"Брату" 20 лет

Как раз недавно пересмотрел обе части, прям ностальгия пробрала.

Я этот фильм первый раз на видеокассете посмотрел где то в то время. Очень впечатлил своей неординарностью и необычной концовкой

Что говорили авторы и критики о «Брате» вскоре после выхода картины.


Алена Солнцева, «Вольный стрелок» / «Огонек»: «По слухам, фильм «Брат» является лидером российского видеопроката. Говорят, что продано то ли пятьсот тысяч кассет, то ли четыреста. Точно не знает никто, даже Починок. Известно лишь, что этот малобюджетный фильм, на производство которого затрачено что-то около 200 тысяч долларов, себя окупил уже в первые недели продаж. <…> Бодров сыграл роль, которая впервые за десятилетие заставила критиков говорить о точно угаданном типе современного героя. Даже слова все эти забыли уже, а вот пожалуйста. Сам-то фильм сделан очень просто. Но точно».


Алла Боссарт, «Сон на поражение» / «Сеанс»: «Брат» похож на кино, и замечательно похож. Это объективное явление, обязанное своим фактом не столько Балабанову, сколько освобожденной стихии российских комплексов».

Станислав Ф. Ростоцкий, «Брат» / Premiere: «Среди российских фильмов последнего времени «из современной жизни» он выгодно отличается стильностью и вполне современным (то есть порой некорректным и еще менее гуманным) юмором. А самое главное — сейчас, когда едва ли не каждая наша лента хоть немного да «про бандитов», Балабанову как никому другому удалось показать мир криминала, точно и со вкусом сочетая в образах своих незаконопослушных героев почти фольклорную стилизацию и суровую правду жизни. Возможно, это не лучший комплимент режиссеру «Счастливых дней» и «Замка» — фильмов вполне эстетских. Но, с другой стороны, как знать — не начни некогда постановщик с Беккета и Кафки, отечественные «пацаны» не получились бы у него столь выразительными и живыми?»

Евгений Марголит, «Плач по пионеру, или немецкое слово «Яблокитай» / «Искусство кино»: «Брат» Алексея Балабанова для меня <…> не «новое» кино, не «старое» кино, а художественное. И потому — бесстрашное. Понятно, что это работа человека с подлинным кинематографическим чутьем (что в эпоху видео ба-а-льшая редкость). Но чутье-то откуда? И вот тут-то отвечу: это кино идеального зрителя. И уточню: идеального зрителя детского пионерского кинотеатра (а такие были во всех городах нашей тогда еще необъятной Родины), который — в отличие от многих — вырос».

Даниил Дондурей, «Не брат я тебе, гнида…» / «Искусство кино»: «Фильм, лишенный в своей основе больших амбиций, вдруг стал чуть ли не манифестом нашего новейшего кинематографа (ситуация нынешней идейной и эстетической пустыни не оправдывает явно завышенных оценок). Манифестом, который встречен многими изданиями с восторгом. Декабрьский «Кинопарк»: персонаж Сергея Бодрова-младшего «признали новым национальным героем… Произошло то, чего так ждали от кино: имя главного героя стало нарицательным. Появилось «лицо» у целой армии молодых людей, пытающихся найти себя в большом городе». И от этого, честно говоря, тошно. <…> Какой приятный парень — герой. Чистым взором и с искусствоведческим прищуром он обозревает изумительные постройки Воронихина и Растрелли. Ну, а если убивает каких-то там людей (причем не «черножопых»), так ведь потому только, что они — плохие. К тому же русских, особенно родственников, притесняют, потому и мстит он почти как… чеченец».


Юрий Гладильщиков, «Сюжет для небольшого убийства» / «Итоги»: «Киллер — герой нашего времени. Убийство стало обыденностью. Если раньше убийца слыл человеком мерзким, знал про себя, что он грешник и злыдень, то теперь можно быть одновременно убийцей и обаятельным добряком. <…>

Мораль, как легко догадаться, в том, что убийцы — инфантильны. Что в душе героя гармонично соседствуют «Наутилус» с его нравственным нонконформизмом и — способность безмятежно убивать. Выросло поколение, с одной стороны, вроде бы взрослое (но в реальности усвоившее лишь одну науку — защищаться и истреблять), а с другой — не способное ни к раскаянию, ни к рефлексии по поводу смерти и злодейства».

Елена Плахова, «Критики о фильме» / «Сеанс»: «Все вопли о жестокости «Брата», о вызывающей ненаказуемости зла звучат на документальном фоне отечественного криминального эпоса лицемерно. Идею воспитательной роли искусства приходится пока оставить Голливуду. Где, кстати говоря, фильмам торжествующего зла, за известными исключениями, места нет. Как и в американском прокате: с этим уже пришлось столкнуться тем, кто пытается продать картину Балабанова за рубеж».

Сергей Добротворский, «Мой старший брат» / «Коммерсантъ»: «В известном смысле автор делит судьбу пополам с героем. Оба переступили определенную границу. В том смысле, в каком великий Андре Базен говорил об «этике взгляда». Суть очень проста: не следует выискивать нравственные мотивы внутри или вне окружающих. Надо обладать этикой собственного видения, и она сама все расставит по местам. Алексей Балабанов увидел в нынешней жизни нечто не виденное прежде всего потому, что не встал ни на одну из точек зрения, так или иначе приличных теме. Традиционно осуждающую (убивать плохо!). Покорно оправдательную (убиваю, а что делать?). И даже модно-куражистскую (убивать, так грамотно). Герой уехал в столицу с тем, с чем и приехал — любя брата и фанатея от песни «Крылья». И что с того, что брат оказался Иудой, а Слава Бутусов так никогда и не узнает, что в квартире, этажом выше которой он выпивал, в тот момент резали людей?.. Такая нынче жизнь. Такой ее увидел Алексей Балабанов. Потом зрители».

Виктор Матизен, «Критики о фильме» / «Сеанс»: «Бодров — не актер, он существует на экране как органичный типаж. Он не перевоплощается, а лишь использует естественную психомоторику, одинаковую и в роли ведущего «Взгляда», и в «Кавказском пленнике», где его герой — сын учительницы, и в «Брате», где он — сын убитого в зоне вора-рецидивиста. При том, что сам он — мальчик, на лице которого написано хорошее воспитание».

Александр Трошин, «Критики о фильме» / «Сеанс»: «Мешает удивительная безэмоциональность фильма. Причем, расчетливая, как я погляжу. Иначе зачем тут вместо профессионального актера зажатый натурщик — с одним на все девяносто шесть минут выражением глаз и одной, любительски-деревянной, интонацией?»

Сергей Лаврентьев, «Чем не новый Збигнев Цибульский?» / «Культура»: «В наше кино пришел человек, которому суждено стать олицетворением Времени и Поколения. И очень хорошо, что Бодров-младший не артист. Игра ему противопоказана. Он должен просто быть. И если в «Кавказском пленнике» органичность этого кинобытия оказалась убедительнее блистательного таланта Олега Меньшикова, то в «Брате» с Бодровым сопоставить некого. Говорить о фильме — значит говорить о нем. <…> Надо быть уж очень озабоченным проблемами современных межнациональных отношений, чтобы не разглядеть, на мой взгляд, главное в характере, открытом Балабановым и Бодровым. Данила Багров из «Брата» — это Мачек Хелмицкий из шедевра Анджея Вайды, фильма «Пепел и алмаз». Их роднит чувство неразделенной любви к Родине».
Это сообщение отредактировал wertolet73 - 17 июн. 2017 г. в 16:55

Цитата

Атмосферность фильма, хорошо передающая настроение людей тех лет.

Не совсем так, в фильме все слишком мрачно показано. Я в 1997 в институт поступил, было более ярко и весело.

Сильный фильм,смотрел и не один раз
Это сообщение отредактировал himik67 - 17 июн. 2017 г. в 16:57

Актриса Светлана Письмиченко, исполнившая в фильме роль вагоновожатой Светы, рассказала о работе с исполнителем главной роли Сергеем Бодровым и режиссёром Алексеем Балабановым, которых уже нет в живых.

Без косметики и «дублей»

Сергей Прудников: - Светлана, как Вы попали во всю эту историю?

Светлана Письмиченко: - Познакомилась с Балабановым на пробах второй его полнометражной картины «Замок» по роману Кафки. Мне позвонили из актёрского отдела «Ленфильма», пригласили - это был канун 1994 года. Когда встретились, выяснили, что практически земляки - Лёша из Свердловска, я из небольшого посёлка в Северном Казахстане на границе с Уралом. Потом была работа в очень хорошей компании - с Витей Сухоруковым, Анваром Либабовым, Колей Стоцким, оператором Сергеем Юриздицким. Кино удостоилось нескольких наград. Спустя год Алексей позвонил мне снова: «Начинаю новый фильм, написал роль специально на тебя. Будешь сниматься?». - «Да, конечно».
- Актёра на роль Данилы Багрова, насколько я знаю, долго не могли найти.
- Лёша всегда долго искал главных героев. На роль Данилы пробовались многие артисты - в основном брутальные такие ребята. Пробной сценой был эпизод знакомства, когда Света и Данила идут вдоль трамвайных путей. Но всё было не то... Как-то он позвонил мне: «Не знаю уже, что делать! Сегодня последняя попытка. Будет не артист, но очень интересный человек. Приходи». Я пришла, а там сидел Серёжа Бодров. Мы отсняли сцену, и Лёша говорит: «Ну, всё, я нашёл героя... »
- Почему Балабанов так тщательно подыскивал актёров? У него были какие-то особые к ним требования?
- Максимальная достоверность, никаких наигрышей. Он требовал фактически документального существования в кадре. Даже отказывался от грима. Помню, ходил и проверял: нет ли краски на ресницах.
- Как проходили съёмки?
- Быстро, в очень сжатые сроки - весь материал сняли меньше чем за месяц. Денег совсем не было, весь бюджет ушёл на плёнку. Реквизит приносили свой или собирали по знакомым, по барахолкам. Свету я играла в собственной байковой рубашке и кофте, которую привезла из Финляндии. Знаменитый свитер Данилы Надя (художник по костюмам Надежда Васильева, жена А. Балабанова. - Прим. ред.) отыскала на Удельном рынке. Концерт Бутусова в Питере снять не успели и поехали в Москву на концерт Чижа - нас тогда чуть не затоптали в толпе. Особо не репетировали. Работали почти без дублей: плёнка-то дорогая. Лёша предупреждал: «Как сыграешь - так и будешь выглядеть на экране... »
- Предполагали, что «Брат» так заденет за живое зрителя, станет классикой?
- Нет. Когда снимаешься, в принципе не знаешь - куда движешься, что получится в итоге. Что касается меня лично, то не могу сказать, что проснулась знаменитой.
- Ну а вам самой фильм нравится?
- Помню, премьера состоялась в «Доме кино», после просмотра все аплодировали. А я была недовольна собой. Вообще актрисы смотрят свои фильмы иначе, чем зрители. Хотя я очень люблю эту картину. И каждый раз нахожу в ней что-то новое для себя. Мой младший сын Тимофей, которому сейчас 17, тоже обожает фильм. Последний раз вместе с Лёшей, Надей, Витей Сухоруковым мы смотрели его как раз на предыдущем юбилее, в 2007-м, на фестивале в Выборге. Сидели, смеялись...
- Каким запомнился вам Алексей Балабанов?
- Очень немногословный. Изъяснялся какими-то односложными предложениями. Спрашиваю: «Лёш, а почему Света на трамвай пошла?». - «Ну, что ты меня спрашиваешь? Пошла и пошла. Потому что ей нравится». Он был крайне начитан. Всегда говорил то, что думал. Независимо от того, кто перед ним. Ходил в тельняшке. Был простым во всём.
- Фильмы Балабанова - отдельное явление в нашем кинематографе. Откуда этот его неповторимый взгляд на мир?
- Он очень много знал, видел. Вот, например, что у него за история с Афганом? (А. Балабанов - участник войны в Афганистане. - Прим. Ред.). Мы не знаем. «Писарем отсиделся» - это ведь личная его история. Или «Груз 200», который он мне запретил смотреть, - это же не про страшилки, это совсем о другом. Его тянуло рассказать об измученных, израненных людях. О негламурных, несчастных, странных. Его внутренний мир был полон такими персонажами. И он сам был отчасти таким.
- А каким остался в вашей памяти Сергей Бодров?
- Харизматичный человек с богатым внутренним миром. В нём не было места фальши, актёрскому пафосу. Скромный, закрытый, но которого изнутри как будто что-то распирает. Сергей и Лёша - две звезды, которые сошлись. Люди не просто так посылаются друг другу. Из этих двух энергий родился тот мир, который мы знаем.
- Вместе с Алексеем Балабановым вы работали впоследствии на фильме «Морфий», спустя 12 лет после «Брата». Это был другой уже человек?
- Да. После гибели Сергея и всей группы, которая была командой Алексея, у него началась иная жизнь. Он винил себя в случившемся. Во время съёмок «Морфия» постоянно твердил: «Я скоро умру». Ему в ответ: «Ты с ума сошёл?», а он: «Нет, я знаю!» Ходил, прощался. Не стало его через пять лет.
- Фильм «Брат» стал поворотным для вас?
- Однозначно для меня эта основная картина. А Лёша - главный режиссёр.

Интересно при показе на большом экране,вырежут те моменты.

Безкомпромисснейшая зелень.
да и повод накатить за упокой обоих касатиков.

Каждый раз, как по телику показывают, с любого места смотрю до упора, хоть и видел уже раз сто.

Большие ГородААА!!!

Цитата (Spawn86 @ 17.06.2017 - 17:57)

Большие ГородААА!!!

это Брат 2

Фильм бессмысленный и беспощадный. Убогое явления боевика на постсоветском пространстве. Не наши это жанры.

Когда смотрел первый раз (в 97м) - это скучно и банально.

Сейчас, конечно, это ностальгия о том времени.

И Бодров - это своеобразный актер, посмотрите фильм "Стрингер".

это не боевик это реалии того времени, это один их немногих фильмов что действительно можно и хочется смотреть...

Цитата (Tupen @ 17.06.2017 - 16:28)

Каждый раз, как по телику показывают, с любого места смотрю до упора, хоть и видел уже раз сто.

Тока пидары роскомназорские эту сцену вырезали!

А "гниду черножопую" на большом экране покажут?

Выйдя на гражданку, увидев фильм, нашел отдушину.
Число. Подпись: Диванный воен

Цитата (mrzorg @ 17.06.2017 - 10:11)

Цитата (Tupen @ 17.06.2017 - 16:28) Каждый раз, как по телику показывают, с любого места смотрю до упора, хоть и видел уже раз сто. Тока пидары роскомназорские эту сцену вырезали!

Фильм для быдла. Одни понты и пафос. Неправдоподобный сценарий. Хуже всех в этом фильме сыграл Сергей Бодров. Ни одной правдивой эмоции. Отыграл, как в очереди за пивом отстоял. Все сказанное - ИМХО.
Счётчик для быдлоты в верхнем правом углу этого поста.
Это сообщение отредактировал Pobeg - 17 июн. 2017 г. в 18:36

Цитата (Pobeg @ 17.06.2017 - 18:33)

Фильм для быдла. Одни понты и пафос. Неправдоподобный сценарий. Хуже всех в этом фильме сыграл Сергей Бодров. Ни одной правдивой эмоции. Отыграл, как в очереди за пивом отстоял. Все сказанное - ИМХО.

ну вот и все, карачун тебе, церетели...

Как глоток воздуха в то мрачное время. "Брат" и ещё "Особенности национальной охоты" и "Барышня-крестьянка". Самые лучшие в 90-е, лично для меня.