25
Я рос любознательным ребёнком. При этом обширная домашняя библиотека исследовалась не хаотично и различного рода учебники, энциклопедии и прочая научная литература меня интересовали гораздо больше, нежели фантастика и приключения.
Многие знания осели во мне настолько крепко что я и сейчас смогу поддержать вменяемый разговор с каким-нибудь энтомологом об акариформных, саркоптиформных и паразитиформных клещах, о телифонах, ложноскорпионах и прочих арахнидах, не являющихся насекомыми и почему лучше подцепить в качестве паразита бычьего цепня, чем свиного (последствия изучения шеститомника «Жизнь животных»). Или с религиоведом не только об амишах, квакерах и мормонах, а также о луковичниках и дырочниках («Настольная книга атеиста»).
Родители не нарадовались как им свезло. Все дети чего-то требуют, орут, канючат, а с этим вообще никаких проблем. Сидит в углу, на латыни что-то бормочет. И проблем не было, пока мне не попался учебник под названием «Судебная психиатрия».
«Нихуясебе» — подумал я, изучая раздел «шизофрения» и прочитав про мамашу, которая убила своих детей, расчленила и сварила их головы в кастрюле. Тут я, конечно, привираю. Я тогда матом не думал. Просто впитал информацию и на следующий сезон в пионерлагере «Сокол» был королём страшных историй.
Шизофрения впечатляла, но это было слишком жестковато, поэтому я остановился на эпилепсии. Я как раз болел ангиной, и мама заваривала мне шалфей для полоскания горла. И пожулькав во рту шалфейную жижу, я обнаружил что она дает прикольную жёлтую пенку. Идея разыграть родителей родилась мгновенно и остаток полоскания я приберёг на то, чтобы упасть посреди зала, пока родители смотрят телевизор и изобразить эпилептический припадок…
Меня даже не отпиздили, когда я, быстро поняв, что переборщил, признался, что «пошутил». Лично я бы себя за такую выходку отпиздил.
На дворе стоял май месяц 1983 года. Я заканчивал третий класс.
© Петроff (AZvorsky)
yaplakal.com