«Слезы текли без остановки». Красавица-учительница неожиданно узнала о раке на 4-й стадии — как она нашла силы жить

Его симптомы почти невозможно распознать и легко спутать с пониженным гемоглобином

Ольга Аристархова никогда не жаловалась на здоровье. Говорит, если бы не аллергия и бронхиальная астма, она могла бы считать себя очень крепкой женщиной. С начала 2019 года в жизни Ольги всё круто переменилось: здоровье начало резко ухудшаться, выпадали волосы, уходил вес. Обеспокоившись, сибирячка обратилась к врачу, и только спустя год обследований доктора смогли найти причину плохого самочувствия — рак кишечника в 4-й стадии. О том, как Ольга борется с болезнью несмотря ни на что — в нашем материале.

Первым симптомом болезни стала жуткая усталость: женщина засыпала буквально на ходу — в транспорте, сидя на диване за просмотром фильма, стало трудно подниматься по лестнице. Потом начал уходить вес, посыпались волосы. Ольга сдала анализы, которые были в норме, кроме упавшего гемоглобина.

— Первые анализы я сдала в апреле, до августа принимала препараты железа и продолжала обследоваться, так как были неприятные симптомы со стороны желудочно-кишечного тракта. Лечили геморрой. Позже в онкологическом отделении я неоднократно слышала подобную историю: к сожалению, очень часто поднимают гемоглобин, лечат эту деликатную проблему до тех пор, пока не оказываются у онкопроктологов уже на последней стадии рака. Это очень коварное заболевание, часто на начальных стадиях оно никак себя не проявляет, а на последних уже блокирует работу органа, который поражен, — объясняет сибирячка.

О том, что всё серьезно, врач сказал Ольге в ноябре на обследовании кишечника. Из кабинета повел к хирургу, отмечая, что удивлен тем, как такая молодая красивая женщина смогла так запустить здоровье.

— А я ничего не могла сказать. Стояла с трясущимися губами, из глаз текли слезы без остановки, а сознание отказывалось верить в реальность происходящего, — делится Ольга страшным воспоминанием.

Самым тяжелым было ожидание результатов. Биопсию делали несколько дней, что, по словам Ольги, было сущим адом. Женщина изо всех сил цеплялась за надежду, но когда узнала свой диагноз — «аденокарцинома ректосигмоидного отдела кишечника в 4-й стадии», всё будто резко оборвалось, рухнуло вниз с огромной высоты. Следующим этапом стали МРТ и КТ всего организма, для того чтобы определить масштаб заболевания и понять, есть ли метастазы.

— Стоимость каждого обследования — около 10 000 рублей. Этот факт тоже был убийственным для меня. Родителей и взрослых родственников у меня нет, мама и папа умерли, съемное жилье, старшая дочь — студентка, младшая несовершеннолетняя — помощи ждать неоткуда, — продолжает рассказ Ольга Аристархова.

МРТ определила метастаз в печени. Узнав об этом, женщина потеряла последнюю надежду. Начался внутренний процесс торга, Ольга стала искать в интернете информацию о том, сколько ей осталось жить.

— Очень плохо, что в нашей системе нет никакой возможности оказать психологическую и информационную поддержку онкологическим пациентам. Мы всё время, словно внезапно оказавшись в темной комнате, двигаемся в бесчисленных страхах наугад. Где-то слышала высказывание, что опыт онкологии выбирают только смелые души, и это действительно так. Сравнить ощущения можно лишь с вынесением смертельного приговора. Много раз в больнице я видела, как у людей опускаются руки, как люди отказываются от лечения, а оно невероятно трудное, как перестают бороться. Но я знала, что я нужна моим девочкам, что много еще предстоит сделать в этом мире, я выбираю жизнь, — откровенничает собеседница.

— Старшей дочери я сообщила о диагнозе сразу, о чем очень сильно пожалела. Она была не готова к этой информации и просто сметала меня своим эмоциональным вихрем, звонила каждые 15 минут, рыдала, предлагала разные варианты лечения, порой самые странные. Потом, конечно, сумела взять себя в руки. Младшей дочери тоже нужно было сообщить, ей тогда было тринадцать лет, я собиралась на неопределенное время в больницу, нужно было найти ей пристанище, пока я лечусь. Лиза повзрослела за этот период. Ей тоже невероятно трудно принять, что она может потерять самого близкого человека. Она очень мне помогает, старается беречь и теперь мечтает стать врачом, — говорит Ольга.

Не сдаваться Ольге Аристарховой помогает ее семья. Спустя три месяца после первой операции, женщина узнала, что станет бабушкой — эта новость подарила ей мощный прилив сил в борьбе за жизнь. Ольга признается, что момент общественного признания в соцсетях с просьбой о финансовой помощи был для нее очень трудным.

— Выбора у меня не было — больничный оплачивается только 60%, без дополнительных выплат — это более чем скромная сумма, которой невозможно даже перекрыть оплату диагностики. О том, что лечиться — это очень дорого, думаю, объяснять не нужно. Онкобольным положены талоны на обследования по квоте, но ждать их порой приходится долго, получить очень трудно, а с четвертой стадией возможности ждать нет. Препараты также безумно дорогие — три капсулы «Эменда» (применяется при химиотерапии) стоят более пяти тысяч — а это только на один курс химии, также около пяти тысяч стоит один флакон для лечения анемии, — объясняет Ольга. К удивлению женщины, на ее просьбу о помощи откликнулось большое количество людей.

— Огромное количество поддержки, добра и помощи я получила от стольких людей — это так вдохновляет, так окрыляет, я вообще не ожидала, что мир такой светлый, что так много людей готовы помогать. Я филолог, и читала у Толстого и Достоевского про то, как люди могут всем миром объединяться против беды и что нет чужой беды. Мне удалось убедиться в этом воочию. Я всем сердцем благодарю людей и желаю им счастья и благополучия, — делится Ольга Аристархова.

Предрасположенность к развитию раковой опухоли у Ольги — генетическая. Усугубили ситуацию и пережитые трудности в личной и семейной жизни женщины.

— Лечащий врач, увидев мои медицинские документы, сказал: «Получить такое в 43 года можно только пережив огромный стресс». Да, это был стресс. Я потеряла практически всех своих родных и близких старшего поколения. С 2005 года каждый год, а то и по несколько раз в год мне приходилось кого-то хоронить. С 2011 года я переживала труднейший кризис в отношениях с мужем, боролась с его зависимостями, погрязла в роли спасателя. И только в 2018 году пришлось уже в буквальном смысле бежать в неизвестность, чтобы начать в 42 года всё с нуля. Это было труднейшее время в моей жизни, а как только всё стало чуть-чуть налаживаться, я узнала о своем диагнозе. Сначала мы никак не общались с бывшим мужем, но, узнав о моей ситуации, он тоже многое изменил в своей жизни, и сейчас мы смогли преодолеть противоречия. Он старается мне помогать, но правильно говорят — терпеливые люди, когда наступает предел, жгут не корабль, а целый порт, — философски подмечает женщина.

Ольге сделали две операции, в скором времени предстоит еще одна: осенью она узнала о том, что у нее рецидив. Когда в 2020 году из-за пандемии закрыли больницу, Ольга вернулась на работу в школу, но уже летом следующего года вновь почувствовала недомогание. Три месяца ушло на то, чтобы обнаружить метастаз.

— Новость о том, что рак вернулся и впереди полная неизвестность, как бы парализовала мою волю. Я ничего не могла делать, но вскоре поняла, что не хочу так. Не хочу просто сидеть сложа руки, киснуть и ожидать худшего. Я буду делать то, что люблю, что умею, чем могу быть полезной. Я приняла твердое решение, что не остановлюсь ни на минуту, пока будут силы. В этот раз химиотерапия была еще труднее, еще жестче, чем в первый год. Одна мысль о флаконах с раствором для капельницы может вывернуть меня наизнанку, — говорит женщина.

До болезни мир виделся Ольге совсем иначе. Во всем она старалась полагаться только на себя, изо всех сил сохраняя лицо, ставила материальное на первое место, много работала, не замечая тревожных сигналов организма. Рак остановил такое развитие сюжета в ее жизни. Во время лечения Ольга много читала и изучала психологию, психосоматику и другие системы саморазвития.

— Абсолютно точно могу сказать, что онкологию нужно лечить не только химией и хирургическим путем, но и психотерапией. Без поддержки психолога идти этот путь очень тяжело. Я поняла, что мне необходимо что-то срочно делать с моим материальным положением, ведь проходить полную диагностику, чтобы исключить рецидив, нужно каждые 3 месяца. Лечение и поддерживающие препараты очень дорогие, каждый раз не будешь просить у людей. Помимо этих факторов я также понимала, что в такой стадии рак всегда может вернуться, нужно быть готовым к любому развитию событий, — объясняет женщина.

Ольга стала оказывать помощь людям, которые попали в такую же сложную ситуацию, как она, и начала вести блог о самопознании, трансформации себя, запустила несколько онлайн-проектов.

— Я чувствую себя счастливой, потому что могу делать нечто очень важное — я вижу и чувствую огромный отклик, люди становятся сильнее, одухотвореннее и очень благодарны мне. Это дает мне вдохновение и силы жить, не сдаваться. Каждый раз, приезжая из больницы после очередного курса, я готовила и проводила онлайн-занятие, только потом обессиленная падала на кровать. Обратная связь от людей дает мне просто невероятное вдохновение и желание продолжать жить эту жизнь самым наилучшим образом, — делится сибирячка.
https://www.e1.ru/text/health/2022/02/06/70425065/