас впустил счастливый папа жениха (проход через главные ворота стоил 100 рублей; моя зарплата на тот момент составляла 220 рублей на вредном производстве), если я не хочу подарить молодым тыщу рублей. Я согласился. Миша остался на празднике жизни.

Миша нам ещё много добра сделал, и я запомнил Абхазию именно такой: прекрасной землёй, на которой растёт всё, и людьми с гипертрофированным чувством гостеприимства, поэтому в нынешнюю Абхазию вряд ли поеду. Меня в Сухуми хинкалями накормили (и напоили) так, что я два дня стоять не мог, при этом я заплатил 1 рубль, это за две порции по госцене.

Там вообще странное денежное обращение было. Никогда не считал себя особенным жадиной или жлобом, но начал пересматривать своё о себе мнение именно в Абхазии, когда хотел купить чебурек за 16 копеек, достал мелочь из кармана и начал считать, а мне чебуречник – на, так забери. Видать, меньше рубля у них вообще платить не принято было...

На фотке тот самый пансионат (у меня есть его ч/б фото в период расцвета, но не рядом) в заброшенном состоянии. А ведь там был бассейн с искусственной волной, ресторан на 400 мест и ещё дохуя всякого... Не хочу его видеть в таком виде.

Это сообщение отредактировал Hujack - 29 мая 2021 г. в 22:04