Поляки в Лос-Йебенос. Истории пост

24 марта 1809 года в Испании, неподалеку от Толедо произошло сражение, в котором было прекрасно все!

Прекрасным было название деревни, возле которой развернулась битва. Лос- Йебенес, что-то родное для русского челевека есть в этом топониме.
Прекрасными были польские уланы из наполеоновского Легиона Вислы, которые боролись за свободу Польши, вырезая гверильясов, боровшихся за свободу Испании.

Прекрасен был командир поляков, полковник Ян Конопка, завевший свой полк на отдых в местечко, которое кроме эпического (опять таки для русского человека ) названи, еще и совершенно не подходило для развертывания конницы.

Прекрасным был итог боя - то ли эпик фейл, то ли эпик вин.
И прекрасны были испанцы, умудрившиеся ...
Впрочем, перейдем непосредственно к событиям.
Уланский полк расположился на отдых в деревне Лос-Йебенес, находившейся в каких-то 2300 км от Варшавы. Впрочем, если вспомнить, что Наполеон отправлял поляков гонять негров на Гаити в Западном полушарии, так Испания, считай, это рядышком, за Вислой.

Польские часовые в ночь с 23 на 24 марта сообщили офицерам о непонятном движении в окрестностях. Полковник Конопка всех успокоил, заявив, что враг в нескольких днях пути отсюда. разведданные полковника были, мягко говоря, неточными.

В тумане разворачивалась для атаки испанская армия под командованием графа де Картаохаля.

В семь часов утра началась утренняя побудка. 6000 тысяч испанцев вместо будильника для 600 поляков. Тут тебе и подъем, тут тебе сразу и отбой, на веки вечные.

Но испанцы имели дело: а) со славянами, для которых бардак на поле боя - родная стихия; б) с польскими славянами, которые в условиях бардака существовали с 17 века.

В бой с испанцами вступила всего одна рота уланов, успевшая хотя бы надеть штаны. Этого хватило, чтобы остальная часть полка построилась по эскадронам в центре деревни.

Когда туман рассеялся, поляки увидели плотные ряды испанской конницы, а также две батареи конной артиллерии. Полковник Конопка, проспавший испанскую армию, все таки был кавалерийский командир польской выучки. И принял соответствующее решение - напшуд, до дзябла!

Первыми под раздачу попал испанский Королевский полк карабинеров. Конопка закричал: «Вперед, ребята!» (ну, мы то понимаем, что в реальности он выдал заклинание "Курва, пердоле!"), и в узком проходе среди скал, над пропастью, поляки начали выдавливать вырезать испанских солдат, которые несколько мгновений назад были абсолютно уверены в своей победе.
Заряд бодрости у полковника Конопки закончился, когда уланам удалось таки вырваться из ущелья. Здесь их ждали основные силы испанской конницы.
Короче, полковник Конопка с дюжиной уланов пришпорили коней, проскочили мимо испанцев и благополучно прибыли к основным силам французов, в местечко Мора. "Полк погиб, знамена потеряны, Лос-Йебенос!" доложил полковник Конопка.

"Ище Польска не згинела" - возразили ему, показывая на уланов, которые в темпе галопирующей свиньи вылетели из местечка Консуэгра.
В общем, уланы, возглавляемые командиром эскадрона капитаном Телесфором (зацените имячко!) Костанецким разогнали испанскую кавалерию и окольными путями прибыли через несколько часов в Мору.

Потери поялков были на удивление, невелики - 42 погибших. Но знамена они реально потеряли. А их, на минуточку, полку подарила жена Наполеона, императрица Жозефина.

От такой обиды уланы слегка озверели, и уже через три дня,в битве при Сьюдад-Реале они взяли мост, разбили четыре каре испанской пехоты и повергли их в бегство. На следующий день в битве при Санта-Крус-де-Мудела (та что они, эти испанцы творят с топонимами!) уланы, не дожидаясь остальных корпусов, снова разгромили те же самые испанские войска.

Еще через полгода, в сентябре 1809 , побывавшй в бою при Лос-Йебенос испанский полк карабинеров, увидев уланов, просто покинул поле битвы.
А у полковника Конопки, бросившего своих солдат, служба не задалась.
Наказания за то ли разгром, то ли победу при Лос-Йебенос он не понес.
Во время вторжения Наполеона в Россию он получил под командование 3-й гвардейский полк Литовской гвардии, но в октябре 1812 года, во время банкета в Слониме был взят в плен русскими. Тюремное заключение разрушило его здоровье, и он умер в середине января 1815 года.
"Уланы, уланы, малеваны дети,
Не одна паненка за вами полетит.
Не одна паненка и не одна вдова
Увидит улана -полюбить готова"