Всеобщий выпуск потенциальных блудниц и поблуд

Текст не мой, но очень точный.

"В начале сентября знакомый директор пригласил меня в одну из школ на творческую встречу с восьмыми классами. К встрече я подготовился, потому шёл уверенно, без нервозности, но когда увидел школьников – обомлел.
Передо мной сидели женщины. Взрослые, потрёпанные обстоятельствами женщины. Они хоть и находились за партами, но ощущение складывалось такое, будто в ночном клубе проводят кастинг; танцовщицы вот-вот начнут раздеваться.

Впрочем, по-настоящему удивляться мне предстояло после. Когда я шёл в директорский кабинет, а навстречу мне – девочки из младших классов. Смотрелись они едва ли не вульгарнее восьмиклассниц. И дело заключалось даже не в том, что они были ярко накрашены или слишком взросло одеты – нет; по самому посылу, по источаемой ими ауре они выглядели, звучали, воспринимались, как взрослые женщины.

Директор на моё замечание отреагировал вздохом:

– А что делать? Мода…

Ну, а дальше, как это часто бывает, жизнь продемонстрировала всю полноту картины. Знакомая по университету пригласила меня на одно мероприятие.

Мероприятие оказалось детским конкурсом красоты. Приходишь, усаживаешься, смотришь, как десятилетние, кажется, девочки выходят на сцену. А знакомая при этом гордо шепчет тебе в ухо: "Вон моя Никочка – третья слева".

После чего девочки, включая Никочку, разгуливают в купальниках, принимают модельные позы и вытворяют какие-то странные танцы у пилонов. Всё это под комментарии мам, как делать правильно.

Оказывается, так сейчас девочек учат. Раньше мамы платили деньги, чтобы их настеньки, оленьки, леночки ходили на танцы, гимнастику, пение, сольфеджио. Теперь всё это отброшено за ненадобностью. Есть куда более важная наука – быть сексуальной. Научиться правильно краситься, ходить на каблуках, подбирать купальник, оголять ножки, сексуально двигаться – уметь соблазнять. И тогда, возможно, тебя ждёт судьба Алины Кабаевой или Ирины Шейк.

Австрийский философ Отто Вейнингер в своей книге "Пол и характер" делил женщин на матерей и проституток. Что ж, если он был прав, то становится ясно, почему рожают всё меньше. Большинство сконцентрировалось на другой ипостаси.
Да и те, кто познал материнство, отставать особо не хотят. На детских площадках мамаши, похоже, устраивают конкурс на самую сексуальную и, собираясь на прогулку со своим чадом, прикидывают, как бы выглядеть, чтобы всё-таки победить. Фитцджеральд писал, что самые доступные женщины – те, кто недавно родил. Они ведь не для мужа стараются, а для широкой общественности; тело изменилось – надо по реакциям отследить насколько.

Войны, голод уничтожали, прежде всего, мужское население, проредили его, точно брови рейсфедером – топорно, беспощадно, нелепо.
Тех, кто остался, добили сами женщины. Женщины, у которых все разговоры о том, какие мужики – нет, даже не козлы и не сволочи, а никчёмные тряпки. Ещё Чехов писал – в не самое матриархальное время, – что русский мужик умирает от двух вещей: злых баб и водки. Причём, второе зачастую вытекает из первого. С чеховских времён одни заметно укрепили свои позиции, а другие, наоборот, их растеряли. Утратили мужскую силу. Во многом благодаря самой женщине: от мамы до первой учительницы и дальше по лестнице дамского потребления. ©

*******

Ошибается очень сильно, насчет того, что кружки танцев, гимнастики, и т.п. чем то отличаются от всеобщего выпуска из блудилища потенциальных блудниц и поблуд. А про мамашек не в бровь, а в глаз сказал."