Лодка

- Ну, так вот, значит. Мы в фильме это в каком то увидели или в «Ну, погоди», уже и не вспомню точно. Да и не важно. Суть то в чём: загорелось нам с Колькой также попробовать, просто спасу нет! Кумекали, кумекали мы с ним, да и придумали вот что. Дождались, когда дед в райцентр за покупками уедет, а это на весь день было. Ведь автобус то, как утром уходил, по темну ещё, так и обратно то только вечером и возвращался. Дед уехал, бабушка на огород ушла, а мы за дело! Брат, ну Колька-то, он постарше меня и повыше был, он со шкафа ключи от мотоцикла дедовского умыкнул и от замка навесного с другого шкафа взял тоже. А чтобы бабушка нас не услыхала, как мы мотоцикл заводим, мы его два километра вручную толкали за деревню, прежде чем завести. Это Урал-то с люлькой! Кольке тогда уже пятнадцать стукнуло, а мне только тринадцатый шел. Откатили мы его к колку и на траву как убитые рухнули! Руки, ноги дрожат от напряжения, сердце из груди готово выпрыгнуть, ровно птичка в клетке бьётся об рёбра, а пить-то как хочется – страсть! Губы поминутно облизываешь, а они оттого только сильнее сохнут, воды-то с собой никто взять не додумался! Я как на спину повалился, так на небо и уставился. А оно синее-синее, будто на картинке. Так до сих пор перед глазами и стоит его синева бездонная, и не видать ей ни конца, ни края, аж взгляд режет от такой чистоты и яркости. И ни одного облачка, только небо в вышину бесконечное, аж до самого горизонта! Над головой берёзка шумит от лёгкого ветерка, будто шепчется о чём-то с другими берёзками, как девчонки вечером на лавочке! И также мне хорошо-то стало, да ещё и солнце меня пригрело, я аж было, чуть не задремал! Но тут Колька мотоцикл завёл и мы с ним ходом до реки!
Ну, так вот, значит, там замок мы навесной отомкнули, трос за лодку зацепили, и я в эту лодку сел.… И помчались мы по полям! Ну как помчались.… Думали-то, как в фильме будет, весело, а в жизни-то метров через пятьдесят мы дно у неё пробили, да из-за этого тросом кусок носа вырвали. Сидим с братом и думаем, что же делать-то? Ну, а потом придумали. В люльке топор был, мы лодку ту порубили и сожгли. Мотоцикл тихо на место поставили, и ключи тоже вернули. Сидим с братом на завалинке, подсолнух лузгаем и думаем. Страшно ведь обоим, вдруг дед как-нибудь да догадается о нашей проказе, тут уже точно неделю спать на животе будем! Я глаза-то на небо поднял и диву дался! Только обед времени, а небо, какое-то уже блёклое-блёклое, будто бы бабушкин платок на много раз стиранный.
Ну, так вот, значит. Дед потом, как лодку-то не нашёл, участкового позвал, они вместе на берег ездили, да только там уже коровы всё вытоптали, никаких следов не осталось! Я хотел деду всё рассказать, да боялся что Кольке, как старшему, влетит не милосердно за нас обоих. А через месяц деда не стало, осколок снаряда, что он ещё с Ленинграда носил, ночью до сердца дошёл. И всё тут. А я всю жизнь эту лодку помню и небо то, синее-синее, я потом почти такое же в Кабуле видел. – Мужчина замолчал и уставился под ноги, а два ангела удивлённо переглянулись.
- И это самое яркое, что Вы можете рассказать о своей земной жизни? – спросил один из них с лицом подростка - старшеклассника, но одетый в строгий деловой костюм тройку.
- Да. – Не поднимая глаз, ответил ему мужчина.
- Ну что же, всё с Вами ясно, – чуть подумав, продолжил тот же ангел – Вы направляетесь на Страшный суд, ориентировочное время ожидания Вашего заседания вечность…
Но молчавший до этого времени второй ангел ему тут же негромко возразил.
- Не спешите, мой друг! Позвольте Вас на минутку? Вот и прекрасно! – И он бесцеремонно, взяв под руку Первого ангела, оттащил его за собой в противоположный конец огромного кабинета, в котором они все и находились.
- Я что то делаю не так? – удивлённо спросил Первый.
- Стажёр! Ты слепой или дурной?! Его же надо снова на Землю отправлять! А ты его на суд… Там же только что закончили судить Гектора, а сегодня планируют начать суд над Ахиллом! Ты представляешь, сколько ему в коридорах в ожидании болтаться!– гневно ответил Второй.
- Как на Землю? – удивился Первый.
- Как и всех, как и сам ты там оказался когда-то! Тебе что, про тычинки и пестики рассказать? Ты шестнадцать лет на Земле, чем занимался, если не знаешь, откуда люди берутся!?
- Но ведь он глуп, а значит бесперспективен! Здесь его судьба решается, а он какие то байки из детства рассказывает! –удивлённо возразил Первый. Но Второй похлопал его по плечу и, чуть наклонившись к нему, тихо объяснил.
- Малыш! А тебя не смущает, что окончательное решение всё-таки принимаю здесь я? Похоже, что нет. Он же всю жизнь мучился чувством вины перед своим дедом. Даже война в его душе такого следа не оставила! Запомни, это не глупость, а совесть! На Земле таких сейчас знаешь как не хватает!? Вот и отправляй, чтобы небо никогда не потускнело, и чтобы каждый, глядя с земли в нашу сторону, видел что-то своё, сокровенное!
***
По осеннему парку парень и девушка катят коляску с сынишкой. Лёгкий ветерок кружит жёлтые листья, водя с ними хороводы и бросая их, как горсти золотых монет под колёса коляски, на счастливых родителей и на новорожденного. Только он не смотрит на них, всё внимание устремив на бездонное, потрясающей синевы небо, по которому как по морю величественно плывёт одно единственное облако, очень похожее на лодку.


© Copyright: Тимофей Клименко