Интеллект и убеждения коммуниста против нацизма.

4 ноября 1933 года, в Имперском суде Лейпцига, Георгий Димитров одержал убедительную победу над Герингом.

1932 год: гитлеровская Национал-социалистическая немецкая рабочая партия Германии (НСДАП) в этот момент - одна из парламентских партий. Но получить абсолютное большинство в Рейхстаге ей мешали влиятельные фракции немецких коммунистов и социал-демократов. Несмотря на это, Гитлер в январе 1933 года получает пост рейхсканцлера - главы правительства.
Предстоящие выборы в парламент, назначенные на 5 марта, могли изменить баланс сил отнюдь не в пользу нацистов и укрепить позиции коммунистов. И вот, за неделю до голосования, в ночь на 27 февраля очень "удачно" вспыхнул Рейхстаг.

Прибывшие на место пожарные справились с огнем за полтора часа; в самом же здании задержали невменяемого голландского коммуниста-одиночку Маринуса ван дер Люббе. В ходе тушения пожара было обнаружено 65 очагов возгорания по всему зданию, что явно указывало на согласованные действия многочисленной группы. Но для нацистов было важно выставить эту провокацию как коммунистический заговор.
В ту же ночь рейхсканцлер Гитлер объявил виновными в злодеянии немецких коммунистов, а министр без портфеля, курировавший МВД Пруссии, Герман Геринг сразу подтвердил эту версию. Немедленно начались аресты объявленных виновниками пожара политических противников нацистов, среди задержанных коммунистов был лидер парламентской фракции компартии Германии Эрнст Торглер и три болгарских коммуниста, находившихся в это время в Германии - Георгий Димитров (Георгий Михайлович Димитров (18 июня 1882 — 2 июля 1949) — болгарский революционер, государственный, политический и партийный деятель, деятель болгарского и международного коммунистического движения. Его называли «болгарским Лениным» и вождём болгарского народа)

Васил Танев и Благой Попов.

4 ноября 1933 года, состоялся самый знаменитый судебный поединок ХХ столетия. В нацистской Германии с 21 сентября шёл Лейпцигский процесс над коммунистами, обвиняемыми в поджоге Рейхстага… Этот поджог стал поводом для введения чрезвычайных законов и окончательного утверждения диктатуры нацистов. Главным подсудимым на процессе был болгарский коммунист Георгий Димитров. Защищаясь, он в полной мере использовал сохранившееся в Германии, на тот момент, право задавать вопросы свидетелю. В ходе суда его 36 раз лишали слова, 5 раз изгоняли из зала суда. Некоторых свидетелей после допроса Димитров провожал саркастической репликой:
– Я вас поздравляю с такими свидетелями, господин председатель!
4 ноября процесс достиг высшей кульминации: суд был вынужден пригласить в качестве важного свидетеля самого Германа Геринга, председателя Рейхстага, а по совместительству – премьер-министра Пруссии.

Геринг одним из первых оказался на месте поджога вечером 27 февраля. Таким образом, в судебной дуэли сошлись один из вождей нацистов, будущий главный подсудимый Нюрнбергского трибунала, и тоже будущий Генеральный секретарь Исполкома Коминтерна.

Выступление Г. Димитрова на судебном процессе о поджоге Рейхстага, Лейпциг, 1933 год. Спиной стоит Геринг

В своих показаниях суду Геринг попытался иронизировать:
— Утверждают, что мой друг Геббельс внушил мне план поджога рейхстага и что я с радостью выполнил этот план. Утверждают, что я любовался пожаром. Вероятно, закутанный в синюю шёлковую тогу. Остаётся ещё сказать, что я играл на лире, как Нерон на пожаре в Риме…
Димитров задал свой первый вопрос:
— 28 февраля премьер-министр Геринг дал интервью о поджоге рейхстага, где говорилось: у «голландского коммуниста» Ван дер Люббе был при обыске отобран, помимо паспорта, и членский билет коммунистической партии. Откуда знал тогда господин премьер-министр Геринг, что у Ван дер Люббе был с собой партбилет?
— Я слышал, что вы большой хитрец, — отвечал Геринг. — Поэтому я предполагаю, что вопрос, который вы задали, давно ясен для вас, а именно, что я вообще не занимался расследованием этого дела. Я не хожу туда-сюда и не проверяю карманы людей. Если вам это ещё неизвестно, я говорю вам: полиция обыскивает всех опасных преступников и сообщает мне, что ею найдено.
— Но трое чиновников уголовной полиции, арестовавшие и первые допросившие Ван дер Люббе, единодушно заявили, что у Люббе не было найдено партбилета. Откуда же взялось это сообщение о партбилете, хотел бы я знать?
Геринг:
— Сообщение это было мне сделано официально… Я на следующий же день, до обеда, передал это сообщение в печать… Возможно, в ту ночь ходило много слухов. Все, естественно, не могло быть проверено…
Димитров спросил:
— После того как вы, как премьер-министр и министр внутренних дел, заявили, что поджигателями Рейхстага являются коммунисты («Да!» — воскликнул Геринг), что это совершила Коммунистическая партия Германии (Геринг снова подтвердил: «Да!») с помощью Ван дер Люббе, коммуниста-иностранца, не направило ли это ваше заявление полицейское, а затем и судебное следствие в определённом направлении и не исключило ли оно возможности идти по другим следам в поисках истинных поджигателей Рейхстага?
Тут Геринг вышел из равновесия:
— Я не чиновник уголовной полиции, а ответственный министр, и поэтому для меня было важно не столько установить личность отдельного мелкого преступника, сколько ту партию, то мировоззрение, которое за это отвечает… С моей точки зрения это было политическое преступление, и я точно так же был убежден, что преступников надо искать в вашей партии. И если на расследование и было оказано влияние в этом направлении, то оно было направлено по верным следам.
Потрясая кулаками в сторону подсудимого, Геринг выкрикнул:
— Ваша партия — это партия преступников, которую надо уничтожить!

Борис Ефимов. Георгий Димитров на скамье подсудимых. 1933

Димитров продолжал:
— Известно ли господину премьер-министру, что эта партия, которую «надо уничтожить», является правящей на шестой части земного шара, а именно в Советском Союзе? (Геринг: «К сожалению!»). И что Советский Союз поддерживает с Германией дипломатические, политические и экономические отношения, что его заказы приносят пользу сотням тысяч германских рабочих?
Тут не вытерпел уже председатель суда:
— Я запрещаю вам вести здесь коммунистическую пропаганду!
Димитров парировал:
— Господин Геринг ведёт здесь национал-социалистскую пропаганду! — И продолжил, обращаясь к Герингу: — Это коммунистическое мировоззрение господствует в Советском Союзе, в величайшей и лучшей стране мира, и имеет здесь, в Германии, миллионы приверженцев в лице лучших сынов германского народа. Известно ли это…
Геринг закричал:
— Я вам скажу, что известно германскому народу. Германскому народу известно, что здесь вы бессовестно себя ведете, что вы явились сюда, чтобы поджечь Рейхстаг и позволять себе наглость в отношении немецкого народа. Но я здесь не для того, чтобы позволить вам обвинить меня. Вы в моих глазах мошенник, которого надо просто повесить!
— Я очень доволен ответом господина премьер-министра! — с иронией ответил Димитров.
— Мне совершенно безразлично, довольны вы или нет. Я вас лишаю слова! — оборвал Димитрова председатель.
— У меня есть ещё вопрос, относящийся к делу, — невозмутимо продолжал Димитров.
— Я лишаю вас слова!
Димитрова стали выводить силой из зала заседаний, а Геринг кричал ему вслед:
— Вон, подлец! Вон!..
Напоследок Димитров бросил Герингу последний, нокаутирующий вопрос:
— Боитесь ли вы моих вопросов, господин премьер-министр?..
— Это вы будете бояться, как только после суда попадёте ко мне в руки, подлец! — взорвался Геринг.
«Боитесь ли вы моих вопросов, г-н министр-президент?». Известный коллаж, отражающий противостояние на процессе Димитрова и свидетеля обвинения

Джон Хартфилд, фотомонтаж на обложке брошюры: "На суде над поджигателями в Лейпциге - они извиваются и извиваются, называя себя немецкими судьями". (AIZ, 1933, №41) Фото: РГСУ


На следующий день диалог Димитрова и Геринга приводили все ведущие мировые издания.
«Сенат совершил харакири, так как у него не хватило мужества немедленно выставить из зала господина Геринга за оскорбление обвиняемого Димитрова, — отмечала британская Daily Telegraph. – Процесс дал непоправимую трещину».
«Угрозы, которые Геринг в своем безрассудном бешенстве изрыгал по адресу Димитрова, сразу обесценили всё судебное разбирательство», — писала швейцарская Neue Zürcher Zeitung.
«Поединок Димитрова с Герингом станет одной из страниц человечества. Димитров исчез во мраке камеры. Геринг с триумфом удаляется, приветствуемый рядами своих приспешников. Но победил Димитров», — замечал чехословацкий публицист и антифашист Юлиус Фучик.
Произошло немыслимое - болгарские коммунисты были оправданы судом нацистов. СССР немедленно предоставил им советское гражданство, после чего все трое прибыли в нашу страну.

Стефан Савов в роли Георгия Димитрова и Юрий Аверин в роли Германа Геринга в кадре из фильма Урок истории (1957)

Георгий Димитров стал одним из лидеров международного коммунистического движения. В мае 1934 года на VII Конгрессе Коминтерна он выступает с главным в повестке докладом: о наступлении фашизма и задачах Коминтерна в борьбе за единство рабочего класса. Именно Димитров сформулирует одно из самых точных определений фашизма, которое войдет во все учебники. С 1935 года Димитров - генеральный секретарь Исполнительного комитета Коммунистического интернационала, впоследствии он стал первым руководителем Народной республики Болгария.
Свидетельница процесса Марта Додд записала свои впечатления: «Димитров — блестящий, привлекательный темноволосый мужчина — излучал изумительную силу и мужество, каких я никогда не встречала ни у одного человека. Всё в нём было полно жизни и огня… Это динамическая личность. Никогда я не забуду то полное внутреннего жара спокойствие, с которым он стоял против Геринга, весь его облик, пламя презрения, пылавшее в его взоре. Это была настоящая борьба, настоящая битва… А вот Геринг — страшно опухший, с надутым, колышущимся животом, нервный, невоздержанный, мелодраматичный. Он кричал хрипло, ужасно, будто задыхался перед блестящим убедительным голосом другого… Нацисты с большим трудом справились с положением».
Через несколько дней Геринг поднял тему суда в беседе с Гитлером: «Мой фюрер, эти члены Верховного суда вели себя безобразно. Складывалось впечатление, что судили нас, а не коммунистов», — пожаловался он. «Мой дорогой Геринг, — отвечал фюрер, — это лишь вопрос времени. Эти люди уже созрели для отставки, на их место мы поставим своих людей. Но пока Старик

(президент Пауль фон Гинденбург) жив, мы сделать этого не в состоянии». (Пауль Людвиг Ганс Антон фон Бенекендорф унд фон Гинденбург (2 октября 1847 — 2 августа 1934) — немецкий военный и политический деятель, генерал-фельдмаршал, а с 1925 по 1934 год — рейхспрезидент Германии (Веймарской республики)). Он стал первым и единственным в истории страны президентом, избранным на прямых всенародных выборах.
Фактически суд завершился поражением нацистов: им пришлось выслать трёх подсудимых в СССР. Их вину в поджоге доказать не удалось. Лишь непосредственный поджигатель рейхстага Маринус ван дер Люббе

был приговорён к смерти и гильотинирован.