Проводница

Я заметил её сразу, невозможно не заметить, броская, ярко накрашенная, стояла у вагона с дымящейся сигаретой, в форме, давно потерявшей боевой вид. Волосы как трава возле вокзала: то ли выжженные, то ли перекрашенные когда-то давно. Смеётся громко. Смотрит — вызывающе. Лет сорок с чем-то, а носит себя, как будто ей двадцать и весь вагон ей должен.

— Здрасьте, красавчик, — сказала она мне, проверяя билет. — Первый раз «Красноярск–Адлер»? Ну держись, у нас тут вообще-то свои законы.

Забрала билет и пошла дальше по вагону, покачивая задом, будто танцуя. Позже узнал, что зовут её Люська, ну или Людмила Ивановна — смотря кто спрашивает. Для начальства строго - Ивановна. Для мужиков просто Люська. А вот для себя “женщина при исполнении”.

Попивала она весь день, не так чтобы в хлам, или в слюни, а грамм по сто коньячку «для настроения», закусывала солёным огурчиком из пакета и шла разносить чай с улыбкой и блеском в глазах. В особом настроении, шептала кому-то в ухо:

— Мужчина, не хотите чаку… с мёдком?

Иногда «с лимончиком», а иногда и «с чем покрепче».

Я ехал в Сочи, хотел отдохнуть, развеяться, деньжат срубить, да и дел наворотил, укрыться надо было где-то. Лежал, слушал ритмичный стук колёс и думал о твоём, строил схемы, размышлял как прибрать. Но Люська не давала скучать. То объясняла бабке из соседнего купе, почему нельзя открывать форточку на ходу:
— Вас же высосет, бабушка, как пельмень!
То пела «Паромщика» на весь вагон. Надо признать, голос у неё был, ну скажем не как у старой Пугачихи, получше, цеплял.

А ночью она заглянула ко мне.

— Не спишь, красавчик?

Я честно сказал, что не сплю и она честно зашла.

Села на нижнюю полку, сняла туфли. На левой ноге — татуировка в виде якоря. Якорь на проводнице — это сильно. Говорила, что влюбилась в одного морячка в 99-м, да так и не отпустило. Хотя он её, судя по всему, отпустил быстро. А она — вот — осталась с якорем и поездами.

— Знаешь, — сказала она, глядя в тёмное окно, — я каждый день просыпаюсь в другом городе, а будто сука стою на месте, не выходила даже, бегу, бегу, а всё мимо, не жизнь, а вагон какой-то. Но зато знаешь сколько историй?!!

Я молчал, мне казалось, что она сейчас или заплачет, или засмеётся. Но она достала фляжку и сделала глоток.

— Ну что, за путь? — спросила она, протягивая мне фляжку.

Я отказался, а она пожала плечами: мол, твой выбор.

Под утро она ушла, Я долго лежал, думая: кто она, Люська? Одинокая женщина с дрожащими руками или вагонная ведьма, соблазняющая сонных мужиков, так и не успев вовремя выйти из поезда ?

Когда поезд прибыл на станцию, она не попрощалась, прошла мимо с чайником, напевая что-то про голубей. Но когда выходил на перрон, она шепнула мне на ухо:

— Ещё увидимся, красавчик. У меня рейс через три дня обратно.

И подмигнула.