عالی هستی میدانی چطور از گوگل استفاده کن • На сайте 9 лет
7
из авторов-женщин могу вспомнить Ксению Медведевич с циклом "Ястреб халифа", и, собственно, Макса Фрая.
Или Макс Фрай, учитывая гендерную принадлежность)
Ястреб халифа меня очень впечатлил в свое время. Темное фэнтези с восточным колоритом, даже не колоритом, а погружением в детально прописанный мир. Жестокое, кровавое, умное, нежное, с откровенными сценами, с рефлексией, с вопросами к самому себе со стороны героев, переосмыслением и ошибками. Этика не героики, а власти и насилия над личностью.
Это омела, вечнозеленое растение-паразит. Я сейчас в Калининграде, тут масса деревьев с такими "гнездами".
Ах, вон оно что, омела значит? Слово такое слышала, а видеть не приходилось до сих пор. Интересное явление! *голосом Людмилочки* "Ну как там, в Калининграде?" Слышала, что очень красивый город. oldcrazydad, вы там надолго? Чем занимаетесь, чем там радуете себя?
«Во мраке неведомого зреют зародыши бесконечных горестей… и бесконечных радостей. Можешь ли ты обратить свой взор к восходящему солнцу? Тогда радуйся. И если в конце концов оно ослепит тебя — все равно радуйся! Ибо ты жил.» (Теодор Драйзер)
Доктор, а почему на конкурс не заглядываете? Совсем не видела ваших отзывов. Неинтересно? (не упрек, просто любопытство) Для меня это тоже первый межсайтовый, к которому я проявила интерес. Раньше не читала - пугал объем.
Он пьянит И зовет на безумство-безумства, Я пыталась бороться, но.... утром покой не ко времени... может лишь сниться(( Он шумит, будоражит:" Вставай, не ленись, видишь день новым шагом отмечен! Мы с ним спорим и так много дней, много лет. Может он о любви утром светит? Мне поддаться? Сказать, я твоя! Ну возьми! Будем вместе встречать утром солнце! ...только что-то ленюсь, что-то кажется мне, Я возможно люблю больше вечер. В нем тоска о былом. О растраченных днях,, О прошедших секундах,минутах. Я вся в воле тех мыслей, проживу, а мечтать ..обещаю впредь лишь на рассвете. PS Несуразица мыслей, ломая концы. нас ведет от столетий к мгновеньям. Так возможно? Отнюдь! Только кажется вдруг Это самое ясное мненье
Это сообщение отредактировал BuratTino - 11 апр. 2026 г. в 19:42
Увы, я сдулась. Не сразу сдалась, но поняла, что не тяну. Видимо, чувствуется моя нетренированность в такого рода литературе. Заинтересовать меня автор сходу не сумела, а продираться сквозь специфический язык специфической реальности без ощутимой мотивации оказалось утомительным. Сорри. Может, на пенсии попробую еще раз, когда времени лишнего до хренища!
Жаль. Там страсти кипят! )) Да и рассказы есть очень даже неплохие!
Да уж, кипят. Прочитала последние страницы - окно открыла, вроде проветрилось. И знаешь, всегда удивляюсь лайкам...так и хочется спросить, люди, вы в своём уме? Ну да ладно Спасибо за поздравление. Присоединяюсь. Всем света, добра и любви. И похристосуемся?
oldcrazydad ммм...Калининград(звуки белой зависти) видела ваше сообщение про вино, согласна, вот такое : Vino Verde. Португалия Консерва Свити Бранко( с рыбкой на этикетке)видела только в Кгд, Зеленоградске-Светлогорске, в КБ. В Мск так и не нашла. Очень даже неплохо, а под сыр с орешками и мёдом - самая чума из всех конкретных вещей
док, удалась ли охота на строчки?
Это сообщение отредактировал vinsentvega - 12 апр. 2026 г. в 05:31
Думиничский район Калужской области: грибов пока нет по моим субъективным оценкам, до строчков ишшо неделя-две надеюсь, удастся "захватить" остатки в начале мая, планируем опять туда съездить на несколько дней
Ну что, православные… поговорим о том, как трудно быть богом?
Идея романа «Трудно быть богом» обычно формулируется как невозможность оставаться отстранённым при виде чужого страдания. Этот постулат рассматривается с позиции о неэтичности вмешательства в исторические процессы иной цивилизации. И Стругацкие решают эту задачу исчерпывающе — финал разрушает образ наблюдающего «бога», превращая дона Румату (Антона) в сокрушающего Зло героя.
Однако этот слой у романа — внешний. Стругацкие же всегда помещают в свои сюжеты некое несформулированное прямо иносказание. Именно оно является ключом к роману, который на первый взгляд кажется классической исторической фантастикой — вариантом альтернативной истории или сюжета о попаданцах.
Читая роман, мы понимаем: тот, кто знает будущее, обречён на мучительное бессилие. Дон Румата видит, как гений посредственности дон Рэба методично уничтожает учёных, поэтов и просто живых людей. Он мог бы одним ударом остановить палача — но тогда будет нарушен этический запрет, а земная наука не получит чистых данных. Он пытается играть роль «благородного подонка»: пьёт с бароном Пампой, волочится за дамами, носит шпагу. Но внутри него постоянно звучат два голоса: коммунара («не вмешивайся, это история») и просто человека («он убивает моих братьев»).
Развязка наступает, когда Румата понимает: быть богом — значит смотреть на казни и молчать. И он выбирает человеческое — берётся за меч. Но победа оборачивается поражением: Арканар не спасти, а сам он навсегда останется человеком с руками в крови. В финале, он уже на Земле протягивает Анке ладони, перепачканные земляничным соком, — а она отшатывается, принимая его за кровь.
Таким образом, неочевидный смысл романа состоит в том, что быть богом, значит быть бессильным. Обрести способность действовать можно, только отказавшись от божественной позиции, очеловечившись.
Но есть и третий слой: Румата к финалу сам становится похож на Серого. Он убивает уже не «благородно», а в ярости, массово, без разбора. И главная трагедия оказывается не в том, что после серых всегда приходят коричневые, а в том, что сам «бог» неизбежно превращается в то, против чего борется. Отказ от позиции наблюдателя оборачивается коррозией личности. И плата за «очеловечивание» — вечная кровь на руках — если не в реальности, то в чужих глазах.
И чтобы убедиться, что тема крови на руках всплыла не случайно, обратим внимание на выстроенный авторами диалог с романом А.К. Толстого «Князь Серебряный». Стругацкие словно переносят опричнину Ивана Грозного на планету Арканар, но добавляют деталь: наш человек не может остаться в стороне.
Один яркий пример. В обеих книгах есть сцена королевского пира — и она почти зеркальна:
У Толстого Иоанн Грозный подносит боярину кубок с отравленным вином. «Боярин пьян, — говорит царь, — вынести его вон». Князь Серебряный содрогается, но молчит — он ещё верит, что жестокость царя преувеличена.
В Арканаре за королевским столом тоже принято «сажать на отравленные иглы» и травить гостей. Дон Румата смотрит, как умирает человек, и не может вмешаться — он бог, он выше этого. Ирония в том, что именно его «божественное» бездействие оказывается страшнее любого царского произвола.
Но есть и решающее различие. Князь Серебряный — свой в этой жестокой реальности, он часть её сословной иерархии. А дон Румата — вечный чужой. Стругацкие подчёркивают это через мотивы, которые работают на отторжение героя:
✓ Кровь. У Руматы она никогда не своя, он лишь смывает чужую. ✓ Еда. Он почти не ест в Арканаре — единственная пирушка с бароном Пампой становится точкой невозврата, после которой он «больше не был коммунаром». ✓ Одежда. Он носит земное бельё под арканарским камзолом, чем вызывает недоумение слуги.
Этими бытовыми деталями авторы говорят нам: укоренения не происходит. Румата не становится арканарцем, как Серебряный становится частью опричнины (пусть и враждебной). Он остаётся посторонним, которому больнее всех из-за того, что он обречён быть богом, а значит, бессильным.
Это сообщение отредактировал АПЧеркасов - 12 апр. 2026 г. в 13:44
Ломаю мысль и "стрёмно"... Вдруг: там неизвестное такое, что лишь представлю – – сразу труп! Неведомое - если с плюсом, плывет улыбка на лице, и чудо мысли на просторе гуляют в самой вышине...
Всё, достаточно и о плюсиках и об отрицаловке. Сегодня решил "почистить" адресную книгу в своем тлф. Ой! Кого там только нет! Некоторые=неузнаваемые= не вспоминаемые. Отдельные адреса абсолютно неактуальны. И...вот зарисовка! Наверняка актуальна для каждого (написана завтра, где-то ближе к впервой декаде января).
**Свободное время. Листаю страницы, Чтобы в былое слегка погрузиться, Айфон мне противится что-то опять, Не хочет быть другом - желанию внять, Чтоб что-то из прошлого просто забыть И книгу контактов слегка "облегчить".
На первую букву таких и не много: "Алеша Сбербанк", "Алевтина дорога", "Ай-ай осторожно", какая-то "Аня". Ну кто вы такие? Не знаю. Стираю.
На "Б" - два контакта: "Бабуля Арина", Я в шоке и ступоре, мыслей не видно, В тот век лишь былины и сказки слагали И всяких мобильных и компов не знали. Оставлю пока. Дозвонюсь и узнаю. Решенье по факту (себя я ругаю!)!
Второй - "Баба Луша". Ну здесь без раздумий. Звоню. Поздравляю! Ей больше не нужно.
На пару часов погрузился в былое, за пару часов-то инсульт, то здоровье, Кого-то вдруг вспомнил, поздравил с грядущим, А кто-то в "корзину" ушел, как ненужный. Вот так и живем, сохраняя "контакты", На Новый- поздравим и тем будем рады, На Старый -почистим до Нового года, И снова шагать, впереди ждет дорога...**
Сейчас, сходу, не найдется=не сложится продолжение. Да не будет в гневе АПЧ за отвлечение от вечного и великого. (Извинюсь на всякий!)
АПЧеркасов, замечательная рецензия! Печальный, но напрашивающийся вывод: быть богом, значит быть бессильным. Так хочется надеяться, что это всего лишь частный случай, и что, Бог, в которого я верю, обладает и большей властью, и большими возможностями.
Печальный, но напрашивающийся вывод: быть богом, значит быть бессильным.
Просто в данном случае термин бог применен неверно, на мой взгляд. Они не боги, они наблюдатели. В том-то и дело, что имея техническое и, возможно, моральное превосходство, они не используют свои "божественные" способности. В этом и противоренчие. В стороне оставаться всегда крайне сложно. А по-моему, невозможно вовсе, не имея некоей ущербной психики.
Печальный, но напрашивающийся вывод: быть богом, значит быть бессильным.
Просто в данном случае термин бог применен неверно, на мой взгляд. Они не боги, они наблюдатели. В том-то и дело, что имея техническое и, возможно, моральное превосходство, они не используют свои "божественные" способности. В этом и противоренчие. В стороне оставаться всегда крайне сложно. А по-моему, невозможно вовсе, не имея некоей ущербной психики.
подозреваю, что "бог" - это вообще не термин, а метафора (пусть и без кавычек) у меня название данного романа ассоциируется с известным всем фото, на котором запечатлен обезвоженный негритенок с грифом, сидящем неподалеку
Это сообщение отредактировал drdolgoff - 14 апр. 2026 г. в 13:05
drdolgoff Отличное фото. А "боги" фотографируют. Что-то читала про это фото, но сейчас уже не вспомню.
фотограф, сделавший фото, на след. день после его публикации, как говорится, проснулся знаменитым премии/контракты/слава - полный набор правда, потом люди стали интересоваться, что стало с ребенком на фото, и выяснилось, что фотограф ему не помогал, а просто ушел, т.к. им (фотографам) в той командировке было строжайше запрещено во что-либо вмешиваться и трогать что-либо на фотографа обрушилась волна ненависти, в итоге он покончил с собой
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
2 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Православные мы или нет? ))
yaplakal.com